Экзорцист 1-5 - Павел Николаевич Корнев

— Какого беса посреди ночи колотишь?! — прорычал он.

— Срочное послание для его сиятельства, — протянул я свернутый листок.

— Давай сюда!

— Ответ нужен безотлагательно, я подожду.

— Жди, жди, — только и усмехнулся лакей.

— Решишь не беспокоить хозяина, утром переломаю тебе все кости.

Слуга с перекошенной физиономией заскочил в дом и сразу лязгнул засовом. Пожав плечами, я уселся на верхнюю ступеньку крыльца и приготовился к долгому ожиданию.

Но ждать не пришлось. Сначала через щели в закрывавших окна первого этажа ставнях начали выбиваться лучи неровного света, затем послышались взволнованные голоса, и вскоре опять наступила тишина. Какое-то время ничего не происходило, а потом донельзя удивленный лакей распахнул дверь и пригласил меня войти. Проводил в рабочий кабинет графа и оставил нас наедине.

Хозяин особняка уже сидел за столом и в очередной раз перечитывал составленное мной послание.

— Что это? — Бледный как мел человечек в домашнем халате прихлопнул ладонью записку и повысил голос: — И кто вы такой?

— Меня зовут Шило, а перед вами лежит предложение о сотрудничестве от деловых людей Акраи.

— Плевать, как вас зовут! Кто позволил вам среди ночи врываться в мой дом?! — сорвался граф на визг. — Что вы себе позволяете?!

Я промолчал.

— Убирайтесь немедленно и никогда больше не возвращайтесь!

— Вам известно, что случилось с законником Хидисом? А с капитаном Ксисом? Нет? Ну уж о судьбе банды Ниоса вы не слышать не могли, полагаю.

— Вы мне угрожаете?! — опешил Лантис. — Да вы знаете, кто мои друзья? Да вас на каторге сгноят!

— Это был вопрос. Просто вопрос. Не угроза. — Я подошел к столу и опустился в кресло. — Знаете, кто сотворил это с ними?

— Кто? — против собственной воли спросил граф.

— Убийца, подосланный пахартскими князьями. Они, видите ли, крайне недовольны тем обстоятельством, что из-за вашей «желтой пыли» падает спрос на их опиум.

— Не понимаю, о чем вы!

— Не стоит. Шила в мешке не утаишь.

— Я вызываю стражу!

— Мне удалось перехватить убийцу и убедить его дать вам шанс. Не договоримся — и он заберет вашу жизнь. И не только вашу. Подумайте о семье! — И я обвел рукой развешенные по стенам фамильные портреты. — Подумайте о них.

— Мои партнеры… — граф судорожно стиснул пальцами краешек стола, — мои партнеры этого так не оставят!

— А вам-то что с того? В итоге ваши партнеры договорятся с князьями, но мертвых это не воскресит. Все вернется на круги своя, только уже без вас. Лично меня такой бы вариант точно не устроил.

— Чего вы хотите? — откинулся хозяин особняка на спинку кресла.

— Ничего особенного. Мы просто будем выкупать всю «желтую пыль» оптом. И даже готовы предложить цену на четверть выше нынешней. Разумеется, вашим партнерам знать об этом вовсе не обязательно.

— Ничего не выйдет, — вяло отмахнулся граф. — Собираетесь торговать дурманом в Драгарне? Ночная гвардия этого так не оставит.

— Вы слишком плохо о нас думаете, — улыбнулся я. — Бочонки с «желтой пылью» пойдут прямиком в Нильмару, а оттуда — на полночь. В Ланс, в Норвейм. Перед ночной гвардией вы останетесь чисты.

— В самом деле? — Безнадегу в глазах собеседника начала сменять зарождающаяся надежда. — Вы гарантируете?

— Мы деловые люди, зачем нам рисковать? — Мне даже не по себе стало оттого, сколь легко сломался граф. — Вскоре придет человек и согласует с вами финансовые вопросы. Где забирать бочонки, будете сообщать уже напрямую ему. Больше вам не понадобятся услуги контрабандистов.

— Хорошо. Непременно. Буду ждать.

— Ждите. И не волнуйтесь — все уже позади.

Я заколебался, не надавить ли еще, чтобы выяснить имена его стильгских партнеров, но решил, что Малькольму Паре такое самоуправство вряд ли придется по душе. А потому просто встал и, не прощаясь, покинул притихший, будто затаившийся в страхе, особняк. Вышел через предупредительно распахнутую лакеем дверь, спустился с крыльца и поспешил прочь по садовой дорожке.

Враз отступили все горести и заботы, и даже вконец онемевшая правая кисть не могла омрачить нахлынувшей радости. Так всегда — чем сомнительней поручение, тем легче становится, когда удается с ним покончить. Главное теперь побыстрее выкинуть все из головы…

Но выкинуть не удалось — внезапно я уловил краем глаза какую-то неправильность и замер на месте.

— Отрадно видеть вас, господин Март, пребывающим в столь замечательном настроении.

Темный силуэт куста — куста?! — ступил на тропинку и превратился в фигуру высокого худощавого мужчины весьма представительного облика. Качавшаяся в левом ухе серьга поймала вырвавшийся из рассохшейся ставни лучик света и неожиданно вспыхнула рубиновым огнем.

Бесы!

— Полагаю, наша встреча не простое совпадение? — нахмурился я. От дурных предчувствий по спине заметались колючие мурашки, и немудрено — если уж франт заявился собственной персоной, дела плохи.

Но как, бес его забери, он меня выследил? Как?!

— Меня не интересуют ваши делишки, — с презрительной гримасой промолвил ланский шпик. — Вы встречались с интересующей меня личностью и должны были либо убить его, либо задержать.

— Должен? Сильно сказано! — беспечно фыркнул я, хоть от одного вида собеседника и начинали подгибаться колени.

Так посмотришь — обычный аристократ или состоятельный буржуа. Холеный, с аккуратной бородкой, острым носом и растрепанной шевелюрой. В голосе чувствовался акцент, свойственный выходцам из континентальной части Ланса, но уловить его могло лишь натренированное ухо.

Наверное, все дело было в глазах, столь поразивших меня еще при первой встрече в Леме. Темные, бездонные, пугающие. Словно через них взирал не человек, а потусторонняя сущность.

Но — чушь, конечно. Присутствия скверны не ощущалось. Это человек, просто человек.

— Ах, Себастьян, дорогой мой Себастьян, — опечаленно покачал головой франт, и от прозвучавшей в его голосе грусти сделалось не по себе. — Я, право, начинаю в вас разочаровываться. Вы так прекрасно проявили себя во время войны, отменно сработали в Леме… Что же с вами случилось потом? Сначала провал элементарного поручения в Рживи, теперь здесь…

— Есть один момент — я не работаю на вас.

— Разве наше сотрудничество строилось не на взаимовыгодной основе? Другой бы зубами ухватился за такое предложение. Мне казалось, у нас большое будущее, но все эти ваши ошибки…

— Не ошибается только тот, кто ничего не делает, — возразил я, мысленно кляня невесть куда запропастившегося Валентина.

— Вы даже не попытались его остановить!

— И только поэтому еще жив! — рявкнул я в ответ. — Вы знаете, кто этот язычник? Встречались когда-нибудь с ним лицом к лицу?

— Встречался ли я с ним? А зачем иначе мне его голова? — прошипел