Олег Лукьянов - Вардес: Лик Бога
Плохо. Даже очень плохо. Цепь между запястьями была настолько коротка, что в ней всего несколько звеньев. Проклятые пираты догадались, что будь она подлиней, мне не составило бы труда ее разорвать. И стянули мне руки, так близко, что сейчас не раздвинуть их в стороны больше, чем на ширину ладони. А мои попытки растянуть звенья скорее приведут к перелому костей запястья, нежели к разрыву короткой цепи.
Самое удивительное, что другая цепь тянется прямо от правой колодки на запястье к большому железному ядру у ног. Хм, что-то не видел в этом мире пушек…
Качка и шум разбивающихся о корабль волн шептали, что мы плывем в логово пиратов, наверняка, к какому-нибудь острову. Скорее всего меня ждет отвратительная судьба. Пришла мысль пробить днище корабля. С обретенной мной невероятной силой, это легко сделать. Но представив, как холодная вода заливает трюм, как стремится попасть в нос и в судорожно открывшийся, чтобы глотнуть воздуха, рот, как заливает легкие, почему-то передумал.
В конце концов, мое положение вовсе не безвыходно, у меня осталось еще самое ценное — жизнь, и она пока совсем не похожа на ад. Глупо убиваться раньше времени и думать о том, чего нельзя изменить. Надо отдохнуть и набраться сил, а дальше будет видно.
Я, несмотря на неудобную позу и тяжесть оков, закрыл глаза и неспокойно задремал. А проснулся от того, что на меня упала и едва не пришибла насмерть, корзина с рисом. Первые мгновенья не мог понять, что происходит: мир вокруг кружится и качается, трудно разобрать, где верх и низ. Ящики с продовольствием и бочки с ромом и пресной водой хаотично катаются по полу трюма.
Послышался гром, в щели на секунду ворвался ослепительный свет. Молнии ударили в ночи одна ярче другой. Из щелей сверху на голову полилась вода.
Корабль попал в шторм, и мне оставалось только молиться и надеяться, что посудина его выдержит.
Уже через час непривычный к подобной болтанке организм начал сбоить: затошнило, будто объелся ядовитых поганок. И только упорство пополам с гордостью перед пиратами, что непременно заглянут в трюм после бури, удерживали желудок от страшных спазмов.
Еще через час я понял, что дело плохо. Крены корабля были настолько сильны, что я едва не летал от стены к стене, вслед за прикрепленным к цепям ядром. Но эти мучения — мелочь в сравнении с отчаянием при мысли о том, что деревянное суденышко может пойти ко дну.
Шум волн и грома, вспышки молний оглушали и слепили. Приходилось уворачиваться от снующих рядом тяжелых ящиков, полагаясь только на интуицию. Я давно уже не слышал звон собственных цепей и скрежет двигающихся по трюму ящиков. Несколько раз мне не везло, и когда они меня задевали, было похоже, что попал под автомобиль. Багровые ушибы на теле нестерпимо ныли, и то хорошо, кости вроде целы.
Раздался перекрывший даже раскаты грома треск, задрожал корабль. Кажется, сломалась одна из мачт, и еще я всем нутром ощутил опасность. Если я здесь останусь…
Пытаясь в этой мешанине не качаться, с короткого разбега я плечом ударил дверь трюма. По тому, как прогнулась под ударом моего тела дверь, понял, что крепление металлических скоб, запирающие замок с другой стороны двери, начали поддаваться. Еще удар, еще… В такой качке трудно было хорошенько примериться, но все же дверь распахнулась.
Передо мной оказался небольшой коридорчик, выход из которого, судя по тому, как ревел там ветер, а в щели проникали ослепительные вспышки молний, вел на палубу. Дверь наружу открылась сама собой, меня залило водой, в лицо ударил тугой холодный ветер. Новый порыв ветра или же просто крен корабля захлопнули дверь вновь.
Мельком я глянул в каюты слева и справа. Они были пусты. Но где тогда моряки?
Не может быть, чтобы вся команда в такой шторм находилась на палубе.
Волочащееся за мной ядро сильно мешало. Прежде, чем идти на палубу, где в такой качке недолго и свалиться за борт, нужно найти способ избавиться от него, а заодно от цепи. Схватив цепь, приковавшую меня к металлическому шару, я обеими руками проверил ее на растяжение. Напрячься пришлось изрядно, не смотря на пробирающий кожу холодный ветер, разогретое тело покрылось испариной.
Звенья цепи поддались, отогнулись и лопнули. Осталось только разорвать короткую цепь, сковывающую колодки словно наручниками. Но тут, как я и предполагал, меня ждала основная трудность. Попытавшись растянуть руки в стороны, браслеты, обхватившие запястья врезались в плоть так больно, что я оставил все попытки освободиться. Не найдя в каютах подходящего оружия, подобрал отброшенную мной цепь прикрепленную к ядру. Таким драться несподручно, но лучше, чем идти в неизвестность с голыми руками.
На палубе, кроме ливня и промозглого ветра, меня ждал еще один неприятный сюрприз. Сломанная мачта кренила и без того заваливающийся набок корабль, и при каждом наплыве волны создавалось чувство, что сейчас начнет переворачиваться. То что корабль пойдет ко дну — было лишь вопрос времени. Но где же команда?
Доверившись интуиции и стараясь не улететь за борт, побрел к корме. В наручниках и с прыгающей под ногами палубой идти было до боли неудобно. Но добравшись никого не повстречав, увидел связанный веревкой штурвал. Неужели экипаж бросил корабль?
Сквозь дождь в морской пучине показалось, что увидел отчаливающую от корабля лодку, полную пиратов. Они, как крысы, покидают тонущий корабль, оставив меня погибать вместе с ним. Усилием воли отогнал панические мысли, сейчас нужно шевелить мозгами и искать лодку либо что-то еще…
Я дернулся от неожиданности, чья-то рука легла мне на плечо. Развернувшись увидел мокрого от штормового ливня, крепко сложенного, загорелого мужчину с гордой осанкой и широким размахом плеч. Глаза подстать черной банданке на голове пронзительно всматривались в мое лицо. Взгляд пирата задержался на цепи с пушечным ядром на конце, что я держал в руках, намереваясь использовать вместо оружия.
Даже не попытавшись перекричать рев бури, повелительным жестом приказал следовать за ним. Впрочем, за неимением других дельных вариантов я подчинился и, бросив ядро на палубу, сквозь ураганный ветер и косой дождь поплелся за ним.
Его лицо показалось мне смутно знакомым, словно я где-то его уже видел.
Почему-то он ассоциировался у меня с каким-то бароном. Хотя странно, пират отнюдь не походил на аристократа… Что за бред лезет мне в голову?
Добравшись до противоположного края кормы, он исчез за бортом, бросившись за ним, я обнаружил веревочную лестницу, ведущую в заполненную пиратами лодку.
Недолго думая, спустился по ней в шлюпку и, едва успев сесть на свободное место, поблагодарил смилостивившуюся надо мной судьбу.