Гэв Торп - Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I

— Всё есть ночь, — рявкнул некромант. — Пляшут кости, кости строят, и повсюду тишина.

Ушоран зашипел, оторвал от себя Кадона и с размаху приложил его об пол. Посох с грохотом отлетел прочь, глаза правителя злобно сверкнули, и он, словно змея принялся извиваться в лапах Ушорана.

— Она желает тебя, — выдавил старик. — Она превратит в кладбище весь мир, она проведёт тебя чрез врата. Только если я позволю… Нет, это мой мир, не твой. Она обещала мне!

Раздался звук трущейся о металл кости. Ушоран выпустил Кадона и обернулся. Его взгляд встретился с тлеющими зелёными угольками чужих глаз. Из специально устроенных ниш в стене, по обеим сторонам трона, выступили две закованные в броню фигуры. Их древние доспехи были составлены из гниющей кожи и бронзовых пластин, в руках они сжимали грубо выкованные мечи с тупым окончанием. Его рычание было встречено безгубыми ухмылками. Подняв оружие, костяные стражи медленно двинулись вперёд.

Тело Ушорана словно струя воды покатилось им навстречу. Плоть таких, как он, может менять очертания подобно утренней дымке, и за столетия свободной охоты он многому научился. Вампир окунулся в сладкую боль, вызванную превращением, его тело расщепилось в тягучий туман и потянулось к умертвиям. Оказавшись возле них, он вновь обрёл плотность и голыми руками размозжил череп одного из воинов. Затрещали древние кости, смялся металл, Ушоран вырвал оружие из рук стража.

Он поднял меч как раз в тот момент, когда клинок второго воина прошёл в волоске его черепа. Вампир зарычал и отскочил назад. Фехтовать он никогда не умел. Дрался только руками. Страж плавно двинулся за ним.

— Лишь в забытьи обретут избавление и будут свободны только после смерти, — прошептал ему голос.

— Дарую тебе свободу, — просипел Ушоран и, увернувшись от мощного удара, погрузил меч в грудь мертвеца.

Он поднял стража в воздух и пригвоздил его к трону. Нечеловеческая сила заставила меч по рукоять уйти в кость. Ушоран оторвал стражу правую руку и бросил её извиваться на полу.

Кадон как ни в чём не бывало поднялся на ноги.

— Я знаю тебя, кровосос. Знаю, потому что она давно уже взывает к тебе, — произнёс он.

Корона гневно пульсировала на его лбу, некромант скривился.

— Она мечтает о тебе, уговаривает меня отступиться. Но я не сдамся. Я вырвал её из рук мертвецов и не отдам никому!

Ушоран с рёвом бросился на старика. Тот выплюнул ему в лицо поток острых как бритвы звуков, и вампира скрутило от боли. Он почувствовал, что его тело буквально выкипает изнутри. А Кадон всё говорил и расхаживал вокруг него.

— Она приказала мне надеть корону. А его зарыть глубоко, сковать землёй и камнем, обрушить на него гору, сдавить его кости и дух. Дабы он никогда не восстал! Только не он!

Кадон схватился за корону и пошатнулся.

— Я сделал, как ты говорила, — простонал он. — Сделал всё для тебя, и что получил взамен? Может быть, мне отнести тебя туда, где я нашёл тебя?

— Умолкни, — прорычал Ушоран и снова прыгнул на некроманта.

Из растопыренных пальцев Кадона мелькнули завитки тьмы, они схватили вампира за лапы, но тот вновь расплылся туманом, и через мгновение перед правителем Моркейна вынырнул среброшкурый волк. Зверь был уже близко, он широко раскрыл свою пасть, но Кадон отчаянно взмахнул руками, и тот с жалобным воем был отброшен назад чёрной молнией.

— Можешь принять любую форму, но тебе никогда не получить того, что принадлежит мне, — выкрикнул колдун, схватив посох.

Ушоран вскочил. Корона вспыхнула призрачным светом, и Кадон вскрикнул, будто она обожгла его. Волк бросился вперёд и вцепился в шею некроманта. Тот взвизгнул и ударил зверя посохом в голову.

Вампир распластался на полу, мысли, словно глиняные черепки, с гулким стуком перекатывались внутри черепа. Он сел на задние лапы, из его пасти свешивались куски кожи, сочилась солёная кровь. Зажав шею руками, Кадон нетвёрдой походкой шёл к трону. Ушоран вскочил и выплюнул гнилую плоть. Его челюсти онемели. В крови колдуна скрывалась злая сила, она жгла его словно яд.

Но он хотел ещё.

Задыхаясь от нетерпения, он устремился к раненому некроманту. Корона жарко пылала. Её голос ободряюще мурлыкал.

— Да, да, убей его. Он больше не нужен. Надень меня… надень и взойди на трон! Царь и бог! Ушоран!

— Нет, — пробулькал Кадон.

Его глаза бешено вращались. Воля некроманта на мгновение столкнулась с волей Ушорана и ошеломила вампира. Столетиями копившаяся сила стегала его, не давала сойти с места. Кадон переломил волю короны, и та пронзительно и негодующе закричала в голове Ушорана.

Старик потянулся к стене за троном, к одной из ниш, в которой скрывались его стражи. Он приложил окровавленную ладонь к камню и открыл потайную дверь, за которой по спирали уходили вниз ступени. Оставляя кровавые следы, Кадон ввалился в проход. Когда он исчез, Ушоран обнаружил, что снова может двигаться.

Он немедленно последовал за правителем Моркейна.

— Куда ты направился, некромант? — выкрикнул он.

Вампиру показалось, что каменные стены коридора завибрировали от его голоса. Корона подгоняла его, но голос был на удивление слаб.

— Бежать некуда. Я охочусь за тобой уже сотни лет, — неуверенно произнёс Ушоран.

Это что, дым?

Из проёма заструился странный запах и стал кольцами увиваться вокруг Ушорана, по телу вампира прокалилось нечто похожее на страх. Он оскалился и почувствовал непреодолимое желание бежать прочь. Это дым? Запах смолы? Он отогнал воспоминания. Что там, внизу? Куда направился Кадон? Там не было ничего кроме… От неожиданной мысли Ушоран зарычал. Внизу не было ничего, кроме того, что Кадон зарыл там много столетий назад. Не обращая внимания на захлёстывающий его страх, он бросился за некромантом. Бежал, перепрыгивая через несколько ступеней разом. Здесь, на глубине, огромный вес пирамиды ощущался особенно остро.

— Куда ты бежишь, Кадон? — снова спросил он, но уже чуть тише.

Ушоран замер и прислушался. Камни, казалось, тёрлись друг о друга, словно что-то шевелилось под ними. Какая-то частичка его знала, что так и было.

На стенах древними строителями были нацарапаны примитивные знаки, похожие на иероглифы с родины Ушорана; они рассказывали историю этой гробницы. Охваченный любопытством он провёл по ним когтем. «Тело было найдено в реке, петляющей через горы, в руке его зажата корона. Тело великого человека, не было ему равных в Моркейне, но и он был низвергнут в прах чужаками». Ушоран сжал когти, коверкая значки на стене.

— Нет, — прошипел он, отвернувшись.