Майкл Стэкпол - Кровь Керенского-2: Кровавое наследство

— Не знаю. — Виктор пожал плечами. — Думаю, он услышал, что Рагнар Магнуссон моложе его, вот он и взвился.

— Отец мне сказал, что наш Квинтус тоже начал бунтовать. Он учится в академии на Сахаре... Как раз когда мы проходили ускоренный курс на Аутриче, — сказал Кай. — Надеюсь, Касандра и Куан Ин убедят его не бросать учебу.

— Есть еще кое-что, — сказал Виктор. — Источники из Сиана докладывают, что Романо Ляо издала эдикт, в котором твои родители объявляются изменниками и приговариваются к смерти. Сожалею...

— Опять? — Кай постарался выглядеть беззаботным. — Этот указ по меньшей мере десятый. Одним больше, одним меньше... Конечно, приятного в этом мало, но мы заранее приняли меры. Романо может подослать убийц. Мы учли такой вариант.

— Это само собой. Зная безумное воображение Романо, я и в отношении тебя принял кое-какие меры. Ты не обижайся...

Кай кивнул, посерьезнел.

— На что обижаться? Я и сам разделяю эту точку зрения. Романо не успокоится и будет продолжать охоту за всеми нами. Мне кажется, убийцам, которые работают на Романо, следует указать на необходимость придерживаться очередности. Сначала я должен разделаться с кланами, потом они со мной. Или вообще пусть оставят эту работу кланам.

— Хватит шутить.

Кай почувствовал, что настроение принца мгновенно изменилось. Он помрачнел.

— Есть еще что-то? — спросил Кай. — Назначение на Элайну перевернуло все твои планы? Может случиться так, что мы будем ждать врага здесь, а он совершит обходной маневр в сторону Девина и Пассинга.

— Конечно, все может быть. — Виктор принялся внимательно изучать свои руки. — Мое появление в тех мирах может окончиться большим скандалом. — Он взглянул на Кая. — Отец сообщил мне, что области, именуемые Маршрутом Драконов, вошедшие в Содружество, прислали к отцу делегацию. Они напомнили ему как сюзерену о своей верности, а также о том, что их ни в коем случае не устраивает перспектива вновь оказаться перед выбором — остаться ли в составе Федеративного Содружества или войти в состав другого государства.

— Ты о чем? Почему? Они угрожают? — воскликнул Кай.

— Естественно, — мрачно усмехнулся Виктор. — Из того, что мне известно, можно сделать вывод, что Романо Ляо неплохо поработала. Ее шпики принялись усиленно распространять слухи о жаркой страсти, охватившей Оми Куриту и меня. В конце концов эти сплетни достигли Маршрута Драконов. Их реакция, если сказать помягче, превзошла все ожидания. Одним словом, взрыв возмущения! До инцидентов дело пока не дошло, но даже если и так — какое право они имеют вмешиваться в мою личную жизнь?

— Вот откуда ветер. — Кай покачал головой. — Насколько мне известно, между вами ничего такого не было. Тем более полыханий тропической страсти. Неужели я что-то упустил?

— Нет, — угрюмо ответил Виктор. — Ну, поцелуй на прощание... — Он с размаху врезал кулаком по столу. — Мы едва знакомы, и на тебе — протесты, полуофициальные заявления. Против чего?! Как они посмели!..

Кай начал расхаживать по комнате.

— Виктор, ты что, не представляешь, будущее скольких миллиардов человек зависит от тебя? В апреле тебе стукнуло двадцать один. Если бы не этот ускоренный курс на Аутриче, отец уже объявил бы тебя законным наследником обоих тронов Федеративного Содружества. Теперь даже не знаю...

— Что не знаешь?

— Прежде всего тебе следует прочувствовать, как другие смотрят на твои поступки. Твои личные проблемы их не интересуют. Их интересуют собственные судьбы. Население Маршрута Драконов только-только почувствовало некоторое успокоение. Пообжились в мире — и вдруг такое известие! Сколько натерпелись они от Драконова Синдиката! Опорой их мировоззрения до сих пор остается ненависть к бывшим владетелям. Они убеждены, что твой отец и ты в той же мере ненавидят Синдикат, что именно поэтому вы, Дэвионы, усиленно укрепляете Маршрут. Такая политика им понятна, она им по нраву, соответствует их интересам. Им необходимо верить, что и наследник Хэнса ни на йоту не отступит в этом вопросе. И тут слушок о тебе и Оми! Если это сообщение подтвердится, рушится вся их идеологическая база, будущее становится неопределенным. Они могут решить, что их судьба вполне может стать разменной монетой в большой игре.

— Но это же смешно!

— Тебе смешно, мне смешно, а им не смешно. Представь их страхи — просыпаются они в одно прекрасное утро и узнают, что вновь стали частью Синдиката.

Кай уперся кулаками в крышку стола:

— Конечно, решение ты будешь принимать сам, однако учти вот что. К кому бы ты ни испытал страсть — даже к Кали Ляо, — я буду на твоей стороне. Но ты должен суметь посмотреть на этот поступок глазами других людей. Что они скажут по этому поводу.

Виктор сжал голову руками.

— Я только об этом и думаю. Даже если мне и не нравится создавшееся положение, ты все равно прав. Мне следует быть крайне осторожным. Кай, ты можешь помочь мне?

— Все, что потребуется.

— Прежде всего — эти дурацкие слухи! Конечно, со временем они сами забудутся, но им следует дать нормальное, понятное объяснение. Подумай, как обратить сплетню против тех, кто ее запустил. Ты, Гален и мой двоюродный брат Морган должны напрочь опровергать эти бредни. Только не в лоб, не надо кричать об этом. Спросят — вы ответите, намекнете, откуда уши растут.

— А что, — засмеялся Кай. — Замысел неплох, особенно если действовать слаженно и тонко. За нами дело не станет. Тем более сейчас, когда такое время... До шашней ли теперь, а вот Романо пусть попляшет. До скорого! — Он помахал рукой и вышел из комнаты.

Выскочив за порог, Кай мельком глянул на часы — если он поторопится, то сможет успеть в госпиталь до окончания приема. Лучше всего воспользоваться служебной лестницей. Он бросился в ту сторону и сломя голову помчался вниз по ступенькам. Потом несколько минут плутал по лабиринту узких коридоров, нырял в овальные люки, снабженные герметически закрывающимися крышками. Наконец добрался до регистрационного отделения. Сюда он тоже ворвался через люк — рукав рубашки зацепился, он с усилием дернул и, заметив улыбку на лице дежурной медсестры, заставил себя успокоиться. Небрежно подошел к стойке и спросил:

— Доктор Лир еще принимает?

Медсестра глянула на него:

— У нее еще есть несколько минут. Ваше имя?

— Я сам назову себя, — ответил Кай и скорым шагом направился по коридору, куда выходили двери кабинетов. Медсестра пожала плечами. Добравшись до нужной двери, Кай постучал и в ожидании ответа затаил дыхание.

Он так надеялся, что она будет рада увидеть его, однако, отворив дверь и увидев ее лицо, почувствовал, что его словно холодной водой окатили. Она смотрела на него с откровенной недоброжелательностью. Но почему? Кай ничего не мог понять.