Меч с человеком. Дилогия (СИ) - "RedDetonator"

К деревне вышли не через четыре, а через пять часов, аккурат к обеду. Точнее, деревня не предалась массовому обеду, как оно бывает в иных государственных учреждениях, но люди ходили с ленцой, предвкушая трапезу.

— Крепкого здоровья, добрый человек! — приветствовал Нептаин относительно молодого мужика в поношенной одежде, стоящего у колодца.

— И тебе того же. — не очень благожелательно ответил мужик. — Чьих будешь?

— Из села Собачьего. Нептаином кличут. — представился парень.

— Я Ирмоген, смоловар. — представился в ответ местный мужик. — Чего забыл в нашей деревне?

Ну, если разобраться, никакая это не деревня. То, что я вижу перед собой сейчас — смолокурня на три дома и четыре пристройки. Скорее, промысел, чем поселение.

— Доброго труда. — пожелал Нептаин. — Я и моя спутница, Милона, побыть хотели попроситься.

— А чегой вы в дорогу дались? — настороженно спросил Ирмоген.

— От беды. — как бы нехотя ответил Нептаин. — Разбойный люд жития не даёт, бежим из родных мест.

— А чаво двое? — Ирмоген явно не торопился верить в слова Нептаина, хотя они были чистой правдой. Ну действительно, разбойный люд не даёт покоя, поэтому бежим из родных краёв.

— Сколько уцелело. Ещё двое были, но они отбились. Я даже искать не стал, тут волков кругом полно… — ответил на это Нептаин. — Коль разговор зашел, волчью шкуру здесь кто может обработать?

— К старику Боэзу тебе тогда. — расслабился Ирмоген, приняв версию. — Но сначала к старосте зайди, расскажешь, что мне сказывал. Тебе второй дом, средний который, нужен. Сильмин у себя, обговорите и постой и прокорм.

Домик у старосты был самым богатым и крепким, что неудивительно, ибо староста — лицо деревни. Нет, остальные дома тоже выглядели крепкими и добротными, но именно у старосты дом претендовал на некую зажиточность. Снаружи красиво, а вот внутри…

Я, вроде как знал, что смолы довольно прибыльный бизнес, но эти ребята наглядно показали, что я это дело сильно недооцениваю — наличие «лишней» мебели, кровати вместо лавок, стекло в окнах, которые снаружи закрыты, для защиты от чужих глаз, бычьими желудками, капитальная белая печь, которую я смело могу назвать голландского типа, в общем, кучеряво живёт этот староста, о чём свидетельствует изобилие детей, которые носились по двору в количестве восьми штук.

— Кто таков? — староста был априори недружелюбен, несмотря на наличие у Нептаина меча. Это удивило меня ещё при разговоре с Ирмогеном. Либо верят в свою защищенность, либо принимают Непа за сопляка с оружием, которого можно оплеухой перешибить.

— Доброго здравия. Нептаин из села Собачье. — представился Неп. — Бежим с девой Милоной от беды, разбойные люди жития не давали, утекли мы по реке.

— Разбойный люд? — с тенью беспокойства спросил староста. — Небось, на хвосте с собой притащил?

— Нет, они должны подумать, что я дальше по реке утёк. — покачал головой Нептаин.

— С чего они так думать должны? — с подозрением спросил староста Сильмин.

— Дык лодка-то ушла дальше по реке. — улыбнулся Неп.

Староста молча уставился ему прямо в глаза, словно испытывая. Нептаин смотрел на него кристально честным взглядом.

— Чего хотел здесь? — наконец-то нарушил молчание староста.

— На постой стать, передохнуть денёк-два. — ответил парень.

— Две меди за день в сеновале, булку хлеба да сбитня кувшин на двоих. — перечислил староста. Затем указал на меч. — И чтобы без этого… беспокойства.

— Добрый человек, свет Добробога в твой дом. — пожелал Нептаин как учили отец и жрец.

— Иди давай. — отмахнулся староста.

Сеновал был уютным. Милона тут же уселась на сено и с улыбкой начала делить хлеб, выданный молчаливой и почему-то грустной женой старосты.

«В чужой монастырь, конечно, со своими ГОСТами не лезут, но…» — напомнил я о себе. — «Неплохо было бы Милоне для начала руки помыть. Советую как можно скорее просветить её касательно гигиены. Только нежнее, без пугающих фактов о невидимых маленьких существах-убийцах».

«Но они же есть!» — видимо, Неп уже собирался как следует перетряхнуть привычное представление о мире, царящее в голове Милоны.

