"Фантастика 2026-221". Компиляция. Книги 1-29 - Юлия Григорова
Затем — основная работа на сланце со средним зерном. К концу этого этапа я чувствовал, как забились мышцы предплечий. В руках появилась характерная ломота, а в кистях — едва заметная дрожь. Решил игнорировать её, план был прост: три инструмента — потом разминка. И так всю ночь.
Теперь доводка. Понятно было, что это почти безумие — тратить на простой топор столько времени. На него ушло уже минут пятнадцать, но нельзя иначе. Взял свой лучший мелкозернистый брусок и принялся за полировку режущей кромки, стараясь следовать подсказкам Системы.
[Ошибка: Дрожь в руках приводит к нестабильному углу.]
Это оказалось невероятно трудно. Тремор в кисти, который я пытался игнорировать, теперь мешал по-настоящему, разочаровывал и злил. Что будет через пару часов? Смогу ли вообще удержать инструмент?
В голове пронеслась мысль: может, оптимизировать? Сегодня — только грубая обдирка и первичная заточка, а завтра, на свежую голову — доводка. Тут же отбросил эту идею. После ночи изнурительной работы руки будут ни на что не годны. Нет, нужно действовать по плану.
Закончив с топором, осмотрел его.
[Заточка инструмента (Топор): Удовлетворительно. Качество: 38%]
Я осторожно провёл пальцем по лезвию. Достаточно остро. Для такого грубого инструмента — более чем.
Дальше взял нож. Сразу стало ясно: если буду тратить столько сил на каждый топор, на тонкую работу с ножами меня просто не хватит, поэтому лучше разобраться сперва именно с ними. Здесь процесс был уже знаком. Повторил всю процедуру, как со своим первым ножом, но в «экспресс-формате» — меньше проходов, больше давления. Получилось добротно, а тело уже работало быстрее. Готовый инструмент я аккуратно складывал в самый чистый угол мастерской.
Следующий нож был ещё хуже моего первого — ржавчина въелась глубоко в металл, пришлось долго и яростно работать грубым камнем. Под конец уже запыхался — дыхание стало тяжёлым, руки дрожали уже не «едва заметно», а в горле стоял ком.
Отложив инструмент, подошёл к ведру и напился ледяной воды. Затем, прямо посреди мастерской, начал разминку. Несколько махов руками, вращение плечами, чтобы разогнать застоявшуюся кровь, а потом — приседания.
Выполнял это упражнение, пока мышцы ног не начали гореть огнём и подкашиваться. Восемь подходов — на последнем чуть не рухнул на пол.
[Экстремальная нагрузка зафиксирована. Закалка Тела: Прогресс +2%.]
Сообщение было как укол адреналина, оно не давало упасть духом. Каждая капля пота и судорога в мышцах имела смысл. Она превращалась в эти бесстрастные, но важные цифры. Это была моя тихая война с этим миром, но кто в итогах победит в ней, пока непонятно.
Присел на пень, давая рукам и ногам несколько минут отдыха. Перед следующим подходом из трёх инструментов это было жизненно необходимо — работа у верстака требовала постоянного напряжения в спине и ногах. Я просто сидел, тупо уставившись в пляшущие тени, и пытался ни о чём не думать.
Внезапно тишину разорвал вой.
Это был не тот вой волков, который доводилось слышать в прошлой жизни. Этот звук был ниже, глубже, он вибрировал в самом воздухе, в стенах мастерской, в моих костях. Сверхъестественный, полный первобытной угрозы, вой был настолько мощным, что, казалось, его было слышно даже в деревне. Руки инстинктивно прикрыли уши.
Сразу после этого со стороны казарм послышались возбуждённые голоса, затем — торопливые шаги. Кто-то заворчал, переговариваясь. Пять или шесть теней промелькнули мимо моей двери, направляясь к воротам.
Любопытство пересилило усталость. Поднявшись, подошёл к двери и, аккуратно приоткрыв, выглянул наружу.
Ночное небо усыпано звёздами. Они горели так ярко и близко, что казалось, будто миллионы ледяных фонариков развесили над миром, заливая двор холодным светом. У частокола уже стояли охранники, а от двухэтажного дома шли ещё несколько фигур. Это была троица охотников — похоже, их совещание закончилось как раз вовремя.
Было страшно представить, что творится там, за стеной. Стая четвероногих демонов, жаждущих растерзать всё живое. Выйдя из мастерской, прислонился к холодной стене, жадно впитывая происходящее. Хоть и было жутко, но оторваться невозможно. Часть меня — спасатель, привыкший оценивать угрозу — анализировала. Другая — просто мальчишка — оцепенела от ужаса.
Вдруг резкий оглушительный удар сотряс ворота, будто таран весом в тонну врезался в них. Несколько охранников, стоявших рядом, отшатнулись, выкрикивая ругательства. Огромная фигура Йорна подошла к ним. Командир о чём-то коротко заговорил, те кивнули, и пара человек побежала обратно к казармам.
Понимал, что больше не могу позволить себе быть зрителем. Жгучий интерес боролся с профессиональным долгом. Зашёл обратно в мастерскую и плотно прикрыл за собой дверь, чтобы не отвлекаться.
Взял первый из трёх ножей. Дело двигалось складно — в конечном счёте их удалось обработать на удивление быстро, клинки были не сильно ржавыми. Я старался держать качество на уровне «удовлетворительно».
Вот бы знать, чей это нож, — мелькнула мысль. Если Йорна или того начальника охраны, потратил бы на него лишний час, сделав идеальным, чтобы они заметили. Но такой информации не было.
После трёх ножей — снова подход для «Закалки». Короткая передышка, пока мышцы горели, затем — следующая тройка.
А вот теперь работа пошла уже медленнее. Ножи были старее, ржавчина въелась глубже. Силы стремительно утекали, руки дрожали не от усталости, а от перенапряжения. Ноги подкашивались, но я заставлял себя стоять, механически водя камнем по стали.
Отложив ножи в кучу готовой продукции, понял, что на ещё один подход упражнений меня не хватит. Пропущу, сейчас важнее закончить основную работу.
Присел на пенек, чтобы немного перевести дух, уткнувшись лицом в собственные ладони. В этот момент меня накрыла тревога: в какую же дичь я вписался? Может, стоило плюнуть на этот поход и просто качать «Закалку», чтобы иметь шанс выжить в этом проклятом мире? Но умом всё-таки понимал, что то, что я делаю, может быть ещё важнее — это работа на будущее. Возможность стать кем-то в этом мире, реализовать себя и свои способности.
Отбросил все эти мысли. Я уже здесь и сделал свой выбор, а раз так — нужно выполнить работу на сто процентов. Справлюсь. Всегда справлялся.
Кроме того раза, когда меня придавило балкой, и я сдох.
Эта мысль почему-то придала сил, ведь я был жив — у меня был второй шанс. Усмехнувшись, уже собирался встать, когда за стенами снова раздался вой, но на этот раз он прервался яростным визгом. И среди этого хаоса послышался звук, который я узнал бы из тысячи. Сухой шелест множества летящих стрел. Залп лучников.
Мысли лихорадочно запрыгали. Что