Я (не) смогу тебе помочь - Татьяна Киселева

Не знаю, чем бы это всё закончилось, но звонок в дверь, заставил нас подскочить на месте и отпрянуть друг от друга.

Приведя в порядок растрёпанную причёску и одёрнув платье, я побежала открывать дверь.

За порогом стояли Валюха и Маша. Девчонки весело пропели мне хэппи бездей ту ю и вручили небольшой подарок.

И мы снова вместе с девчонками пили чай, а потом отправились в кино, где к нам присоединились одноклассники.

После фильма зарулили в кафе. А по дороге домой мы с Сашкой сбежали. Хохотали, гуляли, держась за руки. Качались на качелях в соседнем дворе. А потом снова целовались в подъезде, пока нас не спугнул, вернувшийся с работы домой сосед.

Вскоре мы с Сашкой получили одно на двоих прозвище — неразлучники.

А потом было лето. Наше лето на двоих. Каждую свободную минуту мы бежали, чтобы встретиться и побыть вместе. Строили планы, мечтали, что поступим в один институт. Правда, я собиралась поступать на факультет лингвистики и перевода. А Сашку интересовали информационные технологии.

Снова начало учебного года. В октябре Сашка стал задумчивым, и было видно, что его что-то тревожит. Он долго отмахивался от моих расспросов, потом всё же признался: — Родители разводятся… У отца, оказывается, вторая семья есть, и даже ребёнок. Мы, скорее всего, уедем в другой город, к маминым родителям…

Я заплакала: — А как же мы, Саша? Как же я?

— Ну, это же ненадолго, Василёк мой, — Сашка обнял меня, зарылся лицом в мои волосы. Я плакала, а он целовал, снимая с моих щёк слёзы, шепча:

— Я вернусь, я обязательно к тебе вернусь. Мы же поступать вместе решили. Ты только пиши мне! Ты ведь будешь писать? Обещаешь?

— Обещаю…

И я писала. Каждый день писала. Я так скучала по нему. Боже, как же мне его не хватало.

Если бы не Валюха, я не знаю, как бы пережила наше расставание.

Его первое и единственное письмо было наполнено тоской и нежностью. Каждая строчка напоена любовью. Одно письмо. Первое и единственное. Я зачитала его до дыр, а потом чуть не сожгла со злости. Оно так и хранится у меня в коробке вместе с открыткой с Восьмым марта. Сашка поздравлял меня с праздником и высказывал непонятную претензию, словно это я обманула его и не строчила ему ежедневно. Будто это он, а не я написала эту сотни писем.

Было больно, как же мне было больно.

Но я выжила и даже смогла влюбиться снова. Макс покорил меня весёлым нравом и был единственным, кто звал меня Лисой. А попытки кем-либо назвать меня Васильком, я резко пресекала.

Я Вася, Васёна, Василиса, Лиса.

Синеглазым Васильком я была в далёкой и наивной юности.

Вздохнув, сложила альбомы в коробку и убрала на антресоли. Я займусь ими чуть позже. Сейчас мне совсем не хочется этим заниматься, да и некогда. Работать надо.

Вечером опять засиделась допоздна, работая над книгой, но это было всё же лучше, чем плакать и грустить о муже. К тому же работа неплохо отвлекала от мыслей о недавнем происшествии. О чём вспоминать мне совсем не хотелось, но забыть не получалось.

В общем, трудилась до тех пор, пока смысл прочитанного не начал ускользать, и я не поймала себя на том, что засыпаю, сидя перед ноутбуком. Поднялась и поплелась в спальню, на ходу снимая с себя домашний костюм.

Наутро с трудом смогла проснуться от пронзительной трели телефона.

Я подняла трубку и не узнала собственный хриплый голос.

— Алло? Кто это?

— Королева Василиса Леонидовна? — спросил мужской голос.

Приоткрыв один глаз, посмотрела на экран телефона, номер был мне незнаком.

— Да, это я. — села в кровати.

— Вас беспокоят из полиции. Это Михаил Артёмович, следователь, с которым вы общались. У нас возникли некоторые вопросы, нужно под протокол записать детали, которые мы упустили в прошлый раз. Вы можете приехать сегодня к одиннадцати часам? — посмотрела на время, девять утра, уже хотела предложить хотя бы на послеобеденное время перенести поездку в отдел, а потом вспомнила, что вечером договорились с Иваном оформлять покупку машины.

— Хорошо, я подъеду, но, наверное, немного опоздаю. Я же на электричке, — согласилась я.

— Хорошо, я буду вас ждать…

Сон как рукой сняло. Вскочила с кровати и пошла умываться.

Через два с половиной часа я уже сидела перед следователем и отвечала на его вопросы. Больше всего мужчину интересовал то, каким образом я оказалась так далеко от дома и знала ли я покойную девушку.

Хорошо, что у меня отличная память. Я повторила придуманную ранее историю. Дескать, приезжала в Лазаревку, там у меня подруга живёт. Полив цветы, и проверив дом, вернулась на станцию задолго до электрички. Просто забыла, что в связи с отменой летнего расписания, убрали один рейс. По этой причине решила прогуляться с собакой по лесу и поснимать на телефон виды, так как после недавнего снегопада там было очень красиво.

Девушку раньше не знала и никогда с ней не встречалась, точно так же как и подозреваемого. Следователь смотрел на меня, видимо, не до конца поверив, а я лишь пожала плечами.

— Михаил Артёмович, я понимаю, возможно, в ваших глазах это странно выглядит, — старалась говорить спокойно и рассудительно, — Но мне нравится проводить время на природе, нравится фотографировать, а с моей работой это получается не так часто, как бы хотелось. Поэтому я была даже рада воспользоваться возможностью погулять по лесу. Разве это преступление?

— Нет, конечно, нет. Просто слишком удачное совпадение, что вы нашли тело девушки, поисками которой мы уже какое-то время занимались. Да ещё сразу и подозреваемого в убийстве удалось задержать.

— Знаете, у меня складывается впечатление, что вы мне это в вину ставите. Но признайтесь, если бы не это совпадение, думаю, что вы не раскрыли бы это дела так быстро. Девушку, конечно, рано или поздно кто-нибудь обнаружил, а то, что убийца оказался там