Джон Хокинг - Изумрудный Лотос

Круглое раскосое лицо Энг Шиха расплылось в широкой улыбке. Правая рука произвела непонятный жест.

— Он говорит, что у тебя самая твердая голова из всех, что он когда-либо встречал, — перевела Зеландра.

— Другие твердили то же самое, — ответил киммериец. — Скажите ему, что он самый быстрый из всех толстяков, виденных мной ранее.

Гигант — кхитаец насупился и втянул живот.

В это время, вернулась Ниса с серебряным подносом, на котором возвышались кувшин с вином и объемная оловянная кружка.

— Он отлично слышит и понимает тебя, — сказала госпожа Зеландра.

— Примерно так я и думал, — Конан схватил кувшин закованной рукой, вытянул пробку зубами, и, презрев кружку, жадно припал прямо к горлышку.

Наконец, варвар утолил жажду, оторвавшись от кувшина с глубоким вздохом удовлетворения. Он шагнул к ближайшему столу, небрежно сдвинул книги в сторону и уселся на край. Нежно поглаживая полупустой сосуд, киммериец с наслаждением вытянул перед собой длинные ноги.

— Надеюсь, ты несколько освежился. А сейчас, можешь посвятить нас в свои планы, относительно поисков Этрам-Фала, — саркастически сказала Зеландра.

Энг Ших снова достал свой ятаган и рассеянно провел по лезвию большим пальцем. Это действие не сильно поторопило Конана, который сделал еще несколько больших глотков, прежде чем поставить кувшин на стол.

— После того, как Вы осмеяли стигийское отродье, и он показал свой истинный лик, за его спиной проступил пейзаж, ясный, как будто мы посмотрели из открытого окна, — деловито сказал киммериец.

— Мои слова разгневали его, и видение сильно колебалось, — возразила Зеландра. — И что из того?

— Когда открылся вид на пустынную долину, — терпеливо продолжил Конан, — я приметил горный хребет на заднем плане. Это — ряд маленьких пиков, которых люди прозвали Гребень Дракона.

— Ты видел эти горы прежде? — спросила Ниса в изумлении.

— Я видел их дважды. Последний раз не позднее двух лун назад. Тогда я пересекал Стигию, бредя из Черных Королевств. Перед этим, я видел их на пути к мертвому городу под названием Птейон.

— Неужели ты побывал в Птейоне? — глаза Зеландры широко раскрылись и заблестели в свете факела.

— Приходилось, — ответил Конан, — хотя это проклятое место лучше всего обходить стороной. Этрам-Фал проживает в восточной Стигии. В нескольких днях пути от границы Шема. По положению Гребня Дракона, я определил, что его логово находится на Юго-Западе от Птейона. Хотя, что он делает в той заброшенной пустоши, один Кром ведает. Я могу поклясться, что каждое мое слово — правда. А теперь, если Вы снимете с меня кандалы и вернете меч, то я тут же поспешу к Шакару из Кешана, и торжественно обещаю, что злодей отправиться прямиком в преисподнюю и больше не сможет досаждать кому-либо.

— Повинуясь жесту Зеландры, Ниса выступила вперед и достала из кармана туники маленький ключ. Через мгновение оковы спали с запястий киммерица, громко звякнув о каменный пол.

— Послушай меня, варвар, — сказала волшебница. — Я имею скудное представление о той области Стигии. И у меня мало времени, чтобы найти надежного проводника. Если согласишься отвести меня туда кратчайшим путем, то награда превзойдет твои ожидания.

— Но, госпожа… — с тревогой попыталась возразить Ниса.

Зеландра оборвала ее на полуслове.

— Как прикажешь мне поступить? Сидеть, сложа руки и ждать безумия и смерти? Или стать игрушкой в лапах Этрам-Фала?

— Нет, моя госпожа, — смущенно пробормотала девушка, опуская глаза.

— Кроме того, Конан, — продолжила колдунья. — Шакар вскоре сам испустит дух без Изумрудного Лотоса. Смерть от меча была бы для него актом милосердия. Я нуждаюсь в помощи такого человека как ты. Поверь, ты не пожалеешь.

Киммериец нахмурился, его синие глаза зажглись недоверием.

— От меня не много проку в колдовских делах… — начал он, но Зеландра отдернула варвара.

— Я клянусь Иштар, что не причиню тебе вреда своей магией. Разве ты не видишь моего плачевного положения? Без твоей помощи, Этрам-Фал сделает меня своей рабой или вовсе лишит жизни. В дороге, ты сможешь быть моим проводником и охранником, но когда мы найдем прибежище стигийца, я сама встречусь с Этрам-Фалом лицом к лицу, — в ее голосе зазвучало отчаяние.

Конан попытался подняться, но на его колено легла теплая ладонь Нисы.

— Ну, пожалуйста, — госпожа Зеландра простерла руки в мольбе.

— Прах меня побери! — грубо рявкнул варвар. — Я полагаю, что награда будет выше, чем заработная плата наемника.

— Десятикратно! — ободрилась волшебница. — Ты никогда не раскаешься в своем выборе.

Киммериец почувствовал, как рука девушки покинула его колено. Одновременно он заметил, что лицо Энга Шиха приняло выражение человека, пытающегося проглотить кусок тухлого мяса.

— Я уже прямо сейчас раскаиваюсь, — проворчал северянин. — Когда отправляемся в путь?

— После полудня, — Зеландра заворочалась в шелках. — Мне нужно хорошенько подготовиться, да и тебе не помешает короткий сон, особенно после такой ночи.

— Энг Ших, покажи нашему гостю одну из спален.

Огромный кхитаец отступил к двери и сделал приглашающий жест. Киммериец хмыкнул и вышел из покоев.

Следом за ними выскользнула Ниса. Не глядя на Конана, она быстро скатилась по лестнице и исчезла где-то внизу.

Варвар недоуменно пожал плечами и сквозь зубы ругнулся. Энг Ших, напротив, неприятно ухмыльнулся, чем еще больше разозлил северянина.

В противоположном крыле особняка, находилось несколько незанятых комнат, пустовавших, казалось, целую вечность. Возле одной из них кхитаец остановился, толкнул незапертую дверь и неопределенно мотнул бритой головой.

Маленькое помещение было без окон, зато с просторной кроватью у дальней стены. Конан ступил вовнутрь и обернулся к провожатому.

— Мой меч, — сказал он. — Принеси мне мой меч. Я буду спать плохо без оружия под рукой.

Энг Ших достал из ниши подсвечник с горящей свечой и протянул варвару.

— А как же меч? — выдохнул киммериец.

Вместо ответа желтолицый помахал руками перед носом Конана, закрыл за собой дверь и оставил северянина в раздумьях, касательно местонахождения его оружия.

Оставшись в одиночестве, первым делом, Конан обследовал дверь. Она имела запор только с внешней стороны. Вконец утомленный, варвар плюхнулся на кровать, не раздеваясь, и растянулся среди бархатных одеял, искренне надеясь, что его обостренное чутье предупредит о любой опасности.

Он крепко спал, когда тихий стук в дверь заставил его подскочить на кровати. Киммериец, стряхивая дремоту, спустил ноги на пол, жалея, что не имеет при себе верного меча.