Елена Голуб - Алые нити прошлого

— Значит, точно, не в духе, — проворчала девушка. — Так как ты узнала, что я пришла сюда поговорить о Син?

— Она позвонила мне сегодня утром.

— То есть как «позвонила»? По телефону?! — глаза девушки округлились от удивления. — Но ведь ей положен всего один телефонный звонок! Мне она звонила вчера вечером. Как это может быть?

Гро поджала губы и странно посмотрела на сестру.

— Иногда я просто поражаюсь тому факту, что ты четыре года проработала в полиции. — Девушка горько усмехнулась, — У тебя определитель номера есть?

— Ты же знаешь, что нет, а что?

— А у меня есть. Номер, с которого Син мне звонила, был не государственным.

— Ты хочешь сказать…, - начала было Минни.

— У Син есть мобильник, да.

Минни облегчённо выдохнула. Она подумала совсем о другом.

— Ты что, серьёзно решила, что наша сестрица такая мастерица, что смогла улизнуть из одиночного изолятора? — теперь глаза Гро начали постепенно оттаивать.

— Но она же не могла пронести туда с собой мобильный? — возразила та.

— Не думаю, что он находится непосредственно у неё. Скорее, он лежит в каком-то тайнике, в месте, где за один раз перебывает множество заключённых. Может быть, в душевой…

— Это просто полное безумие, — сказала Минни и устало уронила голову на руки.

— С другой стороны, Син в принципе, никогда и не была нормальной.

С этими словами светловолосая девушка вновь повернулась спиной к сестре и продолжила распаковывать кучу мелких свёртков, шурша бумагой и явно стараясь оттянуть момент, когда нужно будет вновь вступить в разговор.

— Что это у тебя? — спросила Минни, не поднимаясь с дивана и глядя в стену напротив. В голове у неё было пусто как в банке из-под только что использованных консервов. В последнее время на неё постоянно нахлынивала эта дурацкая апатия, причём только в присутствии старшей сестры. Как будто Гро намеренно старалась воздвигнуть между ними некоторую стену отчуждения.

— Так… Кое-что для клиентов… Частный заказ, — с неохотой протянула сестра.

— Слушай, если у тебя какие-то проблемы (а я же вижу, что они есть, уж прости), то почему бы тебе не обсудить их со мной? Я, конечно, не Далай Лама, но наверняка смогу тебе помочь. Хоть чем-то.

Гро перестала перебирать предметы на столе и медленно повернулась. В её зелёных глазах читалась неуверенность и толика недоверия. Помолчав с минуту, девушка тряхнула волосами и сказала:

— Да. Есть некоторые сложности, но… Я думаю, я сама смогу всё это утрясти, правда для этого мне всё-таки придётся встретиться с Син.

Минни задохнулась от охватившего её возмущения. Пару раз открыв и закрыв рот, словно она собиралась обвинить сестру в страшном предательстве, она всё же выдавила из себя со всем возможным упрёком:

— Но зачем??!! Какой смысл встречаться с тем, кто заведомо хочет от тебя чего-то противозаконного, да к тому же ещё и желает всего недоброго!

В глазах Гро мелькнул неподдельный гнев, она тихо спросила:

— Ты так думаешь? Ты серьёзно считаешь, что наша сестра — это абсолютное зло, и ей уже ничем не помочь?

Голос молодой женщины словно вибрировал от переполнявших её чувств. Внезапно, она предстала в глазах Минни в совершенно ином свете: высокая, в оранжевой хлопковой блузе с длинным рукавом и в такой же хлопковой, но уже чёрной, свободной юбке «в пол». Руки сложены на груди и при каждом движении усеивающие их браслеты издают тихий, но мелодичный звон. Длинные золотые волосы ниспадают до пояса, а сверкающие зелёные глаза придавали всему этому гордому образу какое-то скрытое величие. На мгновение Минни представилось, что перед ней стоит грозная и прекрасная богиня, способная на одинаково страшную месть и любовь. «Она, должно быть, и в 60 будет выглядеть также потрясающе, как и сейчас, в свои 32».

Смысл сказанных сестрой слов вернул девушку на землю, её возмущению не было предела:

— Ну конечно! Естественно я так думаю! Ты только вдумайся как следует, отбросив всю эту родственную мелодраму: тебя же уволили из-за неё, тебя, лучшего криминального психолога в нашем штате! Не говори о том, что не скучаешь по тому, кем ты была до всего этого. Меня уволили также из-за неё, а ведь я любила, очень любила свою работу!

Лицо Минни приняло отчаянно просящее выражение:

— Прошу тебя, Гро! Давай уже отпустим её из нашей жизни, дадим ей возможность самой подумать над своими действиями и оценить нашу неприкосновенность в конце концов! Мы ведь вовсе не обязаны никуда идти. В субботу её увезут и наконец-то посадят в тюрьму — НАВСЕГДА! И тогда мы сможем наконец-то спокойно попытаться заново построить свою жизнь, отрешившись от всего этого ненужного никому дерьма! Прошу, Гро, давай просто ОСТАВИМ ЕЁ В ПОКОЕ!

Внезапно, Минни почувствовала, что её всю затрясло. Не помня себя от злобы, ярости и обиды — всего, что скопилось в ней за эти полтора дня, она вскочила с дивана и выплеснула весь свой негатив в лицо старшей сестры, молча, с немым укором также смотрящей на неё:

— «Случайное» убийство соседа — дяди Генри, который, якобы, приставал к ней! Четыре поджога (да, на тех складах, якобы, были наркотики, но ведь это так и не доказано)! Восемь учителей и три преподавателя колледжа — все с безупречной репутацией, однако Син почему-то считала, что они составляли «кружок по интересам», занимались педофилией! Ты только припомни! Тот парень, что изнасиловал няню в детском саду — не в счёт, тут я согласна — он получил своё. Но, Гро, в общем и целом — она же чудовище!!! Наши с тобой порушенные жизни — это только частичка в море всего того хаоса, что она совершила. И, может, ты не помнишь, но это же она заставила тебя сфальсифицировать судебную экспертизу, чтобы с неё сняли все обвинения, а когда ты пожалела её — она сдала тебя! Ты потеряла работу, всё! А знаешь, что мне даже никто не позвонил после моего…моего…Увольнения! Они не хотят иметь ничего общего с серийной убийцей!!!

Наконец, нервы сделали своё дело, и «развязавшись», выпустили на волю поток безудержных слёз. Лицо девушки сморщилось, и она медленно осела прямо на деревянный пол, не в силах больше сдерживать свои чувства. Хныканье и звук шмыгающего носа из-под закрывающих его ладоней — вот всё, что можно было услышать от уволенного «стража порядка» в следующие полчаса.

Бесшумно распахнувшись, огромные двери-ворота пропустили Мануэля, и тут же, повинуясь приказу скрытого механизма, плавно захлопнулись за ним.

В постоянно освещаемом системой зеркал помещении было светло как днём. Всегда. Мануэль лично позаботился о подобном «удобстве» для заключённого — по его представлениям все, кто относится к так называемой «нечистой силе» не могут по природе своей уснуть или даже задремать, так зачем же было «мучить» их временным отсутствием света? И так ясно, что тот, кто произошёл из тьмы, не очень-то её чествует, поэтому пусть уж лучше наслаждается возможностью видеть всё ясно до тех пор, пока ярчайший огонь Суда Божьего не лишит их такой роскоши навеки.