Небесный всадник. Том 3 - Кирико Кири
Нужен был отвлекающий манёвр, дракон, который уведёт за собой небесных всадниц, дав нам шанс скрыться. А кто в темноте и суматохе будет разбираться, если единственное, что все заметят — цвет?
Дракон, который принадлежал или Флории, или Жаннель, или вовсе Юринь, с интересом посмотрел на меня, после чего опустил голову и принюхался. Я тут же закрыл глаза, чтобы лучше сконцентрироваться, и попытался подключиться.
Первая попытка, вторая попытка, третья… О! Бог любит троицу, как говорится!
Я почувствовал отклик от него, будто начал мыслить шире, открыв для себя новые горизонты, а вместе с тем и чужие чувства, которые воспринимались как часть моих, а именно растерянность, раздражение и интерес. Так, ну а теперь мы чуть-чуть внесём корректировки и…
В следующее мгновение дракон быстро засеменил мимо меня прочь, будто вспомнил о неотложном деле. Сейчас он взлетит, но возьмёт направление на север, уводя первую группу в совершенно другую сторону. А что касается меня…
Я добежал до Бегемота и рявкнул:
— Бегемот! Пасть открой! — тот, наверное, не совсем вдупляя, что происходит, подчинился.
К сожалению, надевать седло времени банально не было, поэтому я обходился тем, что есть — прыгнул ему в пасть и приказал закрыть её, оставив лишь небольшую щель, через которую мог видеть. Наверху уже прогремел колокол, а значит, скоро сюда спустятся.
И в первую очередь я приказал Бегемоту не бежать прочь, а скрыться в самой дальней части, подальше от чужих глаз, чтобы вопроса не возникло, как я так улетел, а мой дракон ещё здесь.
Через пару минут сюда забежали дежурные всадницы. Естественно, прочёсывать они ничего не стали, а сразу запрыгнули на драконов и бросились к выходу. Но я ждал. Через пару минут прибежала и третья, та, что стояла на шухере на башне. Её мы тоже пропустили, и уже после, отсчитав пару минут…
— Всё, побежали, — скомандовал я, и Бегемот быстро-быстро, вразвалочку, побежал наружу.
Вперёд, налево, вверх по небольшому серпантину, дальше, ещё вверх и вот мы уже на площади. Кажется, кто-то из всадниц был на стене. Кажется, даже сама Серафина, и, если это была она, ей оставалось довольствоваться моим хитрым побегом в бессильной злобе.
А то, что она зла, я не сомневался. Кажется, я даже слышал её крик, но это не точно.
Прости, дорогая, ты моей судьбой рулила, играя в свои политические игры, дай теперь и мне самому порулить.
Бегемот, как обычно, свалился через край трамплина и камнем полетел вниз, лишь на последней трети пути расправив крылья и позволяя физике сделать своё дело, после чего начал набирать высоту. Мы сразу взяли направление на запад, поднимаясь над городом, а вскоре и над полями, которые кормили это чудо архитектуры. Всё выше и выше, пока не нырнули в непроглядные тучи, где попросту невозможно было разглядеть даже вытянутой руки.
Уже когда с земли нас было невозможно разглядеть, я вновь изменил траекторию, теперь уже на юго-восток. Где-то там была пещера под ободряющим названием «Врата тьмы», о которой говорилось как в легендах, так и в географических открытиях этого мира. Главное было вылететь на первый ориентир, которые я выучил на зубок.
Мы летели вслепую, ориентируясь на внутренний компас самого дракона, который, наверное, по магнитным полям определял точки света. У нас не было второго шанса, поэтому я в первый раз гнал его на пределе возможностей. Летел с такой скоростью, какую карапуз только мог из себя выдавить.
Главное, пересечь границу — туда небесные всадницы не сунутся. И желательно сделать это в темноте, в тучах, чтобы с земли наблюдательные посты нас не засекли.
И вот пришло то самое чувство, о котором я говорил — чувство преследования. Ощущение, что вот-вот, и на тебя набросятся. Не страх, но волнение, которое начинает разъедать изнутри. Я знаю, что это бред, что отследить нас сейчас почти нереально, и даже сдай меня Тефея с точными координатами, поймать меня будет сложно…
Но понимать мозгом — это одно, чувствовать — совершенно другое. И я чувствую, будто у меня уже на хвосте сидят.
Мы летели так быстро, как могли, не покидая зону облаков. Иной раз мы летели сквозь снег, который беспощадно лупил нам в харю. Я знал, что долететь при максимальной скорости можно буквально за день, а значит, мы должны будем перелететь границу где-то на рассвете, учитывая зиму.
И этого рассвета я ждал очень долго. Наверное, не только я, но и Бегемот, потому что я чувствовал его тяжёлое дыхание, которое становилось всё громче с каждым часом.
И вот, когда первые лучи солнца начали пробиваться даже сквозь тучи, я скомандовал чуть-чуть спуститься, чтобы лучше сориентироваться. Сбросив скорость до минимальной и чуть выглянув из-под облаков, я вытащил голову наружу и огляделся.
— Та-а-ак…
Что я вижу…
А вижу я ни-хе-ра. Вот просто ни-хе-ра. Я даже и не догадывался, насколько херов в ориентировании на местности. Сейчас вот смотрю вниз (здесь, кстати говоря, снег уже сходил вовсю), и казалось бы, что должно ориентироваться легче, но я ничего разобрать не могу. Реки, леса, вот луга, опять леса, а там, кажется, город… Да, я выучил маршрут и контрольные точки, да только на практике применить этого не мог. Смотрю и ничего не могу узнать. Мы вообще туда залетели?
Хотя… хотя вон река, которая петляет, и я её, кажется, помню…
Та-а-ак…
Если она там, то… да, вон озеро, которое напоминает Северную Америку, а чуть дальше… ага, да, вон, вижу, кусок скалы, который торчит из земли, как будто у планеты встало. Так, уже лучше, потому что эти ориентиры помню. Я же не идиот, учил не только контрольные точки, по которым лететь, но и что было вокруг на случай, если мы уйдём в сторону. Как видим, не зря.
Всё это значило одно — мы на границе Агадарской империи, и теперь преследования со стороны небесных всадниц Нарианской империи можно было не бояться — они сюда не сунутся. Теперь главное на глаза агадаркам не попасться да взять значительно левее, в сторону востока, а то так мы улетим вообще в центр Агадарской империи.
Здесь же мы решили встать на привал, чтобы следующей ночью продолжить путь, но уже на крейсерской скорости.
Место можно было назвать