Александр Руднев - Бабочка в янтаре (СИ)

— Господин Окава! У Вас через пять минут встреча с адмиралом Авейде, — монотонно напомнил электронный секретарь, и Председатель раздраженно нажал клавишу сброса памяти.

Он и так весь день ждал этой встречи, вернее, готовился, в тайне надеясь, что она не состоится. Конечно, можно было отменить аудиенцию или отсрочить на неопределенное время, вряд ли кто-нибудь упрекнул бы Председателя Высшего Совета СНЗС в нарушении протокола с учетом плотного графика всевозможных совещаний, конференций и приемов. Между тем, Окава прекрасно понимал, что оттягивать обсуждение столь важного вопроса он не имеет права, и время посещения группы высокопоставленных военных его резиденции на Стексе было согласовано.

Зуммер оповестил о входящем сообщении.

— Господин Председатель! — на мониторе, выползшем из поверхности стола, появилось лицо его помощника по особым поручениям, — адмирал Авейде.

— Пригласите! — приказал он, — И зайдите сами.

В широком дверном проеме, после того как массивные створки раздвинулись в стороны, возникло несколько фигур во главе с адмиралом.

— Прошу вас, господа, — Окава встал и вышел из-за стола навстречу уважаемым посетителям, которые были одеты в гражданскую одежду, что несколько смутило Председателя, поскольку он привык видеть адмирала исключительно в его темно-синем расшитом золотом мундире.

После рукопожатий и обмена приветствиями все расселись за столом для совещаний, и замерли в неловком ожидании, поскрипывая креслами.

— Давайте перейдем сразу к делу, — предложил Окава и кивнул адмиралу, — Оскар! Начинайте!

— Генерал-шеф! Доложите ситуацию! — передал тот слово одному из своих подчиненных.

— Генерал Мерфи, господин Председатель, — представился выступающий и приступил к изложению сути вопроса, — Операция начата примерно двадцать астросуток назад. На сегодняшний день на Кассандре собрано пятнадцать тысяч семьсот двадцать восемь ИМСов. Остальные прибудут не позднее, чем через два дня.

— Скажите, откуда такая уверенность, что все прибудут вовремя? И как Вам удалось собрать столько «извлеченных» в такой короткий срок? — удивился Окава.

— Господин Председатель! Разрешите не вдаваться в подробности наших методов, — мягко возразил Авейде, — мы задействовали все наши возможности. Поверьте, их немало.

Едва заметно дернув губой, Окава кивнул, соглашаясь с тем, что не это сейчас главное.

— Акция планируется ровно через шестьдесят астрочасов, — продолжал Мерфи, — все гамма-заряды уже установлены. Думаю, что все пойдет по плану.

— Послушайте, — возразил Окава, — Вы не сказали, что произойдет с персоналом. Ведь там сейчас не меньше трех тысяч людей обслуживает гостей.

— Если начать эвакуацию обслуги, может произойти утечка, а дальше, — генерал покачал головой, — а дальше ситуация наиболее вероятно выйдет из-под контроля.

— Вы хотите сказать, что эти люди тоже погибнут? — воскликнул Председатель, — Неужели нельзя вывезти их?

— К сожалению, нельзя, — подтвердил Авейде, — Неужто бы мы не использовали такую возможность? Проблема в том, что они приехали заработать, и удаление их со станции создаст ненужный конфликт, наверняка, будут недовольные, они станут возмущаться, жаловаться. Гражданские службы начнут задавать вопросы. А нам нельзя допустить даже микроскопическую вероятность утечки информации.

— Вам плохо, господин Председатель? — воскликнул помощник по особым поручениям Скотт Маевский, заметив, как тот схватился за грудь.

— Все нормально, — остановил его Окава, расстегивая воротник, — дайте воды Скотт!

— Может, перенесем встречу? — спросил Авейде.

— Нет! Времени уже не осталось, — Председатель сделал несколько глотков и выпрямился, — дайте мне план возможной эвакуации людей! Я готов выделить неограниченную сумму, чтобы уладить все финансовые претензии.

— Хорошо, — медленно выговорил адмирал, всем видом показывая, что это плохая идея, — Мы сделаем. Что-то еще?

— Скотт! — обратился он к помощнику, — что ты думаешь обо всем этом?

Маевский даже несколько растерялся, когда взоры присутствующих устремились к его скромной персоне. Обычно шеф не часто советовался с ним, а если и бывало, то по незначительным вопросам. А тут…

Конечно, он тоже размышлял о планируемой акции военных, казавшейся поначалу бесчеловечной, но потом, взвесив все «за» и «против», откровенно говоря, он не то чтобы поменял мнение, но уже не был так уверен в том, что предложения адмирала жестоки и неоправданны.

Перед человечеством возникла опасность, и эту опасность люди породили сами, создав сверхорганизмы, обладающие необъяснимыми способностями. Если не избавиться от этой угрозы, то она рано или поздно погубит их всех, установив свой порядок в обитаемых галактиках. Зарегистрированы уже сотни случаев странных смертей и катаклизмов, техногенных катастроф и аварий, где не обошлось без участия «извлеченных». Сколько их гуляет среди людей? В какой момент они осознают свое превосходство и возможности? Это могло случиться завтра или уже сегодня. От этих мыслей Скотт поежился.

Однако вполне ясные умозаключения на первый взгляд хранили где-то в глубине своей логики едва заметный изъян. И этот изъян изнутри расшатывал с виду стройный ряд рассуждений, не давая принять вынужденное и непростое решение. И сейчас, видя, как оценивающе, даже с легкой насмешкой на него смотрят люди, которые уже давно все для себя решили, Маевский отчетливо осознал, какой гигантский груз взваливает на себя в данную минуту Председатель, и как он ему сейчас не завидует.

— Не думаю, господин Председатель, что мое скромное мнение сможет Вам помочь, — сбиваясь, бормотал он, — знаю одно — Вы примите самое правильное решение из всех возможных.

— Скотт! Ты не ответил! — Окава не оценил заискивающий тон подчиненного.

Повисшая в офисе тишина, вдавливала присутствующих в их кресла, и Маевский ощутил, как пот струится вдоль позвоночника. Прижав ладони к столу, он поднялся со своего места, надеясь, что так его слова прозвучат весомей.

— Господин Председатель! Я думаю, что надо закончить операцию. Ведь, в конце концов, это не люди. То есть, не обычные люди. Это биороботы с сознанием когда-то живших разумных существ. И они — угроза. Это мы все видели в отчете. Пока не поздно, их нужно остановить. С моральной точки зрения Вы поступите правильно. А с точки зрения закона… — Маевский запнулся, но через секунду уверенно продолжил — а с точки зрения межгалактического законодательства, Вы действуете в целях безопасности всей популяции людей, и это исключает любую ответственность.