David Eddings - Вор и Книга Демона

Окно снова поплыло, и Альтал вместе с остальными увидели еще один дом. За столом, заваленным бумагами, сидел тощий неулыбчивый господин и о чем-то совещался с одетым в коричневую рясу священником.

— Я десять раз просмотрел эти бумаги, брат Савел, — заявил господин, — и не нашел способа, чтобы обойти эту проблему. Традиция словно вырублена из камня. Мне нужен этот колодец, но он принадлежал жителям этой деревни на протяжении тысячи лет. Я владею сотнями акров земли, которую я мог бы засеять, если бы у меня был доступ к этой воде.

— Успокойтесь, барон, — ответил священник. — Если вы не можете найти документ, соответствующий вашим целям, нам всего лишь нужно составить таковой.

— Будет ли он иметь вес в суде?

— Конечно, будет, милорд. Председателем суда будет мой скопас, а он мне многим обязан. Когда я представлю ему мое “новое потрясающее открытие”, он сразу же вынесет решение. Деревня вместе с колодцем перейдет в ваше владение, и власти выселят всех жителей. После этого вы можете разрушить их дома или, если желаете, использовать их в качестве скотных сараев.

— Мы действительно можем провернуть это дельце, брат Савел? — с сомнением спросил барон.

Священник пожал плечами.

— А кто нам мешает, милорд? — спросил он. — Страной правит аристократия, а Церковь правит судами. Между нами говоря, мы можем делать все, что нам заблагорассудится.

— Ну что, сержант? — спросила Двейя у помрачневшего солдата. — Вы получили ответ на свой вопрос?

— Вполне, мэм, — ответил Халор, — но возникает другой вопрос. Зачем нам в это вмешиваться? Судя по тому, что я только что видел, можно сказать, что бунт давно назрел и даже опоздал. Почему бы нам просто не закрыть на замок границу с Перкуэйном и дать крестьянам возможность взять верх над знатью и духовенством?

— Потому что восстанием командуют не те люди.

— Значит, мы собираемся войти в страну и просто перехватить этот бунт у них из-под носа? — предположил Гер.

— Примерно так.

— Если мы собираемся украсть у них эту революцию, может, было бы нелишне разузнать, кто ее предводитель? — предложил Халор. — Теперь, когда Пехаль и Гелта уничтожены, главным стал кто-то другой, а знать врага в лицо чрезвычайно важно.

— Здравая мысль, сержант, — согласилась Двейя. — Давайте-ка поразведаем.

Альтал немного отступил назад и послал пробный мысленный импульс Бхейду. Сознание молодого священника представляло собой хаос противоречивых чувств. Ощущения печали и вины, конечно, остались, но в глубине уже закипал гнев. Очевидная несправедливость перкуэйнского общества уже начинала пробиваться сквозь отвращение Бхейда к самому себе.

— Это только начало, милый, — прошептал голос Двейи. — Только не торопи его пока. Мне кажется, он сам начинает приходить в себя.

— Ты кое-что преувеличила, не так ли, Эм? — предположил Альтал.

— Немного, — призналась она. — Мысли большинства людей, которых мы наблюдали, не настолько очевидны, как мы видели и слышали, так что, скорее всего, они не высказывают их так откровенно и вслух.

— Ты опять мошенничаешь, Эм.

— Знаю, — созналась она, — но если все это поможет Бхейду прийти в себя, то оно допустимо.

— Насколько я заметил, ты весьма гибко понимаешь мораль.

— Потрясающее предположение. Не спускай с Бхейда глаз, милый. Скоро ему предстоит увидеть и услышать такое, что может вернуть его обратно на землю.

Туман за южным окном рассеялся, и изображение снова стало четким. Альтал и все остальные оказались перед развалинами давно заброшенного дома на горе, возвышающейся над морем, которое виднелось далеко на юге. Внутри развалин была расставлена палатка и разложен хорошо замаскированный костер. У огня стоял Арган, бывший священник с желтыми волосами, и в раздражении пинал ногой груду полуразрушенных кирпичей.

— Так ты себе сапоги только испортишь, — раздался из темноты хриплый голос.

— Где тебя черти носили? — спросил Арган, когда на свет костра вышел седой Коман.

— Осматривал окрестности, — ответил Коман. — Ты же сам меня попросил.

— И что, нашел что-нибудь?

— Через границу пока никто не переходил, если ты об этом беспокоишься. Не думаю, что они вполне понимают то что ты делаешь, Арган. Я не смог найти Альтала, но ничего удивительного: он, наверняка, прячется в том замке на краю мира, а я туда добраться не могу. Есть какие-нибудь новости от Генда?

— Нет. Он в Нагараше пытается успокоить Хозяина.

Едва заметная улыбка скользнула по суровому лицу Комана.

— А ты хитер, Арган, этого у тебя не отнимешь. Это же ты вытащил Яхага из Нагараша и дал его убить, а обвинили во всем этом Генда.

— А все потому, что он приписал эту идею себе, старина, — ответил Арган с презрительной усмешкой. — Генд жаден до хозяйского одобрения.

— Ты тоже заметил, — сухо проговорил Коман.

— Впрочем, этот план должен был сработать, — заявил Арган. — Принести в жертву Яхага было прекрасным ответом на хитроумный замысел Альтала поймать Гелту в ловушку, но потом этот идиот Бхейд совсем потерял голову и зарезал Яхага раньше, чем кто-либо из нас успел его остановить.

— Я пытался предупредить тебя о нем, Арган, но ты меня не слушал.

— Я не думал, что он зайдет так далеко, — сказал Арган почти жалобно. — Это же было полным нарушением одного из основных правил. Меня самого лишили сана за гораздо меньший проступок.

— Впрочем, не думаю, что я буду так уж горевать без Яхага, — добавил Коман. — У меня от одного его вида кровь застывала в жилах. Даже Генд его боялся. Только Хозяин чувствовал себя комфортно в присутствии Яхага. — Я знаю, — угрюмо ответил Арган, — но если бы я мог заручиться его поддержкой, я сумел бы отодвинуть Гена в сторону и занять его место. Все шло так хорошо, пока этот маньяк в черной рясе не взял меч и не убил того, кто был моим ключом на пути к власти.

Коман пожал плечами.

— Если ты так считаешь, пойди и убей его. Возможно, Хном мог бы проводить тебя в Дом Двейи.

— Прекрати острить, Коман. Я ни за что не пойду туда, так же как и ты.

— Я просто посоветовал, преподобный Арган, — с саркастической усмешкой сказал Коман. — Раз ты так решительно настроен убить этого, в черной рясе, мне казалось, тебе все равно, что тебя самого могут по пути уничтожить.

— Месть — штука приятная, старина, — сказал ему Арган, — но чтобы ею насладиться, нужно быть живым. Придет время, и я разделаюсь с Бхейдом. А сейчас мне нужно побольше служителей Красной Рясы, чтобы подогревать то, что заваривается. Отправляйся в Нагараш и возьми с собой столько людей, сколько разрешит Хозяин. Я хочу быть в Магу еще до весны. Если мы будем медлить, то прежде чем мы доберемся до Магу, Альтал, скорее всего, будет ждать нас там со своей армией.