Дмитрий Денисов - Изначальное желание

— Ну же? — тихий шепот Берда вернул меня к действительности. — Сколько их?

— Человек пять впереди, — потянув носом, произнес я. — Остальные по бокам. Десятка три.

— Не спешим! — приказал Берд, распрямляясь в седле.

— А мы что — спешим? — усмехнулся я.

— Не замедляем шага, — добавил воин. — Разворачиваем коней лишь по моему сигналу.

Диркот кивнул. Я пожал плечами. Пусть будет так.

Шаг и еще шаг. Шаг и еще шаг. Поваленный граб приближался. Напряжение нарастало. Внезапно оживился ветер. Его порывистый вздох прокатился по теснине, заставил трепетать кусты и ветви. Кони изредка всхрапывали. Они тоже чуяли неладное.

— Не бойся, — вдруг подал голос Диркот. — Мы защитим тебя.

— А разве я боюсь? — удивился я. — Разве по мне видно?

— Когда человеку страшно, он пытается отшучиваться.

— Вот именно — человеку, — существенно поправил я.

Диркот метнул на меня пытливый взгляд, но после снова принялся осматриваться.

Толстый ствол уже отчетливо чернел впереди. Уже стали видны сучья и ветви. Дерево столь красноречиво лежало поперек дороги, словно всем своим видом кричало: «Стой!». С тем же успехом можно табличку прибить с такой надписью — ничего не изменится. Я принюхался. Пахло свежесрубленной древесиной. Оно здесь недавно, буквально день. Может, прав барон? Может, поджидают именно его?

До поваленного ствола оставалось несколько шагов, как вдруг вечернюю тишину прорезало хорошо знакомое дребезжание и последующее шипение. Оно нарастало и неслось прямо на меня. Уголки моего рта тронула улыбка. Я резко вскинул руку вверх. И мгновенно поймал стрелу.

Надо же, кто-то очень меткий — летела точно в голову.

Конь подо мной от неожиданности взвился на дыбы. Еще несколько стрел пропели в сумраке. Еще одну я поймал у груди, другая пронеслась мимо, несколько сухо щелкнули по шлемам и плечам всадников. И вдруг Берд громогласно заревел:

— Это засада, милорд! Назад! Назад!

Темные кусты принялись выплевывать стрелы. Неумелые стрелы. Они скрежетали по броне воинов, от остальных я отмахивался.

— Поворачиваем коней, милорд! — призывно кричал Берд, натягивая удила.

— Мой конь ранен, — выкрикивал я, нагло привирая.

— Милорд, берегите мошну, — подхватил Диркот, тоже рывком разворачивая коня. Несколько стрел ударили его в спину.

— Прикрывай господина! — выпалил Берд, — отходим!

Мы слитно качнулись, развернули осевших коней и ударили пятками в бока. Но со склонов нам наперерез хлынули тени. Они неслись, вопили и чем-то размахивали. Сзади жужжали стрелы, но меня уже прикрывал Диркот. То и дело слышался стук наконечника о заднюю пластину кирасы и затылок шлема. Берд вырвался вперед. В его руках уже сиял меч.

— На прорыв! — рычал воин. — Уходим!

— Держитесь, барон, мы вырвемся! — надсадно кричал Диркот.

Тени выскочили на дорогу, как раз, когда мы поравнялись с ними. Берд со всего маху врубился в нестройные ряды. Сильный удар эхом прокатился по теснине. Кто-то с криком отлетел прочь, кто-то отпрянул сам. Конь яростно заржал, Берд выкрикивал проклятья. Но тут же тени ринулись на нас, сжимая смертельное кольцо. Замелькали мотыги, вилы, цепы и дубины. Берд угрожающе взревел и принялся опускать меч направо — налево. Раздался хряск, стон, звук падающего тела. Затем еще раз и еще.

Ко мне тоже кто-то подобрался и попытался ударить цепом. Я увернулся, ладонью отбросил цеп, и пинком отправил кого-то прочь. Он немо отлетел и с треском скрылся в кустах. Другой попытался ткнуть вилами, но они пронеслись надо мной — я глубоко завалился набок. Резко распрямился, ухватил за черенок, сразу за железом. И с силой рванул на себя. Кто-то не удержался, и полетел под коня.

Вдруг раздался мощный щелчок. Я обернулся. Диркот разрядил арбалет в одного из разбойников, что уже вознес надо мной мотыгу. Тело рухнуло во тьму, мотыга отлетела прочь. Диркот уже держал меч, и отмахивался им от наседавших сзади разбойников. Его тоже ткнули вилами, но они со скрежетом пробороздили по кирасе.

Поодаль высунулась голова, вскинула лук, натянула тетиву.

— Милорд, пригнитесь, — предостерегающе крикнул Диркот, но было поздно. Свист прорезал сумрак, стрела, словно змея, хищно набросилась на меня. Но стрелок чуть промахнулся. Берет, качнув на прощание пером, унесся во тьму.

— Мой любимый берет! — истошно завопил я.

— К черту берет, уходим! — рычал впереди Берд. Причем, далеко не наигранно. Меч его неустанно поднимался и опускался, точно лопасти мельничного колеса. Оно бешено крутилось в стремительной кровавой реке. Клинок то лязгал о сталь, то с хрустом впивался в плоть. Слышались дикие предсмертные крики, стоны. Пахло ненавистью и болью. И кровью.

— Но он мой любимый, — резонно выпалил я, едва не рыдая. Со злости снова пнул какую-то особо наглую тень. Она взвыла и упала под копыта. Но ее место заняли уже две тени.

— Милорд! — раздалось позади. Там сеял смерть Диркот. — Я прикрою вас, милорд. Держитесь!

Но тут снова над головой пронеслась стрела, всколыхнув пряди. Я глянул по сторонам. Мы плотно повязли в наседающей толпе. Она гортанно рычала, орала и наседала со всех сторон. Я резким движением сломал вилы и принялся орудовать черенком, как дубиной. От меня то и дело отлетали с разбитыми головами и покалеченными ключицами. Бил я не сильно, но ощутимо. Убивать никого не хотелось, но отпор нужно дать достойный. А вот Берд и Диркот никого не жалели. Их мечи беспощадно врубались в плоть, ломали кости. Они уже щедро обагрились, всякий их взмах сопровождался сонмом брызг. Оба воина ревели медведями и сеяли смерть. Я же сеял шишки и ссадины и тоже ревел, изображая бешеную ярость. Разбойникам хватало.

Но долго так продолжаться не могло. Рано или поздно могут ранить коней. Не успел я подумать об этом, как послышалось пронзительное ржание. Мой конь качнулся и оступился. На меня разом навалилось несколько человек. Грязные окровавленные пальцы вцепились в седло, схватили коня за гриву и хвост. Несколько цепких рук потянули за плащ. Я едва не вывалился, но фибула не выдержала, ее игла погнулась, и плащ сорвался с плеч. Дорогой плащ барона, символ достатка и высокого происхождения, который так легко сорвать. Потому его и сорвали. Однако мой драный плащ остался на месте. Он облепил мое тело, словно намок, поэтому никто не смог его дернуть.

— Милорд! — раздалось впереди. — Держитесь, милорд!

Я вскинул палку и принялся опускать ее на темнеющие головы, бить по пальцам и плечам. Но вдруг сзади с грохотом налетел железный таран. Диркот бросил коня вперед, и на миг откинул разбойников. Затем схватил мои поводья, и дал шпоры. Берд еще раз взмахнул мечом, ударил, но напоролся на выставленные вилы. Раздался скрежет, вспыхнули одинокие искры. Завидев нас, он тоже пришпорил своего скакуна.