Академия вампиров. Зачем здесь ты, ведьма? - Марина Павельева

Опять подстроил?!

— Надеюсь, ты не придумал лишнего? — спросила я оборотня, когда шок от внезапности немного прошел. Постаралась не вляпаться в общеизвестную фразу «ты всё не так понял». — Идем ко мне… поговорим? — предложила, склонив голову набок, как делала всегда, когда что-то у любимого просила.

— Мне запрещено заходить в тво… вашу комнату, — буркнул Женька. — Я ведь только охранник. И моё место здесь, — подчеркнул свой статус, намекая прямым текстом, что между нами… ничего?

— Не злись, Жень. Скоро это закончится. И нам больше никто не будет мешать быть вместе, — я подошла к нему ближе и взяла за руку.

— Нельзя, — Женька вырвал руку и отступил на шаг назад, словно я была раскаленной печкой, от которой полыхало жаром.

Я даже на всякий случай проверила свои ладони, вдруг оттуда огонь вырывается. Но нет. С ладонями порядок. Тогда не понятно, почему мой любимый так глупо себя ведет.

— Жень, скажи, что случилось, — взмолилась я. Ненавижу, когда чего-то не понимаю. И догадаться трудно. Из вариантов, что ему приказано со мной не общаться и что он на меня дуется, хотелось бы, чтобы верным был первый. Но зная Женьку, его ревнивый характер, вполне может оказаться верным второй. — Ты на меня злишься? — решила сразу отсечь наиболее неприятный.

— Я на работе, — буркнул он.

И на этом всё. Застыл как истукан с острова Пасхи, у которых только одна голова торчит из земли. Встал почти по стойке смирно, руки вниз и глядя прямо перед собой, сквозь меня. То ли действительно не рад, что его сюда приставили, сорвав ему законный выходной (свободный и от учебы, и от охраны), который мы планировали провести совершенно не так. То ли реально ревнует и бесится. Он же оборотень, и его волк, привыкший никому ничего своего не отдавать, наверняка бушует внутри.

В общем, чувствую, каши тут не сваришь.

Вот тогда и появился у меня мой великолепный план.

— Виталий Алексеевич, — позвала я мажордома, — можно вас на минутку, — завертела головой, чтобы увидеть сразу, откуда тот появится. Сверху на лестнице? Из коридора, ведущего в столовую? Или из той двери напротив? Если, конечно, появится. Хотя по распоряжению Элиндера вроде должен быть тут. — Виталий Алексе-е-еви-ич! — прибавила в голосе.

— Слушаю вас, госпожа Девяткина, — управляющий возник из коридора, неся с собой белое махровое полотенчико, которым вытирал руки. — Обед уже скоро, — остановился рядом с Женькой. — Извините, что немного с обедом опоздал, но у меня…

— Скажите, пожалуйста, дорогой Виталий Алексеевич, — перебила я его, — этот господин, — ткнула указательным пальчиком в своего любимого, — должен охранять вход в апартаменты или непосредственно мою драгоценную особу? — специально ввернула про особу, заметив, как Женька язвительно сжал губы и скривил их влево, услышав «госпожа Девяткина», а вернее просто «госпожа».

— Вас непосредственно. Так велел господин инквизитор, — подтвердил управляющий мое предположение.

— Хм-м… странно, — промычала я, делая вид, что удивлена, а потом изобразила великую задумчивость. — А вы не подскажете, Виталий Алексеевич, почему ему нельзя заходить в мою комнату? Я, похоже, чего-то не понимаю. Как он может меня охранять, если меня не видит? Ну, пусть слышит, — улыбнулась истукану-Женьке, по-прежнему смотревшему мимо меня, но навострившему ушки. — А если злодей как, например, Арсюша, залезет в окно? Я и пикнуть не успею.

— Так там же сигнализация, она не допустит, — недоумевающий мажордом никак не мог сообразить, куда я клоню. Поэтому решил объясниться. — У господина Криворукова было разрешение сюда входить, теперь его нет. Да и после всего этого, он вряд ли снова полезет в ваше окно.

— Это-то как раз ясно, — напирала я. — А если злодей знающий и на раз-два справится с сигнализацией? А мой охранник за дверью. А я там, — подняла руки на уровень плеч и показала весь мой ужас растопыренными пальцами и вытаращенными глазами. — И всё? Мне хана?

— В инструкции сказано, что господину Королеву нельзя нарушать ваше личное пространство в вашей комнате, — Виталий Алексеевич задумчиво почесал правое ухо. — Ну, может я немного не так понял…

— Отлично, — ухватилась я за его оговорку. — То есть если я сочту, что он не нарушает моего пространства, то может сидеть у меня. А вы знаете, Виталий Алексеевич, мне так будет спокойнее. Вы разрешаете ему внутри комнаты? — вопросительно посмотрела на управляющего, а потом на Женьку, который в этот момент косился на начальство.

Что он сейчас думал, я не представляю. Хочу надеяться, что обрадовался. А может и нет — испугался, что теперь не отвертеться и придется извиняться за свое поведение. Ну, ничего-ничего. Я с тобой разберусь, красавчик, как только попадешь с мои загребущие лапки. А то ишь, удумал на меня злиться. И пока нам не мешает Элиндер…

Тьфу-тьфу, чтоб не сглазить.

— Как скажете, госпожа Девяткина, — управляющий помял полотенце в руках. — Я думаю, это не будет нарушением инструкции. Тем более что вы опасаетесь, — снова помял полотенце и усмехнулся. — А вы умеете находить лазейки. Где вы научились? Извините, за назойливость.

— Папа заставлял писать договора на продажу, — улыбнулась я. — Поэтому юридические тонкости знаю.

— А-а… Ловко. Что ж… Я отнес ваш рюкзак в комнату напротив вашей подружки, а она еще отдыхает. Как раз к обеду отойдет. Минут через двадцать, — полотенце мажордома повисло на полусогнутом предплечье. — Господин Королев, вы поступаете в полное распоряжение этой девушки. Вам понятно?

— Да, — кивнул Женька.

— Тогда идем со мной, — сказала я ему и шагнула на лестницу.

— Слушаюсь, — буркнул любимый, не смея отказать.

Если честно, заставлять мужчин делать то, чего они не хотят, не стоит. В большинстве случаев, чтобы не вызывать в них усталость от тебя и неприязнь. И в большинстве случаев, если хочешь от них чего-то добиться, надо действовать тонко. Но иногда следует применить силу. Не физическую, конечно, а вот так, словами. Чтобы путь к достижению твоей цели стал короче, когда время против тебя. А сейчас оно точно против. Поэтому, как только за нами захлопнулась дверь, я повернулась к Женьке и…

Обхватила его за шею, прижалась, ощущая своей грудью крепкое накачанное тело, и поцеловала. Сначала просто чмокнула, а потом не удержалась и поцеловала снова. На этот раз более длительно, лаская Женькины губы. Поняла, что соскучилась, хоть и прошло всего-то ничего, утром расстались, но вот соскучилась. Похоже, и он тоже. Потому что