Андрей Буревой - Карантин класса «Т»

— Да! Да! — истерично выдал он.

— А если не сработает? — не поверил я ему. — Если кого-то не зацепит из станнера или не пробьет чью-то защиту?

— Тех тоже убивать никто не собирался! Парни Рука намеревались закидать оставшихся на ногах светошумовыми гранатами и свалить травматическими пулями!

— Живьем, значит, намеревались взять, — хмыкнул я и задал провокационный вопрос: — А для чего? Чтобы просто позабавиться, что ли?

Лимас явно не горел желанием отвечать, но под гнетом моего пронизывающего взгляда все же сознался:

— Они… они торговлей живым товаром промышляют…

— Вон оно как! — криво усмехнулся я, многозначительно покосившись на девчоночью банду.

— Крыс, ты… ты собирался продать нас ловцам людей?! — хватило ума у Икки и Мэй сообразить, что к чему.

— Я вам больше скажу — он наверняка вытребовал себе право быть первым, когда вас, захомутав, начали бы в честь удачного исхода дела по кругу пускать, — подлил я масла в огонь.

— Ах ты!.. — вызверились на Крыса девчонки и рванулись к нему с явным намерением жестоко убить.

— Куда? Стоять! — тормознул я их, не дав растерзать Крыса. Ценный источник сведений же! И обратился за подмогой к людям Робертс: — Придержите их!

Только с помощью пятерки лиасоловцев и удалось остановить банду, жаждущую справедливого возмездия для предателя Лимаса. Девчонки совсем озверели, когда я проникновенно добавил для вящей доходчивости:

— Ну что, соображения добавилось? А, неугомонные охотницы за полумиллионом кредов, которым ума не хватает понять, что вы стоите не меньше! — И зло припечатал: — Вот сейчас началась бы у вас, дур, веселая жизнь! Вывезли бы вас на какую-нибудь тайную базу Изгоев да продали бы там! Говорят, у них в большом почете такие вот девочки из «чистых» секторов… И обслуживали бы вы по полной программе денно и нощно собравшихся там скотов, мечтая лишь об одном, — чтобы ваши родители нашли деньги на выкуп и вытащили из этого ужаса! — Переведя дух, я продолжил так же эмоционально: — Да, и при этом вернувшиеся домой после года-другого пользования всем населением логова Изгоев поголовно и прошедшие через все возможные унижения считали бы себя счастливицами! Ибо некоторых из вас, чья родня особенно досадила отдельным Изгоям, не вернули бы никогда!

— Замолчи! Замолчи! — закричала, сорвавшись и разрыдавшись, Милли Эдвардс, закрывая руками ушки.

— Учитесь лучше думать, а не истерить! — сердито буркнул я. — Потому как от первого куда как больше пользы!

Переместившись к завывающему Крысу, — ну а как он хотел, это поначалу быть вот так растянутым терпимо, а чем дальше, тем больней и больней, — я перерезал веревку, привязанную к рейдеру. И присел возле бухнувшегося на пол предателя, чтобы ласково сказать ему:

— Ну что, сейчас ты мне расскажешь все-все о засаде, и тогда я не пущу тебе пулю в живот и не оставлю подыхать здесь с выпущенными кишками, а пропишу пинка под зад, и все… Согласен?

— Да! Да! — закивал он, пытаясь отползти подальше от меня и моего ножа, которым я, не убрав его в ножны, задумчиво водил перед глазами Крыса.

— Какой условный сигнал ты им должен подать, что все в порядке? — немедля приступил я к обстоятельным расспросам.

— Никакого! Сигналом послужит само появление машины в условленном месте!

— А как они тогда могут быть уверены в том, что тебя не раскололи, совершенно случайно так, и на некотором отдалении за первой «блохой» не следует еще пяток? — не повелся я.

— Так Рук посадит пару своих парней на четвертом этаже здания! И они подадут знак, если что не так! — начал отвечать подвывающий Крыс. — А если рванет на подземную стоянку еще кто-нибудь следом — стопанут их из гранатометов!

— О как! — вроде как впечатлился я предусмотрительностью охотников за живым товаром.

— Да, так! — поспешил подтвердить мой заливающийся соловьем дружочек. — И если какая непонятка, они сразу отступят к бронемашинам, стоящим на соседней подземной стоянке! Там же их две! И свалят через другой выезд!

— Значит, пара засядет на верхних этажах здания, на стороне, обращенной к нужному въезду, — начал вслух рассуждать я. — Еще кто-то останется у машин, однозначно…

— Четверо при «блохах» останутся! Водилы и пулеметчики! — поспешил проинформировать меня Крыс, из кожи вон вылезая, чтобы показаться полезным. — А остальные в засаду сядут!

— То есть поджидать нас будет группа всего из восьми человек, — подсчитал я. И с сомнением обратился к своему собеседнику: — А ты откуда это все знаешь? Неужто они поделились с тобой своими планами?

Крыс, понятно, не захотел признаваться, что он не случайный и невольный помощник этого бандформирования, а вполне себе полноправный его участник.

— Я подслушал случайно! Когда Рук со своими людьми прикидывал, как они действовать будут! А так они мне ничего не говорили! — истерично заорал он и, подвывая, сообщил: — Я вообще не хотел этого делать! Но они бы меня просто убили… Вот, посмотрите! — Крыс попытался сорвать с себя одежду, однако из-за связанных рук ему удалось это сделать лишь частично. Но жуткие синяки на его торсе, уже начавшие отливать желтизной, все же стали видны.

Я не стал озвучивать возникшую мысль, что это обозлившиеся подельники просто отпинали его за неудачу в первый раз, а сочувствующе покивал и спросил:

— Еще есть что-нибудь добавить по диспозиции людей этого Рука О’Нила?

— Нет, — помотал головой Лимас и со страхом покосился на порхающий в моей руке нож.

Я внимательно посмотрел на Крыса, но тот молчал. Сглотнул только судорожно. Видать, и вправду говорить ему больше нечего.

Медленно кивнув, я убрал клинок в ножны. И, потрепав Крыса по щеке:

— Ну все тогда, молодчага! — поднялся.

— Теперь-то нам можно разобраться с ним по-свойски?! — нетерпеливо обратились ко мне Икки и Мэй, когда я приблизился к ним.

— Не-а, — помотал я головой. — Глен теперь — мой лучший друг! И никто из вас его пальцем не тронет!

— Что?! — в голос возмутились девчонки.

— Буду таскать его с собой всякий раз, когда вознамерюсь навестить вашу банду, в качестве отличного напоминания о том, что вам нужно чаще работать головой, — невозмутимо продолжил я, подначивая глупышек.

Не слушая больше ни обозлившихся атаманш, ни их банду, я прошествовал мимо к «блохе».

Сходив за картой, вернулся к Крысу. Тот, осознавая, что жить ему пару секунд всего, если ярящиеся бандитки, сдерживаемые лиасоловцами, до него доберутся, отполз от девчонок подальше.

Подойдя к опорному столбу, у которого замер Крыс, я вновь присел возле него и сунул ему под нос принесенную карту.