Дэн Абнетт - Ересь Хоруса: Омнибус. Том I

Задумчивое молчание Лютера говорило лучше любых слов.

Через замковые ворота под дулами болтеров следует вереница пленных космодесантников. Стражники в шлемах подгоняют их: «Не останавливаться!», «Вперед!», «Не выходить из строя, псы!»

Восставших легионеров заперли в бараках и на гауптвахтах под присмотром солдат Лютера. Но наиболее провинившихся бунтарей отвели в камеры под Альдуруком. Астелан вместе с Галеданом ждал у главных ворот, наблюдая, как мимо бредет колонна подавленных воинов.

— Значит, Лютер утвердил твое повышение до магистра капитула… — сказал Астелан.

— Да. Первая милость из рук нашего нового сюзерена?

— Нет, подтверждение, что он разделяет мою веру в тебя.

Астелан увидел Мелиана, но капитан с отвращением отвернулся, не желая даже смотреть на бывшего командира. Астелан взглянул на Галедана.

— Я рад, что он жив.

— Мелиан? Да, он хороший капитан. Жаль, что он оказался втянутым в эту переделку. В будущем Мелиан будет полезен.

— В будущем? Ты о чем?

— Ты не сможешь обмануть меня, брат. Я знаю, что Лютер наш временный союзник, но не жди, будто я хоть на секунду поверю, что ты и в самом деле считаешь его своим начальником.

— Я шокирован таким предположением! — театрально воскликнул Астелан. — У Первого может быть только один повелитель. Я больше не стану терпеть Льва. Поэтому у нас остается только Лютер.

Галедана не убедили эти слова, и Астелан не смог сдержать улыбку.

Магнус Красный — примарх Легиона Тысячи Сынов

Азек Ариман — главный библиарий Тысячи Сынов

Анкху Анен — страж Великой библиотеки

Амон — капитан Девятого братства, советник примарха

Калофис — капитан Шестого братства

Аурамагма — капитан Восьмого братства

Хатхор Маат — капитан Третьего братства

Балек Утизаар — капитан Пятого братства

Фозис Т’Кар — капитан Второго братства

Фаэль Торон — капитан Седьмого братства

Леман Русс — примарх Космических Волков

Лоргар — примарх Несущих Слово

Мортарион — примарх Гвардии Смерти

Сангвиний — примарх Кровавых Ангелов

Фулгрим — примарх Детей Императора

Амлоди Скарссен Скарссенссон — лорд Пятой роты Космических Волков

Охтхере Судьбостроитель — рунный жрец Пятой роты Космических Волков

Константин Вальдор — командир Кустодес

Амон — страж-кустодий

Малькадор Сигиллит

Каллиста Эрида — летописец

Махавасту Каллимак — личный летописец Магнуса Красного

Камилла Шивани — археоисторик архитектуры

Лемюэль Гамон — социетал-бихевиорист

Ятири — вождь агхору

Странствия древних рыцарей в поисках Святого Грааля, стремление алхимиков найти философский камень — все это часть Великого Деяния, а потому не имеет конца. Любые успехи лишь открывают новые блестящие возможности. Это бесконечное занятие, приносящее безграничную радость, — ведь вся Вселенная и все ее чудеса… что это, как не бескрайняя игровая площадка для Коронованного и Непобедимого Сына ненасытных, невинных и вечно ликующих наследников Галактики и вечности, имя которым Человечество?

Знание — это единственное благо, и единственное зло есть невежество.

Увенчанные тучами башни, великолепные дворцы, торжественные соборы, сама великая планета — все грандиозное наследие рассеется, словно призрачное видение, не оставив и следа.

Все прах…

Какими же пророческими оказались сегодня эти слова.

Их, или что-то подобное, произнес мудрец из Древней Терры[10]. Вероятно, он был таким же одаренным, как и я. Я говорю одаренным, но с каждым проходящим днем все больше склоняюсь к мысли, что мои способности — это мое проклятие, а не дар.

Я смотрю с вершины своей башни на безумный ландшафт, где бушуют энергетические бури, и вспоминаю, как, будучи на Терре, прочел эти слова в ветхом фолианте. С тех пор прошли столетия, и я прочел все тексты древних веков, имеющиеся в огромных библиотеках Просперо, но мне кажется, что до сегодняшнего дня и не понимал их смысла.

Я ощущаю его приближение с каждым вдохом, с каждым ударом сердца.

И то и другое для меня настоящее чудо, особенно сейчас.

Конечно, он идет, чтобы меня убить. Я ощущаю его злобу, его уязвленную гордость и его великое раскаяние. Он получил неожиданную, непрошеную и неестественную силу. Со временем все силы истощаются, но только не эта.

Тот, кто овладел ею однажды, уже никогда не сможет от нее отказаться.

Своими способностями он превосходит любого другого человека. Он мог бы убить меня, находясь на другом конце Галактики, но не станет этого делать. Уничтожая меня, он хочет смотреть мне в глаза. По крайней мере, он благороден, и это одно из его слабых мест.

Он относится к другим так, как хотел бы, чтобы относились к нему.

И это его погубит.

Я знаю, что он обо мне думает. Он считает, что я его предал, но это не так. В самом деле я не предавал его. И никто из нашей группы. Мы лишь старались спасти своих братьев.

И вот дошло до того, что отец намерен убить своего любимого сына.

Это величайшая трагедия Тысячи Сынов. Нас назовут предателями, но ирония ситуации не отмечена даже в утерянных книгах Каллимака. Мы храним верность, как хранили ее всегда.

Никто нам не поверит — ни Император, ни наши братья, ни даже волки, которые и не были волками.

Историки скажут, что на нас спустили Волков Русса, но они ошибаются. На нас обрушилось нечто более страшное.