Алексей Фомичев - Ответить эху

Глеб тоже смотрел. Сначала из комнаты, потом вышел в зал и наблюдал оттуда. Определенно в этом парне было что-то знакомое. Повадки, движения, жесты. Почти наверняка геймер служил в армии — это видно. Но кто он?

Дэн тоже косил взглядом на экран. И отметил, что режиссер выбрал фрагменты, по которым можно судить об уме, находчивости, тактической выучке геймера. Акцент сделан не на силе и храбрости, а на умении работать головой.

— Стас! — возвещал Дракула. — Мудрый, находчивый, могучий Стас! Приветствуем победителя игры «Миражи»!

Когда на тебя смотрит две сотни глаз, да еще несколько десятков миллионов следят на расстоянии, сохранять невозмутимость могут только опытные артисты либо политики. Дэн к ним себя не относил. И радовался, что был в маске.

Граф, словно уловив эти мысли, сказал:

— Как мы видим, Стас сохраняет инкогнито. Но он обещал явить миру свой истинный лик утром, с первыми лучами солнца! И тогда мы узнаем, каков он на самом деле!

Гости встретили это сообщение новыми аплодисментами. На сцене появилась пара Вронский — Тирра. Их песня «Взойти на вершину» была посвящена Стасу. Тот слушал ее, стоя рядом и держа в руках шпагу, коробку и букет.

Когда артисты спели, он преподнес цветы Анне, поцеловал ее в щеку и пожал руку Вронскому. Все это происходило под грохот салюта и овации гостей.

— …Первая часть награждения закончена! — сказал режиссер бала. — Сейчас перерыв и выступление Наоми Леклерк. Дракула — три минуты перерыва! Приготовиться второй группе помощниц. Сменить цветовую гамму в зале и на сцене. Официантам разнести напитки. Все внимание в зал на геймеров. Попросите наших гостей уделять им больше внимания. Проверьте готовность артистов балета. Их выход через десять минут. Работаем!..

— Центральный, я пост-три! Внешний периметр — все спокойно!

— Центральный, я пост-шесть! Внутренний периметр — все спокойно. Участники ведут себя нормально, пьяных пока нет. Спиртное употребляют в меру.

— Центральный, я пост-четыре! Ситуация в технических помещениях в норме.

— Внимание! Центральная — всем постам! Быть в полной готовности. Наблюдать, внимания не снижать. Не исключена попытка подхода папарацци к замку со стороны моря. Продолжаем работать.

Майкл Эрвуд находился в одном из помещений службы безопасности. Вместе с помощником он следил за ходом бала, делая пометки в компьютере и поглядывая на часы.

— Как наши люди? — спросил он помощника.

— Работают. Ничего подозрительного не замечено.

— Это понятно. Рано еще. За кандидатами следишь?

— Да.

— Как тебе Стас Навруцкий?

— Хитер.

— Умен, — добавил Эрвуд.

— Неужели он агент?

— Посмотрим. Делать выводы будем завтра. А вот ночью попробуем его прозондировать. Кстати, он ведь так и не высказал ни одного желания.

— Значит, скажет позже.

— Скорее всего.

— Кандидаты между собой не общаются. Не знают друг друга.

— Или скрывают это. Рано делать выводы. Да, наши «дублеры» готовы?

— Готовы.

— А… техника?

— Тоже.

— Хорошо. Проследи, чтобы все были в состоянии повышенной готовности. Ситуация может измениться в любую секунду, и мы должны отреагировать на нее своевременно.

— Есть. Внешние посты охраны докладывают — вокруг замка тихо.

— Не снижать внимание! Основное действие впереди.

— Ясно.

— Тогда продолжаем…

После награждения Дэн постарался исчезнуть из всеобщего поля зрения. Иначе можно угодить в «объятия» гостей. На него и так смотрели с нескрываемым интересом как минимум с десяток женщин.

Он подозвал официанта.

— Да, сэр?

— Вы знаете, где отведенные мне покои?

— Да, сэр. Западная башня, третий этаж. Суперлюкс для победителя.

— