Дэн Абнетт - Ересь Хоруса: Омнибус. Том I

Времени катастрофически не хватало. Каждый проходящий час играл на руку неуловимым колдунам. А они, без сомнения, продолжали воплощать свои планы где-то в лабиринтах города. Егеря, хотя и старались что-то сделать, из опасения спровоцировать новые волнения не могли даже проникнуть в некоторые жилые районы. Такие закрытые зоны предоставляли колдунам прекрасную возможность продолжать их дело, не опасаясь, что им помешают.

Захариил понимал, что единственным выходом могло стать вмешательство Легиона. Планомерное прочесывание каждого уровня при поддержке одной или двух штурмовых рот сломило бы любое сопротивление мятежников, и колдуны были бы обнаружены в течение нескольких часов. Подобная операция, проведенная со всей решительностью, могла бы доказать бунтовщикам бессмысленность дальнейших действий и положить конец обеим угрозам сразу.

Проблема состояла в том, что санкционировать такую операцию мог только сам Лютер, а он уединился почти сразу после короткого обсуждения рапорта Захариила. Никто даже не мог с уверенностью сказать, где именно скрывается правитель Калибана, кроме разве что лорда Сайфера, но тот хранил обет молчания. Захариил всячески уговаривал лорда-хранителя передать Лютеру десяток его посланий, в которых он настойчиво просил разрешения послать в город Астартес, но все его рапорты остались без ответа.

По правде говоря, ему очень хотелось проигнорировать приказ Лютера и своим распоряжением побудить Астартес к действиям. Формально он, как заместитель Лютера, имел на это право; если правитель уединился, решение оставалось за ним, но такой поступок означал бы нарушение его клятвы повиновения Легиону и Императору. А если Лютер был прав и угроза Калибану исходит от самого Империума? В таком случае его клятва верности Императору основана на лжи и ничего не стоит. Захариил уже не знал, во что верить. То, что он увидел в «Сигма-Пять-Один-Семь», до основания поколебало его моральные устои.

Захариил за всю жизнь никогда не страдал от недостатка уверенности. Его вера в самого себя и в свое дело была непоколебимой. А теперь ему казалось, что основы мира расшатались и, если не соблюдать осторожность, каждый шаг может оказаться для него последним.

Бушующий в небе шторм в точности отражал смятение в мыслях Захариила. Он сделал глубокий вдох и постарался направить свое беспокойство в мысленное обращение.

— Покажитесь, Хранители во Тьме! — прокричал он навстречу неистовому ветру. — Много лет назад я своим мечом ручался бороться с тем же злом, с которым боретесь вы. Теперь я увидел истину: весь этот мир заражен и над моим народом нависла страшная угроза.

Ответом на его призыв стала очередная вспышка: весь двор залил яркий резкий свет, и лишь в самых отдаленных уголках остались черные тени. Но на этот раз свет не погас, а только слегка изменил оттенок — из голубовато-белого стал серебристым, похожим на свет луны. Захариил уже не ощущал капли дождя на лице, и завывания ветра странным образом утихли, стали почти жалобными. А потом в центре спирали появились три закутанные фигуры. Одеты они были как соискатели — в балахоны, цвет которых постоянно менялся от коричневого до серого, а затем становился совершенно черным. Головы закрывали глубокие капюшоны, оставляющие лица в непроницаемой тени. И даже руки были спрятаны в широкие рукава, так что не было видно ни единого сантиметра плоти.

Хранители во Тьме не были людьми. В этом Захариил ничуть не сомневался. И этот облик был выбран ими намеренно, поскольку истинная личина, как он подозревал, могла подтолкнуть его к безумию.

Один из Хранителей заговорил, но Захариил даже не смог определить, который из троих. Голос зашелестел сплетением шипящих звуков, складывавшихся в человеческие слова.

Ты очень далек от истины, Захариил, — сказал Хранитель. — Если бы правду было настолько просто отделить от лжи, наш древнейший враг не смог бы так легко завоевывать души людей.

— Я знаю, что правильно, а что неправильно! — вскричал в ответ Захариил. — Мне известна разница между честью и бесчестьем, между верностью и предательством! Что еще нужно знать человеку или Астартес?

Он слеп, — сказал Хранитель. — Надо убить его, пока он не натворил чего-нибудь по незнанию.

По меркам Астартес, Хранители во Тьме были весьма мелкими существами — не больше метра ростом, — но Захариил чувствовал ауру окутывающей их психической энергии и не сомневался, что уничтожить его им не труднее, чем задуть свечу. Но в этот момент, когда решалась судьба Калибана, он не мог поддаться страху.

— Возможно, раньше это действительно было так, но после нашей первой встречи я многое узнал, — возразил Захариил. — Вы не привидения и не злобные призраки, как когда-то считали лесные жители. Вы представители ксеносов, которые очень долго что-то охраняли здесь, на Калибане. Что это?

То, что нельзя давать в руки Человечеству, — прошипел один из Хранителей. — И никогда нельзя было давать. Ваш род слишком любопытен, слишком жаден и невежествен. То, что привело бы вас к гибели.

— Если мы и невежественны, то лишь потому, что такие, как вы, скрывают от нас истину! — крикнул Захариил. — Знание — это власть.

И Человечество постоянно злоупотребляет этой властью. Настанет день, когда оно разожжет пожар, который не сможет контролировать, и тогда пламя охватит всю Галактику.

— Тогда научите нас! — потребовал Захариил. — Покажите другой путь, а не ждите, когда на наши головы обрушатся непоправимые несчастья. Иначе во всех бедах вам придется винить только самих себя.

Три фигуры пошевелились, и психическая волна прокатилась от них до Захариила, окутав его пронизывающим холодом. Его воздействие могло остановить сердце обычного человека, но усиленные системы кровообращения и нервная система помогли библиарию сохранить сознание. И даже такая демонстрация силы не могла поколебать его решимость.

— Тогда, давно, вы сказали мне, что это зло может быть побеждено, — напомнил он. — И вот я готов драться. Скажите, что я должен сделать?

Хранители во Тьме ответили не сразу. Они снова зашевелились, и воздух наполнился пульсациями невидимой силы. Захариил чувствовал, что они советуются, но общение проходило на недостижимом для него уровне.

Ему показалось, что прошла целая вечность, но вот пульсация прекратилась, и один из Хранителей заговорил:

Задавай свои вопросы, человек. Мы постараемся ответить.

Неожиданная уступчивость изумила Захариила, но он вспомнил, как раньше они говорили, что являются членами тайного общества, посвятившего себя борьбе с древнейшим из всех зол. И тогда он впервые понял, что даже для таких могущественных существ имеются свои ограничения.