Дэн Абнетт - Warhammer 40000: Ересь Хоруса. Омнибус. Том II

— Открыть огонь по приближающимся войскам. Предатели взломали наши протоколы. Это вражеская атака!

— Марк…

— Открыть огонь, или я отстраню тебя от командования!

Комм замолчал. Марк нервно ждал, теребя красную перевязь на груди, хотя не сомневался, что поступил правильно. Он увидел, как полыхнули и угасли пустотные щиты вражеского титана после выстрела главного калибра и огня дружественных титанов, подступающих со всех сторон.

Прошло почти три минуты, за которые Марк ожидал принять разгневанное сообщение от Бранна или даже самого лорда Коракса. Он утер пот с лица и уставился на экраны, заставляя себя следить за ходом сражения.

— Вице-цезарь, рапорты о бое на западном фронте, — выпалил послание один из трибунов, его лицо раскраснелось от ужаса. — Префект Антоний вступил в бой с вражескими силами на окраинах Лавлина. Резервная фаланга и титаны вступают в бой.

— Понятно, — Марк усилием воли взял себя в руки. Вице-цезарь протяжно выдохнул и уверенно продолжил. — Отправьте сообщение всем командирам. Сосредоточиться на наступлении. С угрозой разберутся без них. Есть подтверждение о принадлежности врага?

— Подтверждения нет, вице-цезарь, но первые визуальные доклады указывают на то, что их подразделения носят цвета Альфа-Легиона.

Марк кивнул, ничуть не удивившись новости. После попытки уничтожить генетическое семя Гвардии Ворона двумя годами ранее, воины и оперативники Альфа-Легиона постоянно донимали воинов примарха, хотя Марку и не приходилось сталкиваться с ними лично.

— Отправьте весть командованию легиона. Сообщите, что протоколы безопасности под угрозой. Посоветуйте немедленно изменить дислокацию всех сил, а также планы.

В ухе снова запищал комм.

— Во имя Императора, брат, почему ты не сказал, что подозревал атаку? — спросил Антоний.

И что мог ответить Марк? Никто, кроме Пелона, не знал о сне, а Марк не желал рассказывать о нем всей армии.

— Простая предосторожность, брат, ничего больше. Тебе нужны дополнительные силы?

— Нет, вице-цезарь. Титаны и танки уже отбросили их. Да восславится предосторожность, верно?

— Похоже на то.

Уставший, но ликующий, Марк рухнул на кровать. Было уже за полночь, и войска до сих пор вели бои в городе, но он мог оставить зачистку на остальных. От Бранна поступило сообщение, что высадка на вражеский бункер увенчалась успехом. Было уничтожено четыре тысячи врагов, в плен попало множество командиров предателей, включая Альфа-легионера, который координировал оборону. Командор Гвардии Ворона поблагодарил Марка, а также его армию и, к счастью, не стал спрашивать, как Марку удалось предугадать атаку предателей.

— Желаете раздеться, вице-цезарь?

Марк не заметил Пелона, терпеливо ждавшего возвращения своего повелителя. Помощник стоял возле кровати, вытянув руки, чтобы принять мундир Марка. Его руки были забинтованы там, где он получил ожоги. Марк слышал о героизме Пелона, когда тот спас нескольких человек из огня на орудийных палубах, и упомянул о нем в своем докладе примарху. Вице-цезарь сел и сбросил с себя пальто.

— Постой, Пелон, — сказал он, когда денщик повернулся к шкафу.

— Повелитель?

— Эти твои бумажки… Что ты с ними сделал?

— Они еще у меня, вице-цезарь, — Пелон выглядел так, будто его поймали на горячем. — Простите, вы желаете, чтобы я избавился от них?

— Нет, пока нет, — прошептал Марк. Он вспомнил события прошедшего дня и понял, что ему нужно где-то обрести надежду. Он больше не мог раз за разом принимать бой. Пустота внутри поглотит его, даже если не убьют враги. Молниевое поле, варп-ракета и, в первую очередь, Альфа-легион, не давали ему покоя. — Дай мне взглянуть.

Пелон достал из кармана кипу мятых бумажек и после мимолетной паузы передал ее Марку. Теребя мочку уха, вице-цезарь начал читать.

«Возлюбите Императора, ибо Он — спасение для рода человеческого. Покоритесь словам Его, ибо Он ведет вас в светлое будущее. Услышьте Его мудрость, ибо Он обережет вас от зла. Пылко возносите Ему молитвы, ибо они спасут души ваши. Чтите слуг Его, ибо они — глас Его. Падите ниц пред Его величием, ибо все мы обретаемся в Его бессмертной тени».

— Магистр войны.

Слова повисли в тишине. За высокими кристальными окнами свет далёких звёзд мерцал в блеклых газопылевых облаках. Облачённый в доспехи примарх 16-го легиона сидел на троне и вглядывался в полумрак, словно ожидая ответа.

— Этот титул стал тяжёлой ношей. Гор Луперкаль. Отец, сын, друг, враг… Всё смешало бремя двух слов.

Он склонил голову, глядя на чёрные железные подлокотники трона. Взгляд скользнул по бронзовой булаве размером со смертного человека. То был Сокрушитель Миров, принятый им из рук отца вместе с титулом магистра войны и руководством великим крестовым походом. Глаза остановились на рукояти в виде головы орла. На лице промелькнула тень улыбки.

— Отец никогда не говорил, что это значит, лишь о пределах власти. Нельзя оставлять такие слова без ясного смысла. Возможно, он верил, что однажды я пойму сам. Или же просто это было не важно, пока это освобождало его от нас, сыновей. Возможно, он не знал, что эти слова будут значить для Империума.

Гор поднял руку, и перед троном вздыбилась колонна призрачного света.

Зернистую проекцию наполнили образы мужчин и женщин — кричащих, сражающихся, умирающих. Мольбы и проклятья слились в протяжный вой, грохот болтерных выстрелов разорвал тишину.

— Теперь он знает.

Гор кивнул своим мыслям. Отблески голограммы мерцали в глубине его непроницаемочёрных глаз.

— Пламя охватило всё, и ветер его раздул. Оно охватило всех нас — меня, его, моих братьев и наши легионы. Будущее человечества решится в кровавом вихре — вихре, охватившем всех нас. Империум падёт и возвысится во главе со мной или будет падать, падать, падать…

Он медленно встал. Его доспехи лязгали, шуршали. Гор вновь взмахнул рукой, и вокруг закружились конусы холодного света, сгустившиеся в образы незрячих лиц. Одни кричали, выплёвывая кровь и пар, другие бормотали — монотонно, безжизненно. — Нам их уже не достать… У нас не осталось другой техники… Истребление — единственный выбор… Гидра не смогла… Гор склонил голову. Прислушался.

— Кровь, призывы к переменам… Анархия — владычица этой эры. Война рассеяла нас, вырвала из моих пальцев и понесла навстречу забвению.

Гор обернулся, наблюдая, как вокруг вспыхивают голограммы. В тронном зале мерцали призрачные отблески тысячи сообщений.