Дракон с условиями. Целительницу не предлагать! - Любава Ливада

раненого мужчины, свалившегося к её ногам среди ночи. Откуда в ней столько магического резерва? Интересно, есть ли у неё жених? Мужа точно нет: я чувствую её невинность, а ещё то, что в этом доме, кроме неё, нет больше живых существ — только заколдованные. Например, похрапывающий цветочный горшок. Странный предмет для компаньона, но и в нём кроется немалая сила. Кто же ты такая, прекрасная незнакомка?

Мой волшебный горшочек оказался болтливым предателем. Надо же, раскрыл всю подноготную первому встречному, да ещё и обладателю теней! Марита, куда ты вляпалась? Почему именно ко мне он свалился? Насколько ценную информацию выдал горшочек? Гадёныш керамический!

Вот с такими мыслями я, с горшочком под мышкой и корзинкой с пирожками в руках, направилась на нижний этаж, где располагалась лавка «Травница». Подходя к двери, я уже почувствовала что-то неладное. Зеркало-дворецкий, всегда спокойный, причитало себе под нос:

— Беда! Не устоим! Падём! Беда!

В этот момент я подумала, почему не захватила с собой сковородку. С другой стороны, отбиваться от клиентов кухонной утварью — что-то новенькое для здешних мест. Сглотнув, я открыла дверь с зимним садом и тут испугалась: слишком шумно было за дверью, ведущей непосредственно в лавку. А когда я её отворила, поняла, что листовки работают, но не так, как хотелось.

Лавка была забита до отказа горожанами, и взъерошенная Анна пыталась в этом хаосе найти что-то и обслужить клиентов. Её непоседливая птица-говорун летала под самым потолком и продолжала созывать, крича:

— Только сегодня, всё даром! Всё даром!

Первая мысль в голове была об облегчении: вот сейчас я точно заработаю необходимое количество монет, и мэр оставит меня в покое. Вторая мысль, диаметрально противоположная первой, была о том, что такая толпа разом выкупит все запасы, уничтожит товары, и мне будет нечего и негде продавать. В этой ситуации те самые пять золотых, которые к закрытию лавки должны лежать в заколдованном горшке, покажутся шуткой жизни. Их будет наверняка даже больше, но теперь лавку закроют по причине отсутствия в ней товаров. Что же делать?

Подруга меня не замечала: она не была похожа на себя. Нужно было её немедленно спасать. Бросив взгляд на горшочек, который смотрел на всю эту картину квадратными глазами, я взмолилась, обращаясь к нему:

— Крикни им, что можно брать не больше двух товаров в одни руки и только до обеда, после лавка закроется на переучёт.

— Марита, ты с ума сошла! — возмутился горшок. — Хочешь, чтобы они меня по черепкам разобрали?

Я ещё раз осмотрела происходящую картину. Слишком удручающе и пугающе. Разбросанные горшки, некоторые не подлежат восстановлению. Взлохмаченная Анна, которая только и успевает, что наклоняться под прилавок за новой порцией трав и отсчитывать сдачу. Бешеная птица, парящая под потолком и своими криками угнетающая спокойствие тётушкиной лавочки «Травница». Потные дамы в пышных ярких платьях, которым внезапно захотелось скупить половину лавочки. Мне нужно было удержаться эту неделю, не разгромить её сокровищницу и не добиться того, чтобы она бездыханно стояла неделю.

Закрытие лавочки до возвращения хозяйки грозило мне не только тем, что я не оправдаю ожидания тётушки, но и резким поводом навязать мэру свою экономку или договориться с семьёй Анны приютить меня на время. Всего этого никак нельзя было допустить, учитывая, что наверху восстанавливал здоровье драконище.

Действовать нужно было незамедлительно, пока ещё было что спасать. Я поставила корзинку с пирожками на пол, закатала рукава, надела горшочек на голову и полезла на дальний шкафчик. Спасла меня большая цветочная композиция, требующая восстановления в ближайшее время. Оказавшись на шкафу, я, в лучших традициях мореплавателей, коим был старинный друг тётушки, громко присвистнула, оглушая свистом даже взбешённую птицу. Используя самое простое из возможных заклинаний для усиления голоса, я проговорила то, что должен был озвучить мой керамический предатель, немного видоизменив содержание:

— В связи с тем, что в зале лавочки «Травница» был обнаружен таракан, она закрывается на обработку специальными составами. Всех, кто не успел совершить покупку сегодня, ждём завтра в привычное время.

Среди толпы начался шум и гам. Они возмущались и пошли прямиком на таран ко мне. Но тут мне повезло: по прилавку пробежала целая тараканья семья. Покупательницы завизжали и повылетали, расталкивая друг друга и уничтожая сохранённое чудом имущество. Прощай, коллекция расписных керамических горшочков, рассада редких цветов и декоративный инвентарь!

Иллюзорные тараканы очистили лавку, но оставили в ней самого опасного покупателя — мисс Вёрс. Эта дама продолжала стоять у прилавка и отчитывать Анну, грозя тем, что подаст на нас в суд за мошенничество. Кричала, что мы, мало того, что не стали дарить ей то, что она попросила, толкуя слово «даром» как «бесплатно», так ещё и должны выплатить ей деньги за моральную компенсацию из-за давки, духоты и полчищ тараканов, посягнувших на честь самой вредной жительницы Риултона.

Анна как могла отбивалась, приводила доводы и аргументы, но разве с такими людьми работают слова? Я слезла со шкафа и достала из него костюм, в котором тётушка ходила за мёдом. Учитывая фасон ткани и тётушкин размерный ряд, в нём я была похожа на мужчину — сотрудника службы дезинфекции. Быстро запрыгнула в него и, откашлявшись, пародируя мужской голос, обратилась к мисс Вёрс:

— Уважаемая, нам поступил сигнал о немедленной дезинфекции этого места. Если вы не хотите задохнуться, прошу вас немедленно покинуть сию лавку.

Мисс Вёрс вскинула свои тонкие брови и начала снова выступать уже в адрес службы дезинфекции, в коем лице сейчас выступала я. Тогда умная Анна применила новый приём: наколдовала большого усатого таракана, который запрыгнул на юбку мисс. Она завизжала и всё-таки выскочила из лавки, убегая и проклиная весь свет, а особенно нашу недобросовестную лавочку.

Эдгар внимательно рассматривал меня изучающе, вызывая какой-то странный трепет внутри. Я откашлялась, собираясь с мыслями, и спросила:

— Почему вы здесь? Вам же нужно соблюдать постельный режим.

— Уборная, — спокойно сказал он. — Или мне нужно было пользоваться ночным горшком?

Я раскраснелась, отрицательно покачала головой, перевела взгляд на его глаза.

— Ваша рана. Нужно омыть и перевязать как следует бинтами.

Он облокотился о стену, показывая тем самым, что не такой сильный и здоровый сейчас, как хотел бы казаться. Когда я заметила, что сквозь мои чулки проступает кровь, я схватила его за руку и потащила за собой, только потом осознавая, что делаю.

— Марита, куда ты ведёшь меня? — недоумевал мужчина, когда я завела его в ванную.

— Сильно голодный? — спросила я,