«Некоторые люди просто не готовы принимать такие факты». — объяснил я ему ситуацию. — «Нежно надо, как говорят англичане: „Soft and gentle“[14], чтобы без истерик и битья головой о стену. Хорошо?».

«Хорошо» — мысленно согласился Неп.

— Милона, перед тем как есть, помой руки. — дал он указание бывшей служанке.

— Зачем это? — удивлённо спросила она.

— Чтобы животом не мучиться, или чего похуже. — ответил тот. — Сама посмотри, у тебя руки в земле.

— Ну? — не поняла она, оглядев свои руки.

— Нельзя, чтобы руки были в земле. — наставительно произнес Неп. — От грязи болезни все.

— Дык как так? — снова не поняла слабенькую аргументацию парня бывшая служанка.

— А вот так. Потом объясню, как придёт нужное время. Сейчас просто помой руки у колодца. — не стал вдаваться в подробности Неп. — Я тоже сейчас пойду.

«Педагог из тебя аховый, но лучше так, чем никак» — раскритиковал я гигиеническое просвещение от Нептаина. — «Ладно, это всё потом. Знаешь что я увидел, пока мы были со старостой?»

«Неа…» — Нептаин взялся за рычаг журавля колодца.

«В пристройке к дому стоит аппарат… нет, аппаратище!» — мне стоило усилий, чтобы продержаться так долго и поделиться новостью только сейчас. — «У них там стоит смолокуренный аппарат для перегонки смолы из каких-то шишек! Представляешь, что это значит для нас?»

«Неа» — ответил Нептаин, поливая руки недоумевающей Милоны, склонившейся к земле.

«Да брось!» — не поверил я ему. Нет, действительно не понимает. — «Это значит, что: первое — здесь где-то есть производство меди, из которой изготовили этот аппарат, второе — этот аппарат можно переделать для изготовления поистине ценной жидкости! Да мы тут озолотимся!»

«Беспонтовая бочка, кати другую! — забраковал меч очередную бочку под брагу. — Слишком много дырок, ещё и одна из досок пожрана термитом! Как вообще кто-то взялся делать бочку из этой гадости?! Эта тоже бракованная! И эта! А вот эта нормальная! Кати наружу!»

Прошло пять дней с момента их прихода в «деревню» Смолокурня. Староста сначала отнёсся к мутному пареньку и видной девке с настороженностью, даже с недоверием. Несколько дней Неп помогал селянам по хозяйству: подсобил Ирмогену с ремонтом ограды для овчарни, вместе с Милоной помог бабке Самиле собрать куцый урожай свеклы с микроогорода, а также, опять же совместно с Милоной, оказал посильную помощь жене старосты, Денеиссе, в очистке зерна для каши от камней и мусора.

Смоловары больше доверять им от этого не стали, но лёд тронулся. Милона отнеслась к делу укрепления репутации с пониманием, да и ничего концептуально нового ей делать не пришлось.

На третий день Нептаин получше узнал жителей: Ирмоген — смоловар, лет двадцать пять на вид, волосами шатен, глаза голубые, нос картошкой, глаза посажены относительно близко к носу, одевается как и все крестьяне — одежда носится до состояния трухи, женат на Бьянке, которая дочь старосты Сильмина, внешним видом непримечательна, волосы черные, глаза карие, нос тонкий, фигурой складная, но ничего необычного. У них есть четверо детей: Сильмин-младший — шести лет, Марук — пяти лет, Дедда — трёх лет, и родившаяся в этом году Ирма.

Сам Сильмин — староста и смоловар, черная бородища до груди, широкие плечи, на лице следы систематического отравления, что легко объясняется профессией. Жена его — Денеисса, про которую почему-то никто не делится информацией, что особо отметил меч. Имя, конечно же, вызвало настороженность у меча, так как в прошлом он знал несколько человек с такими именами и оба были знатными леди. Он не стал заострять на этом внимания Нептаина, так как две тысячи лет прошло — многое могло измениться, да и случайность тоже нельзя отметать. Вот только внешность говорит о многом: тонкая талия, черты лица точёные, симметричные — Арким не удивился бы, играй она в другом мире в голливудских фильмах. Волосы черные как вороное крыло, одевается, по крестьянским меркам, красиво и аккуратно. Но не это главное. При общении проскальзывает во взгляде некое непокорство судьбе, весьма нехарактерное для крестьянского рода. Интересная личность, к которой следует присматриваться в будущем. Ребенок у них всего один — Бьянка, имя которой тоже удивило меча, ибо было оно присуще «их благородиям» целых две тысячи лет назад. Но это тоже могло бы быть совпадением.