МИФЫ. Корпорация М.И.Ф. - Роберт Асприн

Единственное, что напрягло меня в этом мимолетном происшествии, – это безучастность других рабочих. Они не только не подошли, чтобы помочь мне в трудную минуту, но и воздержались от грубых и громких звуков по поводу моего бедственного положения. Этот второй пункт, в частности, насторожил меня как весьма необычный, поскольку рабочие – отъявленные хохмачи и вряд ли упустили бы столь очевидную возможность отпустить в мой адрес пару скабрезностей.

Причина стала ясна, когда мы наконец прервались на обед. Я как раз приготовился насладиться полуденным приемом пищи и попросил сидящего рядом со мной рабочего передать мне салфетку из вазочки рядом с ним, так как не мог сам до нее дотянуться. Вместо того чтобы выполнить эту просьбу, как того можно было бы ожидать от любого цивилизованного человека, этот клоун заявил, что не намерен тратить время на шпиона, а тем более подавать ему салфетку. Чего я никогда не потерплю, так это когда меня называют шпионом, особенно когда я выполняю шпионские обязанности. Поэтому я считаю своим долгом показать этому чуваку ошибочность его суждений, слегка прогнув его в своей самой спокойной, дружеской манере. Мне уже кажется, что между нами возникает здоровое полноценное общение, как вдруг я чувствую, что кто-то бьет меня по спине стулом. Это никоим образом не улучшает мое настроение, так как я уже с самого начала раздражен, поэтому я одной рукой прижимаю Горлопана к ближайшей стене, тем самым освобождая другую, которой затем хватаю другого кретина, когда тот замахивается снова. Я только начинаю входить во вкус, когда из толпы доносится тихий предупредительный свист. Естественно, народ собрался поглазеть на нашу дискуссию. Я оглядываюсь вокруг и вижу, что к нам идет один из бригадиров – не иначе как узнать, что за шум.

Бригадиры, пожалуй, самый низший класс начальников, поскольку обычно это рабочие-перебежчики, и этот тип – не исключение из правил. Даже не поздоровавшись, он начинает требовать немедленного доклада о том, что происходит и кто вообще все это начал. Как уже отмечалось, я был весьма взбудоражен и серьезно подумывал о том, чтобы расширить нашу дискуссионную группу, включив в нее бригадира, однако вспомнил, как нервничала Банни. Представляю, каких трудов мне стоило бы объяснить ей ситуацию, если бы меня вытурили в первый же день работы за грубость по отношению к начальству! В результате я перемещаю хватку с двух моих партнеров по танцам на свой гнев и начинаю объяснять бригадиру, что никто ничего не начинал и вообще на самом деле ничего не происходит… дескать, мои коллеги случайно упали, а я просто помогал им встать на ноги… и все.

Мои объяснения могут быть очень убедительными, что подтвердит вам любой присяжный, и бригадир решает принять их без вопросов, почему-то упуская из виду тот факт, что я с таким энтузиазмом помогал Горлопану подняться на ноги, что его ноги даже не касались земли, когда мои действия были прерваны. Возможно, он объяснил этот феномен эльфо-пылью, которая обожала поднимать в воздух все, что не было привязано к полу. Какова бы ни была причина, он поверил этой версии и ушел, оставив меня доедать обед с двумя моими коллегами, чей обед странным образом оказался истоптан во время игры.

Судя по всему, моя демонстрация мужественной доблести убедила всех, что я никакой не стукач, поскольку двое парней, которые набросились на меня в столь непрофессиональной манере, теперь горят желанием поболтать со мной в самой что ни на есть дружеской манере. Того, которого я называл Горлопаном, оказывается, зовут Рокси, а его приятеля по размахиванию стульями – Сион. Мы сразу нашли общий язык, потому что они нормальные парни, даже если неспособны нанести правильный удар, чтобы спасти свою шкуру. Похоже, у нас много общих интересов… например, тёлки и изредка ставки на скачках. Конечно, они моментально попадают в первые строчки моего списка подозреваемых, поскольку любой, кто думает так же, как я, скорее всего, также не станет проявлять уважение к праву на неприкосновенность частной жизни и чужой собственности.

Еще одна вещь, которую они мне говорят, прежде чем мы собираемся вернуться на рабочее место, это то, что порученная мне работа с эльфо-пылью обычно предназначена для новичков, которые в силу недостатка опыта не оспаривают порученные им задания. Мне предлагают поговорить с бригадиром, поскольку тот, похоже, впечатлен моим поведением – вдруг мне поручат другую работу, более соответствующую моим очевидным талантам. Естественно, я благодарен за этот совет и без дальнейших промедлений реализую их предложение.

Бригадир и впрямь прислушивается к моим словам и отправляет меня до конца смены на новое рабочее место. Однако по прибытии туда мне приходит в голову, что, возможно, было бы разумнее держать мой большой рот на замке.

Моя новая работа действительно пованивает… причем в буквальном смысле. И это не преувеличение. Дело в том, что от меня требуется одно: стоять в конце конвейерной ленты и проверять конечный продукт, когда тот сходит с линии. Когда я говорю «конечный продукт», это также следует понимать очень буквально. Самые сообразительные из вас, несомненно, уже поняли, о каком продукте идет речь, но для удобства читателей-тугодумов и трезвых редакторов я раскрою свои намеки.

Я осматриваю резиновые собачьи какашки, которые бывают трех размеров: «Противные», «Омерзительные» и «Невероятные». Конечно же, их называют не так – это придумал я сам после всего лишь нескольких мгновений знакомства. Поскольку, как уже упоминалось ранее, это первоклассная фабрика, следует ожидать, что наш продукт должен заметно отличаться от аналогичных предложений на рынке. К сожалению, мне, как контролеру готовой продукции, приходится иметь дело с изделиями до того, как они попадут в коробки, но после того, как к ним будет добавлена характеристика: «реалистичный, естественный аромат, который на самом деле липнет к рукам».

К сожалению, я не смог найти ни бригадира, ни двух шутников, которые давали мне столь полезные советы. Конечно, я лишен возможности длительного поиска, так как конвейерная лента продолжает двигаться независимо от того, проверяет инспектор изделия или нет, и в мгновение ока те начинают накапливаться. Поскольку я не большой спец по части обращения с лопатой, я предпочитаю продолжить работу, а нашу дискуссию отложить на более позднее, более личное время.

Заметьте, моя работа мне не в напряг. Одна из наших с Нунцио обязанностей, по поводу которой мы с ним дома подбрасываем монетку, –