Наталья Игнатова - Пыль небес
В итоге получалось так на так. Попытка убить пилота легкого болида была чрезмерным риском и требовала высокого пилотажного мастерства – гораздо проще было вдребезги разнести машину, а выводить из строя кертов единственным верным попаданием в колпак кабины было не сложнее, чем сбивать легкий болид, оставляя пилоту шанс выжить. Однако кертские гвардейцы искупали недостаток маневренности виртуозной техникой. И создавали проблемы.
Старогвардейцы проблемы решали… но медленно. Готовясь к седьмому вылету, пока обслуга снаряжала Блудницу копьями и обоймами к ШМГ, Тир даже подумывал, не попросить ли поддержки у гвардейцев. Но у гвардейцев были свои задачи, которые тоже требовали решения.
В общем, справились и своими силами.
Однако последствия долгого дня – вот они, в недовольном лице Казимира, который удивляется, что в его словах непонятного и зачем нужно переспрашивать.
– Авиагруппа, состоящая из пехотинцев? – Тир попробовал сделать свой вопрос более развернутым. – Ты, э-э-э… уверен в формулировке?
– Кто угодно может научиться водить болиды, – объяснил князь Мелецкий, – на это нужно от силы пару месяцев. Моей группе машины понадобятся только для того, чтобы быстро и не привлекая внимания добраться до цели. Основные задачи мы будем выполнять на земле. А вот действовать на земле, Суслик ты наш летучий, за пару месяцев не научишься. И за пару лет – не всякий справится.
– То есть вы будете сами себе транспортом, и сами себе десантом? Ну-ну. Добираться до цели незаметно вообще-то тоже надо уметь. Некоторым гораздо проще сделать это по земле, чем по воздуху.
– Некоторые давно пешком не ходили, – парировал Казимир. – Забыли, с какой скоростью перемещаются пешеходы. Видишь ли, шлиссдарки любой модели слишком велики, в достаточной степени их не скрывает даже самая искусная маскировка. Болиды – оптимальный вариант. Эрик не одобрил бы плохую идею.
– Эрик создал Старую Гвардию, – пробормотал Тир, – хуже этой идеи, по-моему, только идея заключить договор с демоном, но Эрик и здесь отличился. Ладно-ладно, я же не спорю. Ты набрал в группу мастеров рукопашного боя или кого там… ниндзей, «голубых беретов»? Ты считаешь, что они способны наиболее качественно осуществлять диверсионные операции. В этом ты прав. Ты хочешь научить их водить болиды… вот тут есть загвоздка, Казимир, болиды – не автобусы, им нужны не водители, а пилоты.
– Суслик, гордыня – это грех, – Казимир слегка улыбнулся, – не разгибай пальцы, они у тебя на вес золота, так что побереги. «Драконы» докажут свою эффективность максимум через полгода, вот тогда мы поговорим еще раз.
– «Драконы»?
– Ты сегодня туго соображаешь. Это для тебя гордыня грех, а для меня – состояние души, так как же еще, по-твоему, я мог назвать собственное подразделение? Кстати, болиды мы будем заказывать специальные, сделанные по кертской схеме – с мощной броней.
– И с шипами? – ядовито предположил Тир.
– Откуда ты знаешь?
– Черт. Извини, я думал, что глупо шучу.
Его пальцы ценились не на вес золота, а несколько дороже. По два килограмма золота – каждый. Кисть руки оценивалась в десять килограммов золота, пять тысяч олов, или пять боевых болидов, – по выбору продавца. Такую цену назначил Оскил Моряк. Не только за Тира – за любого из старогвардейцев.
Эрик, сообщая о расценках, объяснил, что Оскил – тоже Мастер, один из Мечников, и он не склонен без крайней необходимости убивать других Мастеров. А вот искалечить – это пожалуйста. Император Вальденский, по всему видно, не очень понимал, как относиться к тому, что за его небесных телохранителей обещана награда: то ли гордиться этим, как немедленно возгордились Шаграт и Риттер, то ли расстроиться, как расстроился Тир.
Мала и Падре новость нисколько не задела. Падре, правда, обмолвился, что Оскил, хоть и христианин, повел себя не по-христиански, но замечание это было продиктовано отнюдь не беспокойством о сохранности своих пальцев, а единственно заботой о душе самого Оскландского правителя.
Ближе к утру, болтаясь в патруле с парой своих учеников, Тир обдумал все, сказанное Казимиром, и решил, что затея действительно небезнадежная. Казимир взял за основу тезис о том, что любой может научиться управлять болидом, имея в виду конечно же пилотаж, а не вождение. И Тир зря прицепился к словам. Дальше рассуждения Казимира становились шаткими, поскольку он хотел доказать, что умение вести бой на земле можно перенести в небо. Тир, если бы захотел опровергнуть доводы князя, начал бы с того, что тот сам до сих пор не поднялся в небо, но это снова были бы придирки к словам и терминологическая путаница. Казимир хотел попытаться вести воздушный бой по правилам боя земного. Бред! Но если не воспринимать все слова буквально, а попробовать понять, что же он на самом деле имел в виду, бред становится не таким уж бредовым. Болиды кертов и впрямь как будто созданы для ведения ближнего боя, а если их усилить, дополнительно вооружить и посадить в кабину пехотных профи…
Ладно, все равно бред.
Но – чем бы дитя ни тешилось. В конце концов, даже машины, изготовляемые в Вотаншилле, оснащены таранами, и тараны эти нужны не только для того, чтобы насаживать на них людей. И Тир с Блудницей когда заканчивался боезапас, бывало, вступали в ближний бой, пробивая тараном фюзеляж вражеских болидов в том единственном месте, где в бронированном контейнере прятался антиграв.
Там тонкость была в том, чтобы вовремя стряхнуть чужую машину с тарана и не попасть под выстрел пилота, специально для такого случая держащего в кабине заряженный заговоренным шариком легкий арбалет.
– Лучшей проверкой затеи, – сказал Тир Блуднице, – будет выполнение боевой задачи. А знаешь, на что Казимир замахнулся?
Блудница знала Казимира: это имя связывалось для нее с образом одного из многих медленных болидов, лишенных своего человека. Образ не имел индивидуальных черт и отличался от остальных только местом, которое машина Казимира занимала на летном поле, однако и этого было достаточно, чтобы понять, о ком идет речь.
Блудница внимательно слушала, одновременно, и так же внимательно, наблюдая вместе с Тиром за звездным небом и белой землей.
– Он хочет убить Орсия.
Убивать – это хорошо. Блудница любила убивать и считала, что все другие машины и все другие люди тоже любят убивать. Она не понимала, что такого особенного в том, что Казимир хочет убить Орсия. Разве Тир не хочет?
Тир подумал и решил, что, пожалуй, нет. Убивать Орсия он не хочет. Это, во-первых, бесполезно, поскольку Орсий рано или поздно снова воплотится, а во-вторых, опасно – по той же причине.