Николай Басов - Лотар-миротворец (сборник)
— Хорошо, — удовлетворённо и сразу очень устало произнёс Сухмет.
Он взмахнул посохом. Птицу Сроф, которая должна была помешать любому действию против трона, отнесло в сторону мощным порывом колдовского направленного ветра. Она не смогла противостоять ему с развёрнутыми крыльями и открыла трон, да и самого Хифероа, который стоял ко всей свалке спиной, помогая Гепре удерживать трон на спине. От Сухмета до трона было ярдов пятнадцать.
Сухмет прищурил глаз, прицелился и на этот раз замахнулся посохом Гурама, как копьём…
Тогда Стак одним прыжком вылетел из зала, где они только что бились, и прыгнул за стену.
В зале, где остались Сухмет, Рубос и Мало, где находился Хифероа со своей изрядно потрёпанной ратью и, самое главное, где находился выкуп за бессмертную душу Лотара Желтоголового, стало почти тихо. Это длилось долго — несколько веков или даже много тысячелетий…
Потом удар ошеломительной силы обрушился на весь мир. И огромные глыбы стали падать с потолка горного замка. Из дверей тронного зала Хифероа ударил ослепительный свет, и следом за ним по коридорам покатилась волна удушающего жара… От неё занялись ковры на полу, деревянная мебель и панели потолка, от неё разом взорвались вечные факелы на стенах… Двустворчатые двери в зал, как ни странно, выдержали, они лишь закрылись, потом спружинили и снова стали медленно раскрываться, потрескивая от невидимого пламени с той, внутренней стороны…
Всё стихло. В зале, где только что было очень много всяких существ, не осталось ничего живого. Это было ясно каждому из орденцев. Стак проговорил:
— Выкуп за нашего Учителя выплачен сполна, хотя цена была велика. Мы никогда не увидим его, но пройдёт время, и он снова будет тут, в этом мире.
И те из орденцев, кто уцелел, пошли к выходу, помогая раненым, унося своих павших. Они шли к воздушному мосту, созданному Сухметом. Ди уже проверил его и подтвердил, что Сухмет постарался на славу, — этот мост мог выдержать их всех — и должен был стоять до тех пор, пока они не сойдут с него на твёрдую, каменистую тропу. Как всегда, Сухмет позаботился о том будущем, которое, должно было наступить после него.