Линн Рэйда - Смерть и солнце
Ирем сделал паузу. Бледность Дарнторна уже отливала в синеву, но рыцарь совершенно не намерен был его жалеть.
- Ну, что же вы молчите, мейер Дарнторн? - холодно спросил он Льюберта. - Прошу вас, не стесняйтесь. Расскажите, как вы совершили подвиг, за который теперь носите Семиконечную звезду.
Ирему вспомнилось, что Альверин Финн-Флаэн накануне спрашивал, потребуются ли мессеру коадъютору услуги ворлока. Рыцарь сказал - "Посмотрим", хотя в глубине души не сомневался в том, что в данном случае это будет излишним. Ирему неоднократно доводилось проводить допросы арестованных гвардейцами из Ордена преступников, и большинству из них юный Дарнторн в подметки не годился. Коадъютор был уверен, что Льюберт скажет правду безо всякой магии. Нужно было еще чуть-чуть дожать его - и Дарнторн все сказал бы сам.
Но тут в их разговор вмешался Рикс.
- Так это за Эзара? - спросил он, как будто бы не веря собственным ушам. - Ты всем сказал, что это ты его убил? А потом ты… тебя… ну ты и мразь, Дарнторн!
"Как всегда. Бессмысленно, но зато эскпрессивно" - мысленно прокомментировал сэр Ирем, с трудом удержавшись от порыва закатить глаза. Южанин, кажется, рассматривал поступок Льюса так, как будто все это касалось только их двоих. Ему даже не приходило в голову, что ложь в подобном деле - это уже государственное преступление.
Коадьютор тяжело вздохнул. Ну надо же, оказывается, он все-таки успел порядком поотвыкнуть от этого фарса под названием " "дан-Энрикс" и его обычный взгляд на вещи".
Печальнее всего было то, что некоторые поступки Рикса, при их очевидной глупости, все-таки заставляли коадъютора взглянуть на хорошо знакомые предметы несколько иначе, и в конечном счете получалось, что южанин вынуждает его делать то, чего сам Ирем делать ну никак не собирался. Скажем, взять к себе Линара. Или неожиданно увидеть в Льюберте Дарнторне не племянника главы Совета, а мальчишку, бывшего чуть-чуть постарше самого "дан-Энрикса". То есть, в общем-то, такого же, как сам южанин, сопляка.
Действовать так, как Ирем собирался изначально, стало невозможно.
- Мейер Дарнторн, - сказал он почти брезгливо. - Вы признаете, что солгали мне, и что все эти месяцы вы незаслуженно носили высший из военных орденов Империи?..
Льюберт кивнул, не поднимая глаз.
- Вы признаете, что принца Эзара убил Крикс, а вы присвоили себе его заслугу?
Дарнторн кивнул снова. Глядя на его опущенную голову, сэр Ирем ощутил внезапный приступ раздражения. Не зря его всегда пугала мысль об участи наставников в Лаконе.
- Вслух, Дарнторн, - приказал он Льюберту, добавив про себя: "…Хегг бы тебя подрал".
- Да, монсеньор. Я признаю.
- Прекрасно. Тогда убирайтесь.
Льюберт вскинул на рыцаря удивленный взгляд.
- Я сказал - убирайтесь. Вон отсюда. Если вдруг вы мне понадобитесь, я пошлю за вами.
- Где я должен буду находиться?.. - спросил Льюберт. Он как будто не решался выполнить приказ и уйти.
Ирем пожал плечами.
- У себя. Впрочем, если вам это не по вкусу, можете отправиться в Эледу, сесть там на корабль и отплыть в Адель. Можете вообще катиться ко всем фэйрам. Я не собираюсь выделять людей, чтобы следить, где вы находитесь. Вы этого не стоите, мейер Дарнторн.
Льюберт медленно, будто сквозь сон, шагнул к двери.
- Льюс, подожди, - вскинулся Рикс.
"Ну, ты-то куда лезешь?.." - раздосадованно подумал сэр Ирем. Но одергивать оруженосца было уже поздно.
На Дарнторна голос Рикса оказал самое неожиданное действие. Он резко развернулся, с мясом оторвал приколотый к колету орден и швырнул его в лицо южанину. Крикс не успел толком понять, что происходит - только ощутил, как по щеке ударило что-то тяжелое и острое, едва не выбив ему глаз. Мгновение спустя Дарнторна рядом уже не было, а возле ног "дан-Энрикса" лежала на полу Семиконечная звезда.
Крикс машинально прижал пальцы к оцарапанной щеке, слегка шокированный тем, что Льюберт понял его окрик, как желание забрать Звезду.
После этого Крикс припомнил совершенно дикий взгляд Дарнторна и попробовал представить, что тот способен сотворить в подобном состоянии. А представив, бросился к дверям.
Ирем вовремя перехватил его за локоть, удержав рванувшегося к выходу южанина. Сделать это оказалось не так просто. Сил у бывшего оруженосца явно поприбавилось.
- Пусть уходит, - сказал коадъютор.
- Вы не понимаете, мессер!.. Он же Хегг знает до чего может сейчас додуматься. Кто-нибудь должен с ним поговорить.
- И себя ты, конечно, полагаешь самой подходящей для этого персоной?.. - саркастически осведомился калариец. Выждал несколько секунд, чтобы до юноши как следует дошло, и выпустил его рукав.
Дураком энониец не был, несмотря на всю свою порывистость, поэтому с места на сей раз не двинулся.
- Но надо же что-нибудь сделать, - сказал он растерянно, глядя на Ирема с такой надеждой, словно он действительно рассчитывал, что коадъютор этим "чем-то" и займется.
Мысленно помянув Создателя и Всеблагих, лорд Ирем процедил:
- Прекрасно, ничего не скажешь! Пакостят такие, как Дарнторн, вполне по-взрослому, а потом выясняется, что кто-то еще должен вытирать им сопли, - и, в который раз отметив, что опять идет на поводу у глупого мальчишки, коадъютор нехотя сказал - Ладно, пошлю к нему мэтра Викара. А то, чего доброго, этот щенок действительно полезет в петлю.
С этими словами Ирем вышел.
Крикс взглянул на дверь, захлопнувшуюся за коадъютором. Лорд не сказал, чтобы он ждал его прихода. С другой стороны, Ирем его не отпускал. Разумнее было дождаться, пока он не позовет Викара… Энониец понимал, что несколько лукавит сам с собой. На самом деле, ему просто не хотелось уходить.
Крикс осмотрелся. Первым, что попалось ему на глаза, был меч мессера Ирема, Эйсат, лежавший прямо на столе. Крикс подошел поближе и с полузабытым ощущением потрогал вытертые кожаные ножны, прикоснулся к серебряной крестовине гарды. В прошлом, когда Крикс служил мессеру Ирему - сейчас ему казалось, что все это было много лет назад - он держал Эйсат в руках довольно часто. Лет в двенадцать он даже воспользовался отсутствием мессера Ирема, чтобы пойти к "болвану" - чучелу для ежедневных упрежнений кандидатов - и проверить, придется ли меч сюзерена ему по руке. Сначала показалось - тяжело, но терпеть можно. А потом он так увлекся, что сам не заметил, как руку внезапно свело судорогой, и меч, словно живой, сам крутанулся в ослабевшей кисти. Когда Крикс сообразил, что только что едва не рубанул себе же по колену боевым мечом, на лбу от запоздалого испуга выступила мелкая испарина.