Роберт Сальваторе - Последний Порог

— Это забавно, — сказала она со смехом, и уничтожила двух других, когда они глупо пытались атаковать позади их поверженного товарища.

Эффрон не мог отрицать физическую силу дворфы, но он отвернулся от жестокого зрелища и при помощи двеомера принял призрачную форму.

— Держитесь! — снова сказал четверке чернокнижник, его голос был столь же тонким, как и его двумерная форма, и он ушел землю и удалился в направлении вспышки.

Он вышел из-под земли в трещине старого, трухлявого дерева и осмотрелся. Как он и надеялся, Дзирт столкнулся с лидером стаи нежити, и глаза Эффрона заблестели, когда он рассмотрел костяной посох лорда-черепа, сверкающий некромантической силой.

Дзирт носился вокруг, бросался вниз и кувыркался, и совершал один выстрел за другим. Он, очевидно, хотел победить лорда-черепа, но давление упырей и других приспешников, включая существо-воина, вынудило его опять стрелять в ближайших к нему тварей снова и снова.

И все время уклоняться, ибо монстр с тремя черепами замахнулся своим посохом вперед, переплетающиеся языки сверкающего пламени гоняли Дзирта с места на место. Только скорость и ловкость дроу помогали ему избежать атак, да и то с трудом.

Эффрон знал, что он долго не продержится.

Чернокнижник выскользнул из дерева и стал материальным, и сразу начал коварную атаку, шепча отдаленному лорду-черепу на языке преисподней, он поставил свою силу воли против сего немертвого чудовища.

Существо повернулось к нему, три черепа зашипели в едином возмущении, и начало махать своим посохом в сторону тифлинга. Но Эффрон, проявив свою волю, остановил его приказом.

— Прореди их ряды! — крикнул он Дзирту, и опытный дроу уже получил большое преимущество от отвлечения лорда-черепа.

Эффрон видел, что испепеляющая стрела прошла через существо-воина, затем вторая, его стрелы пробили в теле твари отверстие с неровными краями, светящиеся со сверкающей молнией.

Упырь отлетел прочь, затем второй, и дроу выстрелил в упор в существо-воина, и оно отшатнулось. От следующей стрелы в упор его голова разорвалась, и дроу оттолкнул его в сторону, упал на одно колено, и сразу приготовился, прицелился из лука в главного врага.

— Черепа! — пояснил Эффрон.

И на молодого тифлинга от костяного посоха покатилась волна некромантического пламени. Эффрон зарычал и приготовился встретить натиск. Негативная энергия глубоко его жалила, но он пытался, стуча зубами, выдавить слова своего следующего заклинания.

Крайний правый череп нежити раскололся при вспышке серебряной стрелы.

Лорд-череп пошатнулся и качнулся к Дзирту, как раз вовремя, дабы поймать следующую стрелу в грудь. Однако, ему удалось испустить еще один сильный взрыв.

Эффрон нашел мистические энергии Фэйвайльда, сплел их в белое пламя, и использовал свою телепатическую связь с лордом-черепом, дабы вставить сей огонь в разум нежити. Четыре оставшихся глазницы, уже двуглавого чудовища, сразу начали пылать белым пламенем, и ручьи серебристого огня потекли из каждого отверстия черепов, поднимаясь в ночной воздух и создавая пламенный ореол вокруг лорда-черепа.

Это только помогло Дзирту целиться.

Стрелы полетели в существо в быстрой последовательности. Второй череп разбился, и корона монстра упала на болотистую землю.

Эффрон изменил свою магическую атаку, сверху опустился луч холодного звездного света, дабы ужалить ошеломленное существо.

— Амбра, сейчас! — сумел выкрикнуть он между атаками. Он услышал, что дворфа в биваке снова воззвала к Думатойну, и теперь, после уничтожения лорда-черепа, с компенсированной силой и еще эффективнее. Воззвание дворфы было таким сильным, что несколько упырей перед ней рассыпались в прах, и даже другие существа не смогли устоять перед лицом ее божественного воззвания.

Лорд-череп перед Эффроном рухнул в грязь.

Многочисленные вспышки заставили его повернуться и увидеть, что Дзирт отбивается от группы голодных упырей. Только тогда Эффрон по-настоящему рассмотрел красоту танца Дзирта, ибо дроу бросил свой лук и достал клинки так быстро, что глаза Эффрона едва поспевали за его движением.

Дзирт прыгнул вперед, дважды пронзил упыря перед собой, затем вырвал свои клинки и совершил ими ножничный удар, дабы обезглавить существо. Едва ли замедлившись, дроу перехватил эфесы и одновременно пронзил еще двух упырей. Он отступал почти с такой же скоростью, как и нанес удар, Дзирт быстро отступал назад, но наклонился вперед, и во внезапном порыве, обрушил на раненых упырей последний град ударов.

Едва ли замедлившись, дроу прыгнул на лежащее существо-воина и пронзил его клинками, дабы убедиться, что оно не восстанет снова.

Видя, что сражение закончилось, чернокнижник поспешил забрать трофеи, он поднял корону дрожащими руками. Он, конечно, не посмел бы пустить ее в ход или носить, сначала не изучив, но он не принимал таких мер предосторожности с посохом, и с нетерпением его схватил. Посох был высотой с его рост, сделанный из трех костей голеней, слитых в одну, и с крошечным черепом гуманоида на конце. Синяя молния теперь погасла, но молодой чернокнижник легко ее возвратил, найдя магический подход к сильному предмету, и к тому времени, когда Дзирт к нему присоединился, синевато-черные вспышки появились снова, мерцая в глазницах черепа на верхушке посоха.

Дзирт смотрел на него подозрительно.

— Магия не добрая и не злая, — пояснил Эффрон в ответ на его взгляд. — Она просто есть.

Выражение Дзирта особо не изменилось, оставаясь крайне скептическим, но он ничего не сказал и последовал за Эффроном к остальным. Сражение там также закончилось, перед четырьмя спутниками валялись тела. Афафренфер, очевидно, пострадал больше всех, и Амбра занималась его раной на плече и кровоточащими руками.

— Хорошее сражение, — промолвил Дзирт.

— Было бы лучше, если бы один из нас не сбежал, — проворчала Далия, глядя на него, — а другой не последовал за ним.

Дзирт засмеялся и покачал головой, не собираясь извиняться, и даже Артемис Энтрери усмехнулся нелепости замечаний Далии.

— Эти враги были направлены против нас? — спросил Энтрери. — Дрейго Проворным?

Эффрон покачал головой. — Такие бродячие стаи весьма распространены в болотах около Глумрота, — пояснил он. — Хотя эта была особенно сильной. — Он смотрел на свое новое оружие, пока говорил и улыбался, чувствуя силы костяного посоха.

Если неупокоенные чудовища нападут на них снова на следующий день, он знал, что большинство из них будут сражаться на его стороне.