Марина Данилова - На старт, ведьмы!

Ребенок презрительно фыркнул.

– Я бы к этому Дмитрию присмотрелся, – задумчиво произнес Арсюша, в котором сейчас не было ни капли рассеянности или придурковатости. – Что-то в нем есть знакомое…

– Если окажется, что это он тебя так по голове стукнул… – начала было Катька, но тут же замолчала под взглядами взрослых.

– Вот и я знакомое учуяла, – не стала отпираться Алена. – Мужик вроде обыкновенный, к магии отношения никакого не имеет, а ведь чую! Желание то ли перезрелое, то ли недовыполненное… То ли проклял его кто-то так, по-особому. Найдешь его?

– Уже нашел. Не так далеко от нас, но надо просто присмотреться. Он не дурак.

– Хам он! – снова против своей воли вылезла я.

– Да это мы уже слышали. Разберемся, и он твой, – отмахнулась от меня Алена. – Ну, если мы сочтем, что он не опасный для ведьминского рода.

– А шкатулочки? – пожелала уточнить Ольга, которая считала их своим личным трофеем.

– Если не предъявит претензий, то можешь оставить их себе. Ничего особенного в них нет.

– Нет, я не поняла. Маринке мужика, Ольге шкатулочки, а я что буду с этой драки иметь? – обиделась вдруг Анютка.

– Опыт, Анна Сергеевна, – похлопала ее по плечу Алена. – Бесценный опыт кулачной драки! Что, сыр тоже весь съели?

Скривившись, она дожевала последний оставшийся бутерброд и обвела нас всех взглядом.

– Ну что, недоучки, пойдем на практику? Хотя бы с моим районом познакомлю.

Под своим районом Алена подразумевала три улицы и четыре переулка. Именно в этом географическом пространстве она могла ходить в халате и даже не снимать бигуди. Впрочем, такое она позволяла себе редко и преимущественно ночью. Сейчас же, хмурым питерским вечером, она предпочитала гордо вышагивать по тротуару в кожаной мини-юбке и алом топике. Если прибавить к этому огненно-рыжие волосы, спускавшиеся крупными локонами по спине, и ярко-зеленые глаза, становилось понятно, отчего ее так ненавидят все женщины и тихо восхищаются мужчины. И это при том, что в своем районе ведьма предпочитала соблюдать порядок и тишину и даже в местные разборки вмешивалась редко. Но одно дело самой не вмешиваться, и совсем другое – не вмешивать других.

– Значит, так. Вон там живет Андрей Георгиевич. Запоминать сразу и в полнолуние близко не подходить. Андрюша оборотень и загрызет не глядя, не спасет ни одна защита. Ой, Надежда Юрьевна, добрый вечер. А ко мне вот родня приехала, прогуляться вышли, – очаровательно улыбнулась Алена замученной женщине лет сорока с большими тяжелыми сумками.

Женщина обвела взглядом трех хмурых девиц в одинаковых рваных джинсах, девочку с перекошенным лицом и высокого мужчину, который в вечерних сумерках своими белыми брюками и такой же белой рубашкой сильно выделялся из толпы, и демонстративно перекрестилась.

– Думаете, поможет? – оживился вдруг Арсюша на этот жест.

– Изыди! – прошипела женщина.

– Зря, – расстроился недоангел. Исчезнуть он, конечно, никуда не исчез, но разочарование испытал сильное.

– Это тоже не поможет, – решила окончательно расстроить женщину Катюша. – От Арсения Гаврииловича даже Анфиса Петровна не смогла отписаться, а уж вам и пытаться не стоило!

Арсюша пожал плечами. Вроде: я не виноват, так вышло. Женщина подхватила сумки и скрылась в первой же арке.

– Какая-то она впечатлительная. Щитовидка барахлит, что ли?

– Мужик у нее барахлит, – пояснила Алена. – Со всеми бабами получается, а вот с ней барахлит. Ага, про оборотня я вам рассказала. Анька, я так поняла, что ты тут замуж собралась выскочить?

– Не просто выскочить, а гордо выйти! Первая, со всего потока! Надоело учиться, – призналась та. – Скучно. А пакостить я и так смогу, без сильных проклятий.

– Тогда присмотрись к мужику, который живет вон в том доме. Квартира сорок три. Ничего так, симпатичный. У меня вообще есть список интересных мужичков. Поделиться?

– Ага, то есть у меня будет выбор? – У Анютки загорелись глаза.

– В Питере всегда есть выбор. Но у тебя есть шанс влюбиться.

– Влюблюсь! – заверила Анька. – А большой список?

– Большой, присмотрись хотя бы к половине. В общем, там живет Вадик. Только не хватай его сразу, помни, у тебя кандидатов тьма. Оля, что ты там нашла? Какие подземелья? Это обычный подвал. Да, собираются там сатанисты, даже хомяка принесли как-то в жертву. Чего? Тебя зовут?

Алена остановилась и прислушалась. Действительно, из подвала доносились завывания с призывом Черной дамы. И все бы ничего, но Ольга действительно на первом курсе делала практическую работу по этой самой теме. Задача у нее была такая, слушать шумы из мира и вылавливать детишек, баловавшихся вызовом Черной дамы и прочей мелкой нечисти. Потом, выловив адептов этой весьма распространенной «религии», Оля должна была явиться вызывавшему якобы ее отроку и надрать ему уши. Не сильно, так, в целях профилактики, чтобы, ощутив раз нечистую силу в действии, вызывать кого пострашнее желания уже не было всю жизнь. У нечистой силы и своих дел хватает, и нечего ей по случайным вызовам бегать. Тем более что вызвавший силу придурок явно не надеялся, что она явится, и с формулировкой причины вызова тормозил жутко. А то начинал просто орать и плакать. Следовательно, ничем хорошим это не заканчивалось. А так явится первокурсница академии, объяснит детям, что так делать больше не надо, и все довольны. Дети слушаются родителей, а у студента зачет. Оля тогда честно заработала высший балл. Благо на это владения силой не надо, одно актерское мастерство. Портал, грим и куча фантазии. Вот и сейчас она услышала тот же призыв.

– Вяло как-то зовут, – отмахнулась Анютка. – А еще сатанисты! Нет, такой шепот даже в эфире академии не поймают.

– А мы поймали! – заупрямилась вдруг Ольга. – Зовут, значит, надо прийти!

– Прикид у тебя не тот, где черное платье, где вуаль? – Я тоже с сомнением посмотрела на белобрысую подругу. – Тебя сейчас саму попытаются в жертву принести. Хомячка не пожалели, а уж ты тем более симпатии не вызовешь.

– Арсений Гавриилович тоже симпатии не вызывает, между прочим! – решила обидеться Оля. – На него даже крестятся!

– Вот его и отправим, если тебе уж так сильно захотелось детишек погонять, – влезла я и получила весьма ощутимый пинок в ауру. Проклинать Оля умела лучше нас всех.

– Так, тихо! – рявкнула Алена. – Все пойдем! Давно я не развлекалась. Вы трое будете на подтанцовках. Арсений падший ангел… да я помню, что ты не падший, а стукнутый, но тут будешь падшим. В образ войдешь, полезно будет. Катюха, ты у нас жертва…

Катька хмуро посмотрела на мать. Быть жертвой родительского беспредела она уже привыкла.