Поезд в страшную сказку - Татьяна Владимировна Луковская
Претенденток впускала и выпускала миниатюрная горничная в забавном чепце, провожая каждую гостью заученной фразой: «Доброго дня, сударыня. С вами свяжутся на днях». Это означало ни да, ни нет, и давало каждой надежду на заветное место. Чуть позже явилась еще одна девица чахоточного вида с черными тенями под глазами и зеленоватым оттенком кожи. Грудь ее вздымалась от тяжелого дыхания после быстрой ходьбы, видно, ее на автомобилях никто не подвозил. Новая претендентка полным тоски и отчаянья взглядом обвела собравшихся дам и, подобрав забрызганную грязью юбку, уселась на канапе рядом с Варей.
— Как там? — указала новая соседка на резную дверь.
— Не знаю, — пожала Варя плечами.
— Мне очень нужна эта работа, вы не могли бы мне уступить? — неожиданно обратилась она к собравшимся.
— Какая наглость, — фыркнула дама в винном костюме.
— Отчего же наглость, ежели я в отчаянном положении, — жалобно проговорила чахоточная девица. — У меня отец при смерти, за гимназию братцу нечем платить… и собака захромала.
Но ей никто больше ничего не ответил, показывая всем видом, что их не разжалобить.
— Хорошая такая собака, лапу давала, — со слезами на глазах обратилась девица к Варе, заметив только в ее очах сочувствие.
— Ну, хотите, я вас пропущу вперед, — решилась Варя на благородный жест.
— А не могли бы вы вообще туда не ходить, — уцепилась девица за Варин локоть.
И что на это ответить?
— Идите первая, — повторила Варя свое предложение.
Девица обиженно поджала тонкие губы и отвернулась от жестокосердной соседки. И чего обижаться, все равно ни ей, ни Варе не обойти этих солидных претенденток с рекомендациями.
Коридор постепенно пустел, вот уже и дама в винном костюме прошла в номер. Чахоточная девица сразу же переместилась на ее место, как бы опасаясь, что соседка нарушит слово и прошмыгнет раньше за заветную дверь. Потянулись минуты, дама в винном все не выходила, наверное, она понравилась работодательнице. «Никаких шансов», — пессимистично крутилось у Вари в голове. На кислом настроении госпожи Иванцовой можно было заквасить добрую флягу простокваши.
Наконец, миниатюрная горничная выпроводила даму в винном, пожелав неизменного: «Доброго дня» и жестом пригласила следующую претендентку. Чахоточная девица торопливо вскочила, едва не перевернув канапе, и устремилась в дверь. Варя осталась одна, рассматривать очередного розовощекого купидончика на противоположной стене. Прошло около пяти минут и дверь снова распахнулась.
— Доброго дня. С вами свяжутся, — начала выпроваживать чахоточную девицу горничная.
— Я еще прекрасно играю на фортепьяно, — не желала уходить девица, цепляясь за дверной косяк, — если нужно, то могу и в преферанс, а какие пасьянсы я раскладываю. Вам со мной никогда не будет скучно, уверяю вас.
— С вами свяжутся, — горничная сделала новую попытку выпроводить назойливую посетительницу.
— А еще я прекрасно читаю стихи. Сама Анна Николаевна Закревская была в восхищении. «Люблю грозу в начале мая…»
— С вами свяжутся, — со всей мочи невежливо толкнула горничная претендентку. — Доброго дня, — закрыла она дверь перед самым носом норовившей вернуться девицы.
— И вам доброго дня! — крикнула девица в закрытую дверь, окатила соперницу презрительным взглядом и пошла по направлению к лестнице.
Варя снова осталась одна. К ней никто не выходил. Что делать? Она встала, на цыпочках подошла к резной двери, постояла с минуту, выдохнула и осторожно пару раз стукнула костяшками пальцев.
Дверь тихо приоткрылась. Из образовавшейся щели высунулся смешной чепец горничной.
— Эта сумасшедшая ушла?
— Да, — отозвалась Варя.
— Мне очень жаль, но Зинаида Игнатьевна больше не принимают, у них страшно разболелась голова.
Вот и расплата за ненужную доброту. Какой жестокий урок!
— Может, мне завтра прийти? — борясь с подступающими слезами, спросила Варя.
Горничная лишь неопределенно пожала плечами и закрыла дверь. Купидончик ехидно усмехнулся чужому провалу. Жаль, что нарисованный, крепко хотелось надавать по его розовым округлостям. Раздавленная Варя пошла к лестнице. «Так бездарно упустить свой шанс, это ж еще нужно постараться. Я неудачница, и уже вряд ли что-то изменится». Нацепив пальтишко, ничего не видящим от слез взором она с трудом нашла входную дверь и вышла на улицу. На противоположной стороне верным рыцарем ее ждал Коробейников. Ну, отчего он-то не уехал? Что ему нужно?
— Варвара Тихоновна, погодите! — прилетело откуда-то сверху.
Варя задрала голову, из распахнутого окна второго этажа ей махала блондинка с золотыми локонами.
— Прошу прощения за недоразумение, возвращайтесь, — приветливо поманила барышня.
Взбодрившись, Варя побежала обратно. Она влетела в холл, скинула пальто в гардеробной, заметила, что оказывается от расстроенных чувств оставила здесь полушалок, повесила его к пальто, чтобы не забыть в следующий раз, и шагнула к лестнице.
— Вон она! Держи ее, держи! — заорали справа.
«Кого держать? Меня?» — Варя прижалась к мраморным перилам. На нее летел, размахивая метлой портье, а за ним резвый поваренок с большой кастрюлей.
— Прошу прощения, но меня поз…
Договорить посетительница не успела, сбивая ее с ног, портье понесся вверх, дубася метлой по ковровой дорожке.
— Где она⁈ — резко затормозил он, оглядываясь.
— Не знаю? — жалобно пискнул поваренок.
— Где она⁈ — заорал портье уже на Варю, вращая безумными глазами.
— Кто? — стараясь не делать резких движений, отступила посетительница на шаг.
— Должно под лестницу спрыгнула, — предположил поваренок.
И ловцы неведомой «ее», спотыкаясь, помчались вниз.
«Дурдом какой-то, и это лучшая гостиница в городе».
Варя привычным жестом хотела отряхнуть подол и… нашла повисшую на складках юбки зеленую ящерку. На