Вероника Кузнецова - Забавы колдунов. Часть первая

— Какое золотое сердце! — прошептала пани Иоанна. — Если бы она знала, что я о ней думала…

— От мыслей никуда не денешься, — философски ответил Пахом Капитоныч. — Бывает, что и подумаешь о ком-нибудь плохо, но ведь не скажешь, а это самое главное.

У Адели стало легче на сердце. Оказывается, не она одна так опрометчиво судила старушонку. Тем дороже должны они ценить её подарок.

— Наверное, перед тем, как идти, надо как следует подкрепиться, — сказал солдат. — Кто знает, когда нам удастся отдохнуть. Если этот клубок поведёт нас по пескам, то остановиться будет нельзя. А где же малый?

Адель только сейчас обнаружила, что дурачка нет.

— Может, он побежал за мной, заблудился и попал в пески? — испугалась она.

— Нет, он не бежал за тобой, — растерянно ответила пани Иоанна и позвала. — Стась! Иди сюда! Стась!

— Стась! — закричал солдат.

Ответа не было.

— Стась! Иди, я дам тебе поесть! — догадалась предложить девушка.

Из-за большого камня показалась голова дурачка. Он облизнулся, заулыбался, а потом погрозил кулаком куда-то вдаль и неуклюже затопал ногами.

— Наверное, он испугался феи, — объяснила его поведение пани Иоанна. — Иди сюда, Стась. Вылезай оттуда и садись. Вот тебе кусочек сыра. Когда я приготовлю еду, я дам тебе вкусненькое.

Ничего особо вкусного она не могла предложить несчастному юноше, но он был неприхотлив и с одинаковым аппетитом ел и сыр, и каменный сухарь, и потерявший свежесть варёный картофель.

— Деточка! — умилилась пани Иоанна. — Как бы мне хотелось угостить тебя получше! Была бы у меня возможность, я испекла бы пирог с почками. Все говорят, что у меня лучшие в нашем краю пироги.

Стась ел, громко чавкая и корча гримасы.

— Спасибо этому дому — пойдём к другому, — объявил Пахом Капитоныч. — Пора в путь.

Он сам распределил багаж, отобрав для себя вещи потяжелее, и возглавил свой маленький отряд.

— Бросай клубок, дочка, — скомандовал он. — А ты, пани, следи за Стасем, чтоб не потерялся.

— Я послежу, — пообещала пани Иоанна.

Адель осторожно положила клубок на землю, но он так и остался недвижим.

— Не катится, — растерялась девушка.

У пани Иоанны вырвался вздох разочарования.

— Это из-за меня, — сказала она. — Фея подслушала мои мысли, рассердилась и в отместку дала не волшебный клубок, а самый обыкновенный.

— Нет, из-за меня, — призналась Адель. — Я подумала о ней не совсем хорошо. Недаром она так на меня посмотрела.

— Она и на меня могла обидеться, — с виноватой усмешкой поведал Пахом Капитоныч. — Когда я увидел эту старушонку, я сказал про себя, что она неизвестно по какой беде оказалась в этих опасных местах, и я уже приготовился большую часть пути нести её на своей спине, потому что самой ей явно не перейти через пески. Разве я мог предположить, что это фея?

Адель не смогла сдержать смех.

— Да, все мы грешны, — согласилась пани Иоанна, улыбнувшись, несмотря на их бедственное положение.

— Стась, не трогай! — закричала Адель, увидев, что дурачок завладел клубком. — Положи его!

— Пускай забавляется, — остановил девушку солдат. — Что нам в этом клубке? Играй, Стась.

Но дурачок уже успел обидеться. Он надул губы, скорчил гримасу, затопал ногами и с силой швырнул клубок под ноги Адели. Клубок подпрыгнул и неспешно покатился по каменистой земле.

— Скорее за ним! — поторопил своих спутников Пахом Капитоныч. — Ай да малый! Сумел заставить его заработать. Молодец, Стась!

Юноша, уже позабывший обиду, расплылся в широкой улыбке.

— Ну да! — вспомнила Адель. — Ведь фея так и сказала: "Брось его на землю".

— Да, она настоящая фея, раз оказалась выше обид, — заключила пани Иоанна.

Клубок продолжал катиться впереди, не слишком опережая путешественников, но и не отставая от них. Он словно примеривался к их движению. Если бы Адель захотела, она сразу подняла бы его, даже не ускоряя шаг.

— Однако, он ведёт нас прочь от холмов, — заметил солдат.

Фея сказала, что сама она провела бы нас короткой дорогой, а клубок поведёт длинной, но зато безопасной, — напомнила пани Иоанна.

— Возможно, — согласился солдат, но в голосе его прозвучало сомнение.

Они шли уже часа три, когда Стась неожиданно начал то мяукать, то смеяться попеременно.

— Подними-ка клубок, Адель, — велел Пахом Капитоныч. — Надо посмотреть, что творится с этим парнем.

Дурачок, и правда, вёл себя необычайно.

— Ко-тёнок, — выговорил он и весь изогнулся, пытаясь, по-видимому, изобразить кошку.

Стась бегал вокруг каменной глыбы с неровными краями и продолжал мяукать.

— Да что с ним такое? — испугалась пани Иоанна.

Солдат обошёл глыбу вокруг и разглядел пушистого котёнка рыже-бело-чёрной масти, притаившегося в щели между камнем и землёй.

— То-то мне казалось, что мяукают два голоса! — сообщил он. — Ах ты, бедолага. А грязный-то! Весь в пыли. Давненько тебя не вылизывала твоя мама.

Котёнок доверчиво пошёл к Пахому Капитонычу, влез, цепляясь коготками за штанину и мундир, ему на плечо и уютно там устроился.

— Вот нас и пятеро, — отметил солдат.

— Явление пятое, — пробормотала Адель. — Те же и котёнок.

Солдат не понял, что имела в виду Адель, но кличка ему понравилась.

— Явление пятое, — повторил он. — Действительно, пятое. Четверо уже имеются.

— Надо положить котёнка назад, — вмешалась пани Иоанна. — Вернётся кошка и будет его искать.

— Не вернётся, — не согласился Пахом Капитоныч. — Если бы она заботилась о нём, он не был бы таким грязным. Достань-ка из мешка кусочек сыра… Вот так… А теперь предложи его Явлению Пятому… Видела, как оголодал? Он бы и картошку стал есть, если бы мы не доели её сами. Теперь надо его напоить… Вишь, как лакает! Наше счастье, что он уже большой и ест самостоятельно. Где бы мы достали для него молоко?

— Ты, солдат, готов подбирать в пути каждого встречного, — сказала пани Иоанна не то с осуждением, не то с восхищением, а может быть, и с тем и с другим.

— Не каждого, — поправил Пахом Капитоныч, — а только тех, кто нуждается в помощи. Я так полагаю: пока в силах — помогай другим, тогда и самому в трудную минуту не стыдно будет принять помощь… Однако, мы слишком здесь задержались. Пора в путь. Бросай клубок, дочка.

Адель кинула клубок на землю, и он покатился, приглашая путешественников за собой. Солдат сунул котёнка за пазуху, и он поурчал немного от удовольствия и сладко уснул.

Путники шли ещё часа три. Усталость накапливалась постепенно и, наконец, ноги стали сами собой спотыкаться, задевая даже за самые мелкие камни.