Сергей Ким - Своя жизнь
Я захрипел и попытался закашляться, но с забитыми жидкостью лёгкими это сделать не получилось. Из носа и рта хлынула ЛСЛ, но явно в недостаточном количестве.
Чёрт, да у меня же кислорода в лёгких осталось от силы на минуту!!!
Хрипя и отплёвываясь, я скатился на самое дно контактной капсулы, где ещё даже плескалось немного ЛСЛ, но на то, чтобы ею дышать этого уже не хватало. Вцепился пальцами в грудь, кажется, даже разрывая рубашку; лёгкие изнутри начали самым натуральным образом пылать.
— Икари! Что с тобой, Икари?
Рядом со мной в лужу приземлился кто-то с крайне бледным и замученным выражением лица, обрамлённым спутанной гривой рыжих волос.
Аска, ты ли это? Паршиво выглядишь, чёрт побери…
— Икари, да скажи ты что-нибудь!!! — Лэнгли уже откровенно паниковала.
В глазах начало темнеть, но ничего более связного, чем сипение и хрипы я выдавить из себя так и не мог.
"ЛСЛ. Не могу дышать. Забиты лёгкие".
Жаль, что я не могу этого произнести вслух, а по губам читать Лэнгли вряд ли умеет…
— Икари!!! Чёрт!!! Что с тобой?!
Чьи-то руки отчаянно трясли меня за плечи, но я уже проваливался в какой-то бездонный чёрный колодец. И единственное, что сейчас стояло у меня перед глазами — это перепуганное лицо Аски, стремительно уносящееся прочь…
"Как глупо, Виктор", — последняя мысль оказалась очень простой.
Конец третьей части.
Невельск — Южно-Сахалинск. Сентябрь 2010 — март 2011 гг.