Гэв Торп - Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I
Меч опять метнулся к нему, Зигмар отклонился и обрушил молот на шлем воина. От страшного удара тот рухнул на колени, и, получив следующий удар в лицо, завалился на спину. Не давая врагу возможности подняться, мощным ударом из-за головы, словно вбивая кол в землю, Зигмар размозжил воину череп, размазал его по виадуку.
Когда погиб предводитель, норсы вскрикнули, словно от боли, а тюринги ответили победным кличем. Ульфдар порубила топором черное извивающееся знамя, и клубы темного дыма взлетели над его распадающейся сущностью, неотделимой от участи воина, который его носил.
Поле боя перед стенами города было завалено обезображенными трупами мутантов, и теперь ничто не стояло на пути к проклятому алтарю. Вопящие, снедаемые маниакальной яростью тюринги набросились на жуткую конструкцию из костей и меди, но демонические скакуны вздыбились и забивали копытами любого, кто осмеливался приблизиться. Дыхание их было подобно иссушающему жару и губило все, до чего добиралось.
Пошатываясь, к Зигмару подошла Ульфдар, вся в синяках, перепачканная кровью. Ее несколько раз ранили, но женщина словно не замечала этого. Отсутствующий взгляд стеклянных глаз, в уголках рта выступила пурпурная пена. Она показала на алтарь смерти.
— Как его уничтожить? — невнятно из-за действия наркотических веществ, приводящих берсерков в боевой экстаз, спросила Ульфдар.
— Вот так, — сказал Зигмар, высоко взмахнул Гхал-Маразом и обрушил молот вниз. По его команде туча арбалетных стрел вонзилась в курящийся алтарь. Демонические скакуны закричали в предсмертных муках, распадаясь под унизанными стрелами шкурами. Когда разрушилось заклятье, вдохнувшее в них жизнь, жар их костей угас, темные сердца остановились.
— Теперь уничтожим алтарь. — Зигмар прицепил молот к поясу и побежал вперед. Оставшиеся в живых тюринги тоже мчались вместе с ним, и когда все они взялись за алтарь, с него посыпались черепа. Вблизи император разглядел, что отвратительная конструкция состояла из ужасного реликвария с костями и бурлящего котла с кровью.
Вот почему Зигмар прогнал норсов из империи. При виде этого страшного алтаря рассеялись его последние сомнения. С помощью тюрингов он подтолкнул кровавую конструкцию к краю виадука.
Ну, давайте! — крикнул он. — Поднажмем, пока они не вернулись!
Алтарь из костей завалился набок и полетел вниз, разваливаясь и расплескивая кровь.
Зигмар не стал ждать, когда он упадет на землю.
Норсы готовились к новой атаке.
Мидденхейм пылал. Столбы дыма устремились в небо, запах горящей древесины долетал до людей на стенах. Над отрядом Пендрага пролетали небольшие, похожие на летучих мышей, твари, они парили над городом и бросали горящие факелы, а их более крупные сородичи налетали на оборонные сооружения. Сухое дерево строений тут же занималось, а сильный ветер раздувал огонь.
Дюжины крупных крылатых монстров удалось сбить стрелами, но от этого защитники выиграли немного, поскольку основной задачей тварей было не сражаться, а доставить до вершины вооруженных воинов — не совсем людей, но кошмарных творений, куда ужасней и беспощаднее человека. Побоище было страшным.
Пендраг видел, как одно существо с холодящим кровь воем приземлилось в десяти футах от него. Когда-то оно явно было человеком, но тело мутировало до неузнаваемости. Оно размахивало когтистыми луковицеобразными лапами с острыми костяными наростами. В глазах его пылали ярость и безумие, оно с диким голодным ревом ринулось на испуганных защитников.
— Что они такое? — вопросил Мирза.
— Нечто проклятое всеми богами, — отвечал Пендраг.
Каждую секунду с неба падали все новые вопящие маньяки, видоизменившиеся от ревностного служения Темным богам, чей разум превратился в бешеный вихрь безрассудной ненависти. Они сражались без оружия, им не требовалось наточенное железо — чтобы убивать, вполне хватало когтей и клыков. Из-под доспехов выдвигались странные конечности и рудиментарные части тела, черные глаза свирепо пылали.
Многих страшилищ уложили копьями и стрелами, тем не менее им удалось пробить средь воинов кровавую брешь. Перепуганные люди отступали, защита была прорвана.
— Во имя Ульрика! — вскричал Мирза. — Дорога в город открыта!
Пендраг разрывался между необходимостью сражаться с безумными бойцами-мутантами и нуждой защищать склоны на подступах к стене, но, видя забиравшихся на стены тварей, сделал выбор. И схватил Мирзу за руку со словами:
— Иди! Убей их! Скоро подоспеют другие, мы должны встретить их во всеоружии!
— Будет сделано, — кивнул Вечный воитель и бросился наперерез ближайшим чудовищам.
Пендраг глядел ему вслед, когда сверху рухнуло почти разрубленное пополам тело и обдало все вокруг кровавыми брызгами. На графа легла чья-то тень, и он поднял глаза вверх.
С неба камнем падал вниз крылатый монстр с торчавшей в груди стрелой, и в когтях он нес громадного вражеского бойца.
— Берегись! — успел предупредить товарищей Пендраг. Умирающий крылатый зверь врезался в землю за стеной, его хрупкие крылья накрыли тело того, кого он с земли поднимал ввысь. Закованное в ошметки металлических доспехов, тело бойца бурлило и вспучивалось, под кожей появлялись рудиментарные выросты, шевелилось раздутое лицо — казалось, что оплывала восковая статуя, которую поставили слишком близко к огню.
Один из Белых волков бросился к чудовищу, чтобы убить его прежде, чем то поднимется, но из ноги выросли лапы-клешни, которыми чудовище схватило несчастного и отправило прямиком в огромную отверстую пасть. Окровавленные клыки вмиг с хрустом превратили голову человека в месиво. Спину монстра разили копьями, но жуткое существо не обращало на полученные раны никакого внимания.
Тогда к громадной твари кинулся Пендраг.
Может, остатки разума мутанта признали в Пендраге такого же воина, каким когда-то был он сам, и тот выпустил из клешней тело, которое потрошил, и поспешил встретить графа Мидденхейма. Послышались предостерегающие крики, но Пендраг не собирался прятаться от опасности. Жуткое существо встало на дыбы, оскалилось и ощетинилось когтями, готовясь его разорвать.
Сверкнул топор Пендрага и отсек лапу от тела, прорубил грудь аж до самого живота, из раны хлынули потоки гадкого гноя. Чудовище упало у ног графа, и люди Мидденхейма радостными криками приветствовали столь могучий удар.
— Их можно убить! — вскричал Пендраг. — Да, они заколдованы, но они смертны! Бей их всех!
Словно устыдившись минутной слабости, воины Мидденхейма набросились на тех, что когда-то были людьми, безжалостно истребляя их и тесня прочь со скалы. Белые волки разделались со зверем-бойцом, у которого вместо рук были гроздья клешней и рога, закрученные в штопор, растущие из плеч и спины. Умирая, он бросался на них даже тогда, когда под ним уже собралась целая лужа крови, так велико было его желание убивать.