Даринда Джонс - Седьмая могила без тела

Наши кровати все еще стояли изголовьями друг к другу – пару недель назад Рейес снес стену между нашими комнатами. Едва шагнув за порог спальни, я обалдела от развернувшейся перед глазами картины. Сразу на обеих кроватях, подсунув под спину несколько подушек, лежал Рейес. Босиком, по пояс голый, в темных пижамных штанах. В одной руке он держал бокал, а в другой – книгу. Видела я такие фотки в журналах. Из оперы «кинозвезда в домашней обстановке».

Я чуть не кончила не отходя от кассы. В жизни ничего сексуальнее не видела. Неужели я когда-нибудь привыкну, что он рядом? Привыкну к возможности смотреть на него в любое время, зная, что он только мой? Что мне не нужно его ни с кем делить? Ну разве что с возрастом я совсем одичаю и мне приспичит организовать тройничок. Впрочем, сомневаюсь, что мне когда-нибудь захочется делиться этим мужчиной. Бога ради! Сегодня я приревновала его к покойнице! Правда, покойница была восхитительной, но все-таки.

- Полегче, Бетти Уайт, - пробормотала я.

- Чего? – не отрываясь от книги, спросил Рейес, и уголок его рта игриво приподнялся.

Я подошла к кровати.

- Ты читаешь. Наверное, это самое сексуальное, что вообще может делать мужчина.

Широко улыбнувшись, Рейес наконец посмотрел на меня, закрыл книгу и отложил в сторону.

- Ты еще не видела, как я танцую на пилоне.

Сдержаться не получилось – я расхохоталась вслух.

- По-моему, вам с пилоном лучше давать частные выступления. Потому что звучит это дело крайне интимно.

- Наверное, ты права.

По мне с головы до ног прошелся взгляд темных глаз, и я тут же пожалела, что не надела на ночь футболку с надписью «ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО ДЛЯ РАЗВЛЕЧЕНИЙ».

Еле-еле выбравшись из транса, я дерзко заявила:

- Между прочим, я на тебя злюсь.

Рейес согнул ногу в колене и положил на него руку.

- Серьезно?

- Серьезнее некуда. Не думай, что я забуду, как ты за мной шпионил.

- Не смел и мечтать.

- Кто она? – спросила я, залезла на кровать и уселась в изножье, чтобы Рейес не смог до меня дотянуться.

- С чего ты взяла, что она у меня одна?

Офонарев, я приподняла брови.

- Та, которую я видела, была очень красива.

- Кажется, она утонула во время какой-то вечеринки.

- Тогда понятно, почему на ней вечернее платье.

- У нее рамазан макияж.

- Но тебе ведь такое даже нравится.

- Только на тебе, - усмехнулся Рейес и все-таки протянул ко мне руку.

Спрыгнув с кровати, я обошла его, чтобы собрать грязную одежду и сложить ее в корзину для стирки.

- Так сколько их у тебя?

- Что ты хочешь услышать?

Неужели, блин, я задала такой сложный вопрос?

- Предпочла бы правду.

- Тогда армия. На такой ответ ты рассчитывала?

Я подошла к комоду и принялась копаться в ящиках.

- Если это правда, то да. Только хочу уточнить. Армия – это сколько конкретно?

- Несколько, - уступил Рейес. – Штук семь, плюс-минус. Ты становишься сильнее. Она поняла, что в кофейне ты ее вычислила.

- Почувствовала аромат ее духов. Раньше с призраками у меня такого не получалось.

- Твои чувства и ощущения становятся острее. Молодец. 

- Чем именно занимается твоя армия шпионов? Я не люблю, когда за мной следят.

- Значит, я зря тебе все рассказал.

Я понятия не имела, как к этому относиться.

- Датч, я не стану рисковать тобой только потому, что тебе не нравится, когда за тобой приглядывают. Как ты сама и говорила, теперь речь идет не только о тебе.

Что ж, тут он прав.

- Покажи мне, на что ты способна.

- Ты прекрасно знаешь, на что я способна. Да и вообще, кажется, не знаю этого только я. И, насколько я понимаю, если ты назовешь мне мое настоящее, неземное имя, я сразу пойму, что к чему и что надо делать.

- Верно, но тогда все изменится. Нам нельзя пользоваться этим козырем без крайней необходимости.

- Ни черта не понимаю. Ты можешь объяснить, в чем, собственно, дело?

Рейес опустил глаза.

- Я точно не знаю, не станешь ли ты стопроцентным ангелом смерти, узнав свое имя.

- То есть ты боишься, что мое физическое тело перестанет существовать? Что я стану ангелом смерти и…

- Забудешь обо мне. У тебя будет работа. Ангелы смерти не славятся своими социальными навыками. Они всего-навсего выполняют свой долг, и больше ничего. Как бы это сказать? Они становятся… нет, лишаются всяческих эмоций.

Я знала, что это всерьез беспокоит Рейеса, но в глубине души не сомневалась: что бы ни произошло, что бы я ни узнала, я никогда его не забуду. Это так же немыслимо, как и думать о том, что мир превратится в пыль. Но пока я решила не ковыряться в этой теме.

- Ладно. Пусть это будет нашим тузом в рукаве.

- Вот и хорошо. А теперь давай посмотрим, на что ты способна. – Он сложил руки на широкой груди. Над ушами вились густые темные волосы, блестевшие даже в тусклом свете. – Просто подыграй.

- О’кей. Что делать?

Рейес опустил голову, посмотрел на меня из-под длиннющих ресниц и сказал тихим бархатным голосом:

- Представь, что я один из Дюжины.

- Один из Дюжины. Лады.

- А теперь уделай меня.

- Уделать тебя.

- Как сегодня утром.

- Ну уж нетушки! – заартачилась я. – Утром я поступила ужасно. Ты не мог дышать.

- Блестящее решение.

- Опрометчивое решение.

- Датч, - с нажимом произнес Рейес.

- Ладно-ладно! – Я закрыла глаза и начала мысленно превращаться в крутую, непобедимую боевую машину. Представила себя кофеваркой. Было сложно, но у меня получилось. Я открыла глаза и в упор посмотрела на Рейеса. – Значит, так. Ты – болезнь, а я – противовирусный препарат, который защищает клетки организма и не дает вирусу плодиться во все стороны.

С явным трудом поборов улыбку, Рейес поинтересовался:

- Где ты этого нахваталась?

- По большей части, из рекламы терафлю.

- Датч, - услышала я тот же предупреждающий тон, - или ты меня победишь, или пожалеешь, что не смогла.

В этом я ни капельки не сомневалась, хотя понятия не имела, что такого он может сделать, чтобы я пожалела. Глубоко вздохнув, я сосредоточилась и приказала себе победить Рейеса, который, между прочим, продолжал сверлить меня взглядом, дав последнее предупреждение:

- Датч.

Вот только я не знала, что делать. Не хотела причинять ему боль. Не хотела, чтобы из-за меня он снова переживал то, что пережил утром.

Я моргнула, и в этот самый миг Рейес напал. Схватил за горло и поднял меня над кроватью, как будто собирался с размаха впечатать меня в матрас. Не задумываясь, я замедлила время, приспособила его к скорости движений Рейеса, а потом и вовсе остановила. У меня появилось преимущество. Теперь я могла освободиться, развернуться и точно так же схватить за горло Рейеса, чтобы потом отпустить время и, использовав силу возврата, перебросить Рейеса через плечо прямо на пол.