Вера Чиркова - Особый агент
Я выключаю запись и вздыхаю еще раз. Разве улыбались бы мы так безоблачно снимавшей нас Марии, если б знали, что челнок, садящийся в эти минуты на площадку сзади дома, прибыл за мной.
- Кто это такие?! - не выдерживает Тормел. - И где это место?!
- Это я, - снимая внешность Эзарта, информирую доктора, - а место это очень далеко. Но то, что вы видели, происходило за несколько дней до моего возвращения в Марофель.
Доктор, потерявший дар речи от неожиданности, несколько минут потрясенно рассматривает мое лицо, и пару раз даже поднимает руку, как бы желая пощупать, но, спохватившись, снова опускает.
- Невероятно, - бормочет он, - А эта девушка, там у моря...
-Моя жена Тези. - отвечаю ему, снова одевая внешность Эзарта. - У вас есть еще вопросы, доктор?!
-Да, то есть нет... Скажите Эзарт, но почему она не приехала с вами?!
-Не смогла. У нее там тоже работа, и не менее важная, чем здесь у меня. Но когда-нибудь она приедет, и мне не хотелось бы, чтобы ваши фантазии насчет Фарины испортили ей настроение. - Объясняю, строго глядя доктору в глаза, и перехожу от защиты в нападение.
- А теперь доктор, разрешите задать вам аналогичный вопрос, почему вы не сделаете Фарине предложение? Я тоже не слепой, и вижу, что она вам нравится. И в отличие от меня, не просто как хороший человек.
-Но вы же знаете, что вдова не может выйти замуж, пока не определятся ее дети?
-А вам не кажется, что это неправильный закон?! Разве не легче было бы вдовам растить детей, если бы рядом был надежный муж?! И потом, у Фарины официально уже нет сына, вы не забыли? А может, вы просто трусите? Боитесь взять на себя лишние хлопоты? Не хотите официально признать себя защитником и кормильцем? Или соблюдаете закон о родственниках преступника?
-Ну, знаете ли! - вспыхивает Тормел, попавшись на подначку. - Это просто недостойно с вашей стороны, предполагать, что я способен на трусость! Неужели непонятно, что я не хотел оскорбить ее материнские чувства несвоевременным предложением?!
- Непонятно! - твердо отрезаю я. - Вам то прекрасно известно, что Трик жив, и вообще, как может быть оскорблением признание в любви?! В общем, так, или вы сегодня же объясняетесь с Фариной, или я сам выступлю в роли свахи!
-Надеюсь, вы шутите, Эзарт, - неожиданно краснеет Кас, - нельзя же так, сразу, я должен подготовиться...
-Сколько еще лет вам понадобится, чтобы подготовится?! - Усмехаюсь я, - Нет, Тормел, решено, сегодня же. А теперь давайте займемся вашей пациенткой, - меняю тему разговора, давая задание компу озвучить установленный с показаний мику диагноз заболевания Ланалы.
То, что выдает комп, настолько не нравится мне, что я сразу забываю про тоску, которую неизменно нагоняет на меня просмотр видеозаписи, привезенной с Деллии. Забывшись, выдаю крепкое словцо, хорошо хоть на межгалактике. Однако доктор, догадавшись по насыщенности эмоций, что это не вопль радости, в тревоге подпрыгнул на стуле.
-Ну что с ней, Эзарт?!
-А от чего вы ее вообще-то лечили?! - рычу я, составляя задание компу. - Пойдем, ее нужно перенести сюда!
Разумеется, Ланалу я мог бы перенести и без Тормела, но доктора нужно временно устранить из комнаты, чтобы дать возможность моим механическим помощникам подготовить медроб.
- Я подозревал, что у нее неправильный обмен, - объясняет Тормел, идя рядом со мной по коридору. - И еще больная печень. Может даже рак печени, хотя я не знаю случаев возникновения рака у таких молодых людей. Вообще в ее болезни много неясного для меня, кроме одного, девочка долго не протянет.
-И тогда вы вскроете ее и наконец узнаете причину её смерти. - Недобро усмехаюсь ему.
-Если родственники не будут против. Если человек умирает естественной смертью, родственники могут не разрешить вскрытие. - Вздыхает доктор.
Естественной смертью! Как будто смерть может быть естественной! Особенно смерть вот такой девочки с мудрыми глазами! Меня всегда коробит вот эта прагматичность врачей всех рангов. Надеюсь, сегодня мне удастся поколебать представления Тормела о том, что естественно, а что нет.
Ланала сидит у окна, восхищенно разглядывая окрашенные закатом в фиолетово - пурпурный цвет облака за распахнутым окном.
-Как красиво! - восторженно шепчет она, поворачиваясь навстречу нам. - Из нашего дома не видно таких облаков!
-А где твой дом? - мягко спрашиваю девочку, украдкой рассматривая ее поношенную одежду.
-Она с братьями живет у тетки около городской стены, прямо за пристанью. - Отвечает за Ланалу доктор. - Несколько лет назад не вернулась лодка с ныряльщицами за умарием, среди них была ее мать.
Ну, все ясно. За пристанью находятся самые убогие домишки города, битком забитые жителями из самых бедных слоев афийского общества. Рыбаки и ныряльщицы, грузчики и раздельщики рыбы, вот основные специальности живущих там. А еще там самые дрянные магазинчики с дешевыми, но зачастую несвежими морепродуктами и кабаки с самой крепкой брагой. Теперь мне понятно, где девочка подхватила такую страшную болезнь, если, конечно, комп после тщательного обследования подтвердит диагноз.
-Сейчас ты выпьешь вот это лекарство, - подавая принесенный с собой бокал с соком объясняю я, - и полежишь с закрытыми глазами, а завтра тебе будет получше.
Доверчиво глядя мне в лицо, Ланала выпивает сок, и ложится на кровать, зажмурив глаза. Немедленно достаю приготовленный станнер и нажимаю кнопку.
-Что вы делаете! - ошеломленно взмахивает руками доктор.
-Избавляю вашу пациентку от страха перед операцией, - подхватываю легкую как перышко Ланалу на руки, - откройте мне двери.
Возмущенно посапывая, доктор бежит впереди, но распахнув дверь в мою спальню, изумленно останавливается с открытым ртом. За время нашего отсутствия роботы приготовили Тормелу настоящий сюрприз в виде современного операционного стола. Отодвинув доктора плечом, подхожу к прозрачному футляру реаниматора, установленному рядом с моим столом на складных ножках, и положив в него девочку захлопываю крышку. На этом моя часть работы закончена, теперь нам с Тормелом остается только наблюдать за работой профессионального медроба. И то только в сфере голограммы. Предлагаю доктору сесть к столу, но упрямец предпочитает остаться возле Ланалы, считая, что так он больше увидит. Ну, вольному воля. Включаю изображение происходящего в реаниматоре и вижу, как сотня разнообразных щупалец медроба устремилась каждый к своему участку тела. По верху голограммы побежали данные по десяткам параметров жизнедеятельности спящей девушки, зелеными цифрами были записаны те, что соответствовали норме, а красными те, что нет. Красных было намного больше, и медроб тихонько загудел, закачивая в вены Ланалы насыщенные стимуляторами и питательными веществами растворы.