Вероника Кузнецова - Забавы колдунов. Часть первая

— Нет, в следующий раз с такой бестией надо действовать иначе, — говорил дон Мигель. — Надо будет поискать ещё одну подобную тварь, чтобы потренироваться.

— Если одна нашлась, то найдётся и другая, — подтвердил Сверчок и озабоченно добавил. — Только теперь, когда слава о нашем подвиге разнесётся далеко кругом, нам нелегко будет выманить её на поединок. Слава Рыцаря Поднятого Забрала и его коня Подобного Молнии ещё больше разрастётся, и нам придётся скрывать свои имена, чтобы не пугать врагов заранее.

Сверчок не меньше хозяина любил поговорить о подвигах.

Адель помалкивала и не высказывала горячего желания, чтобы возможные враги разбегались при их приближении. Зато Франк соглашался с каждым словом рыцаря и его коня и строил планы на собственное будущее, намереваясь сразить всех уцелевших после дона Мигеля драконов и бестий. Дон Мигель смеялся, Сверчок пофыркивал, но Серый и Моська, похоже, заразились настроением мальчика и тоже подумывали о подвигах.

— Тебе это нетрудно, — завистливо сказал Франк Моське. — Вон какая ты смелая. Наверное, если бы дону Мигелю угрожала опасность, ты бы прыгнула на бестию и загрызла её.

Собачка была по-прежнему скромна и предоставляла другим восхвалять её заслуги.

После поединка с бестией, покрытой чешуёй, прошли уже сутки, а путники по-прежнему шли вдоль трещины.

— Дорога хорошая, — одобрял ослик. — Копытам ступать легко, однако трава не очень сочная.

— Наверное, в пустыне ты о ней такого бы не сказал, — возразил Сверчок.

— Потому в пустыне и нет травы, чтобы о ней ничего плохого не говорили, — объяснил Серый. — Там только в оазисе трава, но зато трава необыкновенная. Нигде я не встречал ничего вкуснее.

— После голодания я нахожу вкусной любую съедобную дрянь, — заметила Моська.

Ослик укоризненно поглядел на неё.

— Не обижайся, Моська, но ты совершенно не разбираешься в съедобных травах.

— Зато я разбираюсь в лекарственных травах, — похвасталась собачка. — Я знаю что надо съесть при отравлении, при простуде, даже при укусе змеи.

— Кто тебя этому научил? — спросил Франк.

— Никто, но я всегда чувствую, когда и что мне надо съесть, чтобы выздороветь.

— Если бы Ник был с нами, он бы сказал: "Мы, люди, приобщившись к знаниям, утратили способность разбираться в травах".

Франк так похоже передразнил карлика, что рассмеялись все, даже рыцарь, который познакомился с учёным почти перед самым расставанием.

— Хороший человек, — одобрительно проговорил Сверчок. — Странствующим рыцарем он бы не сумел стать, а тем более — конём странствующего рыцаря, но он очень мне понравился.

— Он выбрал себе карьеру учёного, — объяснила Адель. — Его можно назвать странствующим учёным. Хотелось бы мне ещё раз его повидать, а то мне за него очень тревожно. Как он не боится оставаться возле великанов?

— Он очень осторожен, — успокоил её дон Мигель. — Вряд ли такой опытный человек даст себя захватить врасплох.

— Мы бы не смогли изучать великанов, как это делает он, — в раздумье проговорил Сверчок. — Мы бы сразу же вызвали такого на поединок. Только едва ли он согласился бы сразиться с Рыцарем Поднятого Забрала.

— Если бы он не обидел даму моего сердца, прекрасную Адель, мне самому не захотелось бы с ним сражаться, — отозвался дон Мигель.

Адель удивилась.

— Почему? — спросила она.

— Этот великан может представлять интерес только для начинающих рыцарей, не имеющих моего опыта, а для меня он слишком лёгкая добыча. Вот однажды мы со Сверчком сразились с великаном-людоедом, который был раза в три выше этого и держал в страхе всю округу своей жестокостью и ненасытностью.

— Он был достойным противником, — с удовольствием подхватил конь. — Наверное, люди и животные, освобождённые от его зверств, до сих пор благословляют имена Рыцаря Поднятого Забрала и Подобного Молнии.

— Жаль, что в то время я ещё не встретил Адель и не смог посвятить этот подвиг даме моего сердца.

— А кто опаснее: такой великан или дракон? — жадно спросил Франк.

— По-разному, — раздумчиво ответил дон Мигель. — Великаны умнее и хитрее, когда разберутся, что перед ними реальная опасность, а битва с драконами трудна тем, что не сразу определишь, каким оружием владеет чудовище. Есть драконы безобидные, у которых только когти да зубы, а есть такие, которые плюются огнём или душат ядовитыми газами.

— Быть странствующим рыцарем — целая наука, — уважительно заметил Серый. — Тебе, Франк, надо будет многому научиться. Мне легче, потому что я буду ослом странствующего рыцаря, но, наверное, и мне придётся научиться кое-каким тонкостям у тебя, Сверчок.

— Хорошо, что мне не надо ни у кого ничему учиться, — порадовалась Моська. — Я буду всего-навсего собакой странствующего рыцаря, а это не так ответственно. Мне надо будет предупреждать об опасности и подстерегать будущую добычу, что я умею делать и сейчас. Правда, со временем придётся освоить службу загонщика, чтобы не давать сбежать чудовищам, которые будут трепетать от одного только имени рыцаря… короче, от имени, которым назовётся Франк, когда сделается странствующим рыцарем.

Дон Мигель с улыбкой слушал гордые планы ослика и маленькой собачки, но не прерывал их, да и на горящего воинственным пылом мальчика он взирал благосклонно.

— Надеюсь, дон Мигель, вы не будете поощрять Франка в его желании стать странствующим рыцарем, — тихо сказала Адель.

— Поощрять не буду, но и отговаривать тоже не стану. Если у него не исчезнет охота к опасным приключениям, я сделаю его своим оруженосцем и постепенно научу владеть оружием. Раз его не испугала бестия, то из него может получиться хороший рыцарь.

Адель ничего не могла возразить на такой довод, и ей оставалось только надеяться, что Франку ещё представится возможность переменить свою жизнь на лучшую и не такую опасную. После встречи с бестией ей уже не хотелось, чтобы мальчик связал свою судьбу с рыцарем, не только рискующим своей жизнью, а специально выискивающим опасности. Ах, если бы Франк согласился тогда на предложением принца поселиться у него во дворце и получить хорошее образование! Даже Ник, подвергавший себя ежеминутной опасности ради науки, представлялся ей сейчас более приемлемым товарищем для Франка, чем рыцарь, потому что не лез сражаться, а лишь собирал материал для диссертации.

— Впереди кто-то идёт, — предупредила Моська.

Все посторонние мысли разом вылетели из головы Адели. Если им предстоит встретиться с очередным чудовищем, то рыцарь, не раздумывая, кинется на него, и исход сражения будет неизвестен, ведь дон Мигель совсем недавно одержал победу над страшной бестией, покрытой чешуёй, и, наверное, ещё полностью не восстановил свои силы.