Валентин Егоров - Падение Трои.
Капитан Панин по боевой тревоге отправился на капитанский мостик монитора, чтобы занять любое свободное место оператора. Эрнст Грегори, новый командир монитора, занял капитанское кресло в рубке монитора, и больше уступать его никому не собирался, даже командующему офицеру! С большим трудом Никите удалось найти и устроиться в кресле второго оператора поста офицера артиллериста.
На центральный обзорный экран капитанского мостика выдавалось живое изображение с одного из спутников глобальной спутниковой системы, контролировавшей поверхности планеты Республика Троя и обоих естественных спутников этой планеты. Качество изображения было высоким, на нем хорошо просматривался торпедный катер вьедов, почему-то своим внешним видом больше походивший на домашнюю скалку по раскатыванию забродившего теста, которая имелась в каждом доме земного колониста или переселенца.
Никита успел подумать о том, а зачем этому торпедному катеру потребовалось иметь формы кормы и форштевня полностью идентичными, как форштевень или, может быть, его корма откинулась. По автоматически выдвинувшемуся небольшому пандусу, тотчас же лихой рысью промчалось десять вьедских десантников. Рептилии были одеты в бело-серое мимикрирующее обмундирование, за спиной имели какие-то изогнутые палки, закрепленные фиксаторами. Эти палки не мешали десантникам во время бега и оставляли передние лапы полностью свободными. На спинах десантников были также укреплены что-то вроде ранцев и некое подобие шанцевых инструментов. На поясных ремнях ясно просматривались ножны, видимо, с десантным ножом и на них висели какие-то другие предметы пока еще непонятного предназначения.
В этот момент Никита внимательно всматривался в невыразительные крокодильи морды рептилий десантников с удивительно большими и красивыми глазами. Он не понимал, чем же эти рептилии могли дышать в этой практически полностью безкислородной воздушной среде. Беатрис имела подобие слаборазреженной атмосферы, но в ней по показаниям приборов не было ни грана кислорода, поэтому люди при выходе на поверхность Беатрис были вынуждены для дыхания пользоваться респираторами или же кислородными шлемами. Причем им было желательно также тепло одеваться, лучше всего для таких выходов подходил легкий космический скафандр. Эти же десантники рептилии легко бежали по пандусу, не имея никаких дополнительных приспособлений для облегчения своего дыхания, теплой одежды или скафандра. Ведь им было нужно в течение продолжительного времени выдержать легкий морозец, примерно, в минус двадцать градусов, эта температура постоянно стояла на поверхности Беатрис.
В этот момент капитан Панин обратил внимание и на то, что вместе с отделением рептилий десантников на поверхность Беатрис начали спускаться вьеды несколько иного вида и габаритов. Они то же несомненно были рептилиями, но габаритами головы и тела, а также своей массой превышали десантников. Эти рептилии уже не бегали, а неторопливо передвигались на своих задних конечностях.
— Гражданские лица и, видимо, вьедские ученые! — подумал Никита Панин, продолжая внимательно наблюдать за происходящим на обзорном экране, он впервые видел вьедов, которые были не военными, а гражданскими лицами.
Десантники разбились на пары и принялись за какую-то работу. Вскоре стало понятно, что вокруг торпедного катера они строят что-то вроде бивака. Из металлических конструкций десантники рептилии собирали остов какого-то сооружения. Появившиеся вьедские роботы, более похожих на пауков с сильными ногами манипуляторами, эти каркасы остовы обкладывали осколками камней. Время от времени эти роботы выкладываемую стену каркаса поливали какой-то жидкостью, видимо, это был строительный раствор, которым укрепляли возводимую стену. Вскоре на свет появилось первое невысокое, но почему-то длинное строение без окон и дверей.
Когда роботы закончили свою работу, то к строению подошел десантник рептилия и лучевым резаком вырезал проход в здание. Походило на то, что это строение не предназначалось для жилья рептилий, потому, что снова принявшиеся за работу роботы начали затаскивать в него явно какие-то приборы и аппаратуру. Одна из гражданских рептилий, стоя перед входом в строение, внимательно контролировала все предметы, сверяясь со списком, заносимые роботами вовнутрь строения.
Когда строительные работы завершились, то рядом с вьедским торпедным катером высились три строения, одно низкое и продолговатое, которое, видимо, было лабораторным зданием, и два жилых корпуса. В одном корпусе поселились гражданские лица, вьедские ученые, и офицеры, а в другом — десантники и экипаж торпедного катера. Это говорило о том, что вьеды, видимо, надолго и с какими-то пока непонятными целями появились на Беатрис! Соседство было неприятное, но слава богу, что торпедный катер прилунился довольно-таки далеко от соляной пещеры.
Во избежание случайных и непредвиденных столкновений с соседями врагами, капитан Панин переключился на зеленое свечение своих глаз, стараясь избежать взглядов старшин и офицеров вахтенной службы, и вход в пещеру запломбировал заклинанием непроницаемости. Теперь ни одно разумное существо вселенной пещеры и вход в нее не заметит, даже находясь в каком-либо метре от входа. Несколько ошеломленный своим решением воспользоваться магией, оно было первым подобного рода, Никита от переживаний ушел глубоко в самого себя и прослушал вопрос каплейта Грегори, ему адресованный.
— Простите, герр капитан Панин, могу ли я отменить боевую тревогу и перевести экипаж на несение службы в режиме повышенной боевой готовности? — Повторил свой вопрос каплейт, он явно был раздосадован тем обстоятельством, что капитан Панин в первый раз его не услышал.
— Хорошо, герр каплей Грегори, отменяйте боевую тревогу! Установите за вьедами постоянное наблюдение! Мне бы также хотелось бы попросить вас о том, чтобы вы предупредили свою команду, что без дела не покидали бы наше пещеры! Но в случае такой потребности, заранее предупреждали бы меня об этом. Я буду лично контролировать каждый такой выход.
— Яволь, герр капитан, будет исполнено!
По отсекам монитора прозвенели колокола отбоя боевой тревоги, но тут же капитан-лейтенант Грегори по общей связи объявил матросам и старшинам о введении состояния повышенной боевой готовности. Никита Панин поднялся со своего временного кресла и, отказавшись от услуг корабельного лифта, медленно коридорами и переходами побрел к своему истребителю. В небольшом помещение, которое находилось перед лазами, ведущими к кабинам истребителей, собрались все шесть пилотов эскадрильи, которые внимательно слушали Ланселота. Вааук-гризли общался с ними в ментальном диапазоне, поэтому перед глазами Панина предстала картина, в которой покрытый шерстью симпатичный медведь взад и вперед расхаживал перед людьми и, жестикулируя лапами, что-то им рассказывал, но при этом в помещении сохранялась полнейшая тишина.