Экзорцист 1-5 - Павел Николаевич Корнев

— Да с чего вы взяли, что это я всех убил?! — возмутился я. — Это же бред! Как бы я справился с этими головорезами?!

Хмырь у двери кивнул.

— Вот-вот! Точно ведь помогал кто-то!

Мастер Вальдер пожал плечами.

— А даже если и сам? Невелика потеря. Дрянь людишки были. Так и так вздёрнули бы их.

Я с этим утверждением был целиком и полностью согласен, но молчал, прекрасно осознавая, к чему ведёт сыскарь. И точно — всё в итоге свелось к чистосердечному признанию.

— Облегчи душу, — предложил верзила. — И нам проще, и тебе, глядишь, от его светлости послабление выйдет.

Но я на столь безыскусную уловку не подался и замотал головой.

— Не виновен!

Тогда мастер Вальдер поднялся на ноги и кинул саквояж на пол.

— Сейчас вернусь, — предупредил он и вышел из камеры, прихватив с собой шило и набор скальпелей.

Мне это категорически не понравилось, и захотелось даже рискнуть и попытаться удрать, но плюгавый и резаный выглядели ребятами тёртыми да ещё по тюремному коридору протопал караул. Скрипнув зубами, я пересилил свой опрометчивый порыв и дёргаться не стал.

Пока — не стал.

Верзила вернулся через несколько минут и с порога спросил:

— Мастер Тоци, вам доводилось убивать людей?

— Я хирург, а не убийца.

— Это не ответ. Просто скажите: да или нет.

— Говорю же: я хирург.

Мастер Вальдер усмехнулся.

— Как хирургу вам должно быть прекрасно известно, что раны не похожи одна на другую, все они разные. Их характер зависит не только от конкретного оружия, но и от навыков убийцы. — Сыскарь продемонстрировал мне шило и спросил: — Помните, я интересовался предназначением этой штуковины? Теперь оно мне понятно. Именно этим клинком вы пробили череп мастеру Хайнцу! Крайне характерный остался след, надо сказать.

Плюгавый расплылся в зловещей улыбке, тип с порезанной щекой молча выудил из кошеля серебряный флорин и протянул его напарнику. Судя по всему, ставил он на мою невиновность и теперь счёл пари проигранным. Помогите мне, Святые…

— Но это ещё не всё! — продолжил излагать свою версию мастер Вальдер. — Одного из разбойников убили ровно таким же ударом в затылок, только другим орудием. Полагаю, каким-то из скальпелей. Выходит, разбойники так же на вашей совести…

— Вздор! — выкрикнул я. — Это ничего не доказывает!

— А кому нужны доказательства? — фыркнул сыскарь. — Я знаю, и этого достаточно. — Он повернулся к плюгавому подручному и попросил: — Гус, тащи жаровню.

Тип в дверях посторонился, позволяя выйти напарнику, затем поскрёб щёку и напомнил:

— Герцог просил не начинать без него.

Я с облегчением перевёл дух, и это не укрылось от мастера Вальдера.

— Не беспокойся, Берн! Инструменты должны хорошенько прокалиться! — заявил верзила с откровенной усмешкой, опустился на явственно скрипнувший табурет и закинул ногу на ногу. — Ваше время, мастер Тоци, на исходе. Не советую запираться. Ох, не советую…

Я облизнул пересохшие губы и улыбнулся.

— Уверен, его светлость не станет рубить с плеча и выслушает меня.

Ну а нет… Руки я освобожу в два счёта, а со столь важным заложником, как герцог Карнстей, мои шансы вырваться отсюда возрастут многократно.

Подожду!

Дым от жаровни заполонял камеру и ел глаза. Мастер Вальдер и хмырь с порезанной щекой вышли в коридор, за углями остался следить плюгавый. Он поглядывал на меня с недоброй ухмылкой и время от времени перекладывал с места на место пыточные инструменты, хоть в этом и не было никакой нужды.

Но я не паниковал. Морщился, кашлял и выгадывал подходящий момент.

А ещё костерил себя почём зря. Ну что стоило сохранить про запас малую толику скверны? Так нет же, побоялся, что на биение потусторонней силы обратят внимание братья-экзекуторы, а в итоге угодил в лапы Святого сыска!

Заточённый в душе бес тут не поможет, вся надежда на разговор с герцогом. Только бы он оказался осведомлён о делах управляющего имением, только бы это он поручил ему выйти на связь с тайной службой Стильга!

Я вновь закашлялся и зажмурился, пытаясь избавиться от рези в глазах.

Плюгавый рассмеялся.

— Хреново выглядишь, морячок, — произнёс он с нескрываемым злорадством и ещё более язвительно утешил: — Но это пустяки! Раскалённый металл жжёт нечета дыму!

Захотелось свернуть поганцу шею, но тут лёгкий сквозняк начал вытягивать дым, а в коридоре залязгало железо, зазвучали голоса. В камеру вернулись мастер Вальдер и хмырь с порезанной щекой, вслед за ними шагнул болезненного вида пожилой господин в охотничьем костюме. Его серые глаза казались выцветшими, но взгляд был отнюдь не стариковским, а острым и пронзительным. Возраста добавляли седые усы и бородка, да ещё морщины в уголках глаз. С шеи свисала толстая золотая цепь, пальцы пестрели перстнями с крупными самоцветами.

— Это он? — указал на меня тростью герцог Карнстей. — Он причастен к убийству Райса?

Мастер Вальдер покрутил головой и ответил на редкость уклончиво:

— Надо ещё прояснить некоторые моменты.

— Ваша светлость! — зачастил я. — Я не причастен к нападению! Я весь день проторчал в «Золотом карасе»! Тому есть множество свидетелей!

Герцог вопросительно взглянул на Вальдера.

— Всё так, — подтвердил сыскарь. — С этим материалом ещё придётся поработать. Надо выяснить, что связывает его с шайкой. Неспроста же он их перебил.

Меня при этих словах пробрал озноб.

Бесов праздник! Я вовсе не хотел, чтобы со мной работали!

— Ваша светлость! — вновь обратился я к герцогу. — Я никуда не выходил из «Золотого карася». Проторчал там два дня! Кто угодно подтвердит это!

Увы, герцог никак на упоминание трактира не отреагировал и на этот раз. И не остановил мастера Вальдера, когда тот встал у жаровни и натянул на правую руку кожаную перчатку.

— Как тебя занесло в логово шайки? — спросил сыскарь. — Зачем ты их убил?

— Вижу, приехал зря, — поскучнел герцог Карнстей, и стало ясно, что медлить больше нельзя. Если меня начнут потрошить, то не остановятся, пока не выпытают всё от начала и до конца.

Бить или бежать? Я предпочёл третий вариант, сделав ставку на нежелание аристократа афишировать свои делишки с тайной службой Стильга.

— Ваша светлость! — окликнул я герцога, который уже развернулся к двери. — Саквояж! В потайном кармане документы. Только смотрите сами, они не предназначены для посторонних глаз!

Карнстей заколебался, но когда сыскарь решил заняться саквояжем, вдруг сбросил оцепенение и попросил:

— Оставь это мне, Вальдер.

Недовольный верзила перевернул саквояж, опустошил сумку и отдал её герцогу. Тот уточнил:

— Где тайник?

— Изнутри. Сбоку. Со стороны застёжки, — подсказал я.

Карнстей выудил из потайного кармашка стопку