Андрей Стригин - Тайная каста Ассенизаторов
— Вероятно, — соглашается Эдик.
— Вы преувеличиваете, — Катя смело подходит к стене, хлопает ладошкой по шершавому камню, — сплошной монолит. Ой! — испуганно вскрикивает, её начинает всасывать в камень.
Поверхность стены заволновалась, идёт рябью, вырываются клубящиеся образования, проносится едва слышный чмокающий звук.
— А, а, ребята!!! — вопит Катя, дёргается как муха в паутине и исчезает в сером камне.
У Эдика округляются глаза, делает решительный шаг к стене. Я, в оцепенении, всё произошло столь быстро, разум отказывается верить в происшедшее, но всё, же выкрикиваю:- Эдик, стой!
Он останавливается, но вновь делает шаг, поднимает ладонь.
— Эдик, подожди, — тяжело дыша, подхожу к нему.
На друга тяжело смотреть, глаза остекленели, бородка обвисла, уголки губ опустились вниз.
— Подожди, я сам, — достаю драконий камень, самое время. Штык-ножом, распарываю руку, обливаю камень и, пока не начались метаморфозы, погружаю ладони в стену.
Меня обволакивает словно вязким киселём, хватка безумно сильная, в клубах тумана вижу хрупкие женские силуэты. Не сопротивляюсь, вхожу в стену и моментально начинаю преображаться в дракона. Окружающее пространство рушится под раздающимся в разные стороны моим телом, звенит, как бьющееся стекло, туман постепенно рассеиваться. Перед глазами возникает невероятный мир, я словно на другой планете. Взмахиваю крыльями и оказываюсь у облаков. Внизу океан, морские монстры, завидев меня, в радости выпускают пенистые фонтаны, живые пузырьки поднимаются из самых глубин, чтоб засвидетельствовать своё почтение, разумные цветы осыпают ароматной пыльцой.
— Боже, — восклицаю я, — это мой дом! Катюша, ты где?
— Я здесь! — звучит голос, словно торжественная музыка органа.
Из пространства вылетает фиолетовый дракон, глаза светятся красным огнём.
— Привет, Кирилл! Как здорово, правда? Мы не уйдём отсюда никогда!
— Катя? — оглядываю со всех сторон подругу. Она безупречна, сильное тело сияет ослепительным светом, на сильных лапах, словно полированные алмазными пастами острые когти, морда вытянутая, в изящных броневых пластинах. Но она… фиолетовая и глаза, словно раскалённые угли.
— Ты кто? — враждебно спрашиваю я, извергаю испепеляющее пламя. Она взвизгивает как ошпаренная свинья и моментально мир рушится, осколки разносятся ураганом, наваждение исчезает.
Боже, что это? Я в огромной грязной пещере. Она заполнена сидящими безмолвными людьми. Их бесчисленное множество, сидят тесно друг к другу, они разных рас и с разного времени. Кто-то в современной одежде, а есть и в расшитых одеяниях, которые носились в прошлые столетия, а быть может — тысячелетия.
А вот и Осман, прислонился к седому старику. Глаза у друга закрыты, на лице счастливая улыбка. Я вижу его мысли, он сейчас в своём родном селе Кувик пасёт овец и грозной клюкой отгоняет горных орлов. Катя застыла чуть в стороне, в руке драконий камень, но она не успела им воспользоваться, сидит как безжизненная кукла и на лице блуждает счастливая детская улыбка. Я не в силах сдержать улыбку, она ощущает себя в детском возрасте и возится с пупсиками, одевая их в распашонки.
Но быстро трезвею, это не смешно, это вселяет ужас. В ярости оглядываюсь:- Кто посмел на нас напасть?! — мой рёв вызывает камнепад. Каменные глыбы падают на людей, но вреда не причиняют, отскакивают как от базальтовых статуй. В то же время, я ощущаю, в них теплится, вернее, поддерживается жизнь, но они холодные и твёрдые.
— Мерзкий, мерзкий дракон, — шёпот срывается со всех сторон.
— Кто это тявкает? — окидываю пещеру взглядом, но кроме застывших в вечной неподвижности людей никого не вижу.
— Уходи в своё время, а нас оставь в покое.
— Надо же, вы меня отпускаете, какое счастье для меня! — накопленное в груди пламя не выдерживает давления, с шипением вырывается из моей глотки. Вспучивается камень, приобретая аморфную форму, стекает со сводов и застывает в виде каменных сосулек.
— Не сжигай наш мир, пришелец, уходи, — яростный шёпот, словно дробит пространство на острые иглы.
— Где же вы прячетесь? — верчу шеей в разные стороны, взглядом буравлю все щели. Грузно двинулся вглубь пещеры, сметая собой, живые статуи и нарушая их стройные мысли. Обрывки снов хаотично завертелись и на смену красивой музыки сотканной из сказочных грёз, возникают безобразные образы и звучит настоящая какофония из нагромождения звуков и образов.
— Что ты делаешь? Вон отсюда! — меня обдаёт ветром, и тело приятно защипало, словно мне делают умелый массаж, но на деле, некие существа набросились на меня со всей своей силой и злобой.
— Ещё! — я едва не мурлычу в восторге.
— Ах ты змей! — в разочаровании отступают невидимые существа. И примеряющее добавляют:- Что тебе нужно от нас?
— Отпустите людей, — громыхнул я. Зашатались стены, вновь посыпались камни.
— Всех?
— До одного!
— Ты в своём уме? Мы живём за счёт грёз этих людей, без них мы исчезнем.
— Меня это не волнует, — рассерженно говорю я.
— Тогда ты можешь всё разнести в прах, в любом случае нас ждёт лютая смерть, — невнятный шёпот деформируется в приятные женские голоса. — Забери вновь прибывших парня и девушку, они ещё не успели полностью погрузиться в сказочный мир, а других не трогай. В любом случае они столь далеки в своих грёзах, уже не выживут в мире людей. К тому же, как мы видим, ваша Реальность рушится, и вскоре потусторонние будут властвовать на поверхности, — вырывается язвительный смешок. — Зачем им лишние стрессы и короткая жуткая жизнь. Мы приносим людям спокойствие и счастье и, за счёт их радости, сами существуем. Поверь, многие из этих людей живут полноценной жизнью уже не одно тысячелетие. У них нет страданий, они погружены в сказочный мир грёз. Это тоже жизнь, поверь и не самая худшая.
Оглядываюсь на Катю, её грёзы врываются в мой мозг. Она в виде маленькой девочки, обложилась пупсиками, сидит на горшке и самозабвенно сосёт Чупа-Чупс.
— Это полноценная жизнь? — с насмешкой спрашиваю я.
— А почему нет? Её ничто не тревожит, занимается чем угодно, даже попу ей подотрут.
— Какая гадость, какая гадость, эта ваша… м-да, у меня нет слов. Вообще мне надоело разговаривать с пустым местом, показали бы свои рожи, так легче разговаривать.
— Странное желание, впрочем, мы можем удовлетворить твоё любопытство, взамен обещай уйти.
— С Османом и Катей.
— Мы к ним ещё не привыкли, легко можешь их забрать.
Пространство заискрилось, словно наполненное алмазной пылью и возникают невероятной красоты женщины. Они словно сотканные из снов, парят в воздухе как утренняя дымка, безупречные тела, тонкие черты лиц, в глазах Вселенская любовь, тянут ко мне тонкие руки, губы призывно открываются.