Павел Шабарин - Гимн Беглецов

Янтарик спокойно прошел мимо загонов со свиньями. Те были слишком крупными для него. Слишком сложно и опасно. Животные забеспокоились от его приближения, но это быстро прошло. От него шел запах смолы, а не хищника.

Людей пока не было видно. Янтарик прятался за невысоким заборчиком, двигался короткими перебежками. В следующем загоне были куры – жирные, сочные, аппетитные, они тоже взволновались и закудахтали, когда он приблизился. Загон был сделан из металлической проволоки. Не так давно Янтарик видел, как один из братьев запутался в такой и был убит людьми. Повторять судьбу собрата юный вендиго не хотел. Впрочем… в загоне была калитка с простенькой защелкой. Янтарик вновь улыбнулся. Ему определенно нравилось думать. Он подошел к калитке, облизав клыки, протянул лапку к щеколде…

В тот же миг откуда-то из загона выскочил петух. Это была огромная птица – сильная и злая. Размахивая крыльями, петух громко закричал и ринулся на Янтарика. Вендиго взвизгнул и рванул наутек, даже не вспомнив, что между ним и пернатым чудищем прочная сетка.

– Ты слышал? – раздался человеческий голос. – Должно быть, это еще один.

– Не говори глупостей, травяных гоблинов не бывает, – ответил кто-то еще.

– Но я видела!

– Ох… ладно… видела так видела, только замолчи… лучше неси ружье… и где мои сапоги?

Голоса доносились из дома с трубой. Янтарик побежал к другому и проскользнул внутрь сквозь открытую дверь. Кажется, этот домик именовался «амбаром». Внутри пахло сухой травой и было очень темно. Впрочем, Янтарику не нужен был свет, чтобы понять – он тут не один. Что-то притаилось в тенях.

Снаружи раздался грохот, вслед за ним – топот ног.

Существо в темноте пряталось где-то сверху. Оно перескочило с одной балки на другую. Янтарик рассудил, что, кем бы оно ни было, оно не опасней человека, и углубился в амбар, ища укрытие.

– Мяу! – раздалось где-то над головой, существо из тьмы спрыгнуло вниз, зашипело.

Вендиго резко обернулся, но не успел среагировать. Огромный черный кот бросился на него, выпустив когти и оскалив клыки. С визгом и шипением животное вцепилось в Янтарика.

Вендиго попытался высвободиться из хватки, но животное было сильнее. Кот был даже крупней него. Сквозь боль, застилавшую взор, маленький вендиго увидел, что шкура зверя покрыта проплешинами и шрамами. Одного глаза у кота не хватало – на его месте была гноящаяся рана.

Янтарик пытался оттолкнуть кота от себя, он боролся, но с каждым движением когти мохнатого зверя драли его только сильнее. Острые, пусть местами и поломанные, клыки оставляли глубокие раны на его плечах и шее.

Если он не ответит сейчас… если не сумеет себя защитить…

Он ударил кота – слабо и неумело. Его когти лишь слегка оцарапали морду зверя, но этого хватило, чтобы еще сильнее того разозлить. Клыки вонзились в лапу Янтарика.

И тогда вдруг Янтарик почувствовал то, чего не чувствовал никогда раньше. Странная волна горячей боли накрыла его. Он ощутил все естество атаковавшего его животного – понял его ярость, проникся его болью… увидел страшную болезнь, разъедающую изнутри его тело и душу.

Когда все прекратилось, зверь опал на землю бездыханным. Тонкие травинки торчали из его рта, глаз, прорвавшихся язв. Янтарик с трудом высвободил руку, разорвав исходящие от нее ростки, и тоже упал.

Он знал, что должен бежать, но сил на это уже не осталось. Его колотил озноб.

В амбаре стало светлее, когда человек открыл дверь и шагнул внутрь.

– Высшие милосердные! – воскликнул человек. Это был пузатый мужчина с красным лицом. Он опустил ружье, которое держал в руках, и крикнул куда-то в сторону дома: – Он задрал кота! Долорес, скорее иди сюда!

Послышался топот еще одной пары ног.

– Это гоблин?

– Сама посмотри.

В дверном проеме появилась женщина. Она была еще толще и еще краснее лицом, чем мужчина. Янтарику было очень страшно. Он знал, что эти люди убьют его. Но он не мог ничего с этим поделать. Страх был не единственным его чувством. В нем бушевала целая буря эмоций – отчаяние, обида, злость. Почему так? Почему так скоро? Неужели он осознал себя лишь для того, чтобы лучше ощутить вкус собственной смерти?

Женщина подошла к нему.

Вот оно.

Янтарик закрыл глаза.

– Бедняжка, ему, наверное, так больно.

Что-то подхватило его, подняло в воздух. Янтарик открыл глаза и обнаружил себя на руках у женщины. Она держала его крепко, но не причиняла боли, нет. Она просто…

– Я отнесу его в дом и посмотрю, что можно сделать с ранками, – произнесла женщина и аккуратно провела рукой по спине Янтарика. – А ты закопай эту дрянь.

– Лучше уж сожгу. Он кажется больным.

– Этот Ори совсем запустил своего кота, – покачала головой женщина, а затем вдруг обратилась к Янтарику: – Не бойся, малыш, я тебя не обижу.

И он провалился в темноту.

Янтарик пришел в себя мгновенно. Так ему показалось. Но он был уже совсем в другом месте. Ему было тепло, а боль ушла. Открыв глаза, он обнаружил себя лежащим внутри какого-то помещения на аккуратно сложенной материи.

Двигаться было трудно. Тело все онемело и, казалось, стало совсем чужим, незнакомым. Янтарик потянулся и увидел, как коготки на секунду выскользнули из его черных мохнатых лапок. От движения зашевелились усики на мордочке, и он почувствовал это. Янтарик встал на четыре лапы и подошел к миске, что заботливо поставили рядом с его лежбищем. Молоко. «Жаль, что не вода», – подумал Янтарик и начал лакать белую жидкость. Ему хотелось бы увидеть свое отражение. Хотя он уже понял, что произошло.

Закончив, он осмотрел помещение. Он был внутри дома, сложенного из срубленных и ошкуренных деревьев. В некоторой степени это было неприятно. Но мертвое дерево – обычное дело. Было раннее утро, и хозяева еще спали. Янтарик вскочил на окно. Кот, который смотрел на него из отражения, был мало чем похож на того зверя, что он встретил в амбаре. Шерстка у него была гладкой, шрамов не было, да и оба глаза оказались на месте, только совсем иного, янтарного цвета.

Память о днях, проведенных в забытье, начала постепенно возвращаться к Янтарику. Он вспомнил, как краснолицая женщина по имени Долорес обрабатывала его раны и поила молоком. Неизвестно, выжил ли бы он без нее. Драка с котом и трансформация отняли у него последние силы. Все же он был слишком мал и слаб для такого приключения. Не следовало ему оставлять Сэма.

Дрожь пробежала по спине Янтарика, и шерстка на ней встала дыбом. Он вдруг осознал, что совсем не слышит зова. Тот полностью исчез из его головы. Будто молоко смыло тот привкус.