Фергус - Ворон
- Простите, ваше высочество. Должно быть, пока жила в лесу, я подрастеряла манеры.
Принц тягуче рассмеялся.
- О, вы просто изумительны, леди Корникс! Знаете, когда-то я был близко знаком с одной колдуньей, которая училась у Беспалых, совсем как вы. Вы даже чем-то на неё похожи, - его голос вдруг погрустнел.
- И что с ней стало? - заинтересовалась Корникс. Принц вежливо улыбнулся.
- Не знаю. Мы давно не встречались.
Корникс не знала, что на это ответить. Отведя глаза, она заметила, что Брен смотрит на них, и гримаса на его губах не предвещает ничего доброго. Похоже, его ревность под воздействием тоски обострилась.
Недалеко от Брена стоял второй змей, прибывший в княжество де Монтиум вместе с принцем. Толстая зелёная чешуя вместо кожи, ядовито-зелёные глаза, длинные зелёные волосы, так же, как у Секста, забранные в хвост. Аспид, кажется, так его звали. Корникс слышала, что он занимает высокое положение среди змеев.
И он тоже, как и Брен, не отрываясь, смотрел на них с принцем. Только его взгляд выражал не ярость, а нечто иное, неодобрение или тревогу.
- Пожалуй, мне надо вернуться к своему верному спутнику, - принц усмехнулся, как показалось Корникс, сам немного встревоженно. - Тем более, церемония сейчас начнётся.
И действительно в зал спустилась её мать под руку с Каприко. Разговоры среди собравшихся тут же смолкли. Верховная жрица прошла к алтарю. Жертвенный козёл разразился испуганным блеяньем.
К сожалению, Корникс не довелось посмотреть церемонию. Зал на втором этаже был набит под завязку, благородные вперемешку с простолюдинами, и ей вместе с другими послушницами под присмотром одной из старших жриц пришлось встречать внизу тех, кто пришёл слишком поздно или и вовсе не собирался присутствовать на церемонии. Корникс подносила каждому зажжённую свечу и лист плюща, благословляла и принимала дары для богини. Старшая жрица пела под статуей Серпенса священные гимны.
На ночь все жрицы храма выпили зелье из плюща, белены и цветов папоротника, чтобы получить во сне от богини видение грядущего. Корникс, как послушнице, напитка не полагалось. Она и не ждала от этой ночи ничего особенного.
Готовясь ко сну в своей скромной комнате, которую она делила с Люценой, Корникс заметила на туалетном столике зеркало, и неожиданное чувство ностальгии затопило её с головой. Это зеркало ей подарил Урсус, точно такое же, как и Вульпес, чтобы сёстры всегда могли присматривать за своими братьями. И Корникс пользовалась подарком. Хоть Брен и называл её холодной и чёрствой, она тоже иногда поддавалась тоске по старым денькам, проведённым под сенью леса Сильвы.
Люцена уже мирно посапывала на своей кровати. Корникс забралась на свою с зеркалом на коленях и шёпотом приказала:
- Покажи мне Корвуса.
Стеклянная поверхность потемнела, отражая звёздное небо. На его фоне чёрной тенью скользил ворон.
Корникс нахмурилась. Что-то в его полёте показалось ей неправильным, какая-то тяжесть во взмахе крыльев. Как будто он был ранен и не до конца исцелился. Хотя Корникс не сомневалась, что с её старшим братом всё будет в порядке. Корвус не из тех, кто проигрывает.
- Покажи мне Гая.
Картинка в зеркале изменилась. Корникс увидела комнату явно из богатого дома, всю в коврах и сундуках с коваными замками. Гай расхаживал взад-вперёд перед помостом, где на подушках возлежал толстый мужчина и курил трубку. С первого взгляда становилось ясно, что оба они недовольны друг другом.
- Только не говори мне, что ты не причём! - почти орал Гай. - Твой дом битком набит контрабандой с вольных городов! Что ты поставлял им взамен? Оружие? Сведения? Спорим, ты договорился с магистратами Урбса, что поможешь им, а когда их армия победно войдёт в Либру, они обеспечат тебя высоким положениям, которого ты, по твоему мнению, заслуживаешь.
- Контрабанда - это просто контрабанда, - зло пробормотал толстяк. - Как бы там ни было, никаких обвинений против меня никто не выдвигал.
- Конечно, не выдвигал! Если бы леди-регентша что-нибудь пронюхала, тебя бы уже вздёрнули на ближайшем дереве! И этот мятеж тоже твоих рук дело, правда? Твоих и твоих дружков из купеческой гильдии? Не отрицай, я видел, как в дом заходили бродяги, которые потом разбрасывали повсюду листовки и подговаривали народ в кабаках.
- И что с того? Как ты не понимаешь, эта противоестественная война уничтожает торговлю! Ты хочешь, чтобы мы разорились? И на что ты тогда будешь жить, позволь узнать? Всего-то нужно было подбросить людям с улиц парочку мыслишек, а дальше уже они сами. Если бы всё получилось, как мы задумывали, регентша и девчонка-княжна были бы у нас в руках и мы бы открыли ворота армии вольных городов.
- Но ничего не получилось, - мрачно подытожил Гай. - И теперь тебе лучше бы залечь на дно, а не заниматься контрабандой. И не впутывай меня в свои дела!
- А ты не смей так разговаривать со мной, мальчишка! - толстяк в ярости отбросил трубку. - Или ты забыл, скольким ты мне обязан?! Я вырастил тебя в этом доме, я кучу денег угрохал на твоё обучение у оборотней! И теперь ты должен их отработать. Я не из тех, кто пускает деньги на ветер. Как я уже сказал, ты будешь охранять караван с товарами, там и пригодяться твои воинские навыки. А если откажешься, больше никогда в жизни не получишь от меня ни единой паршивой медяшки!
Не отвечая, Гай развернулся на каблуках и со свистом вылетел из комнаты. Корникс насмотрелась достаточно. Её ждали ещё и другие братья.
- Покажи мне Флора.
Златоволосый сын сьерда сидел за столом в каком-то обшарпанном помещении, напоминавшем комнату на постоялом дворе. На столе стояла полупустая тарелка и кружка с пивом, в руках он держал неизменную мандолину. Малахитовая заколка в виде цветка, подаренная Урсусом, темнела среди его золотых волос. На спинке соседнего стула сидел ручной охотничий сокол, должно быть, брат приобрёл его, когда вернулся в отцовский замок. На полу лежали дорожные тюки.
Флор куда-то едет? Куда?
- Покажи мне Урсуса.
Самый нелюдимый брат Корникс, которому она, тем не менее, была очень благодарна за подарок, стоял у ночного окна в богатой гостиной и разговаривал с неизвестным рыцарем. Разглядывая рыцаря, Корникс невольно заулыбалась. Высокий, густые каштановые волосы, классически правильный профиль, тонкая бородка по линии челюсти и прекрасные зелёные глаза. На его лице лежал какой-то неуловимый отпечаток благородства, какой бывает, наверно, только у королевских рыцарей в Солее.
Таких типажей Корникс ещё не встречала. На мгновение ей захотелось познакомиться с ним.
- Покажи мне Вульпес.
По стеклу прошла рябь, и картинка снова сменилась. Но на этот раз Корникс не увидела ни помещения, ни пейзажа. Прямо перед ней, занимая всю зеркальную поверхность, было лицо её сестры.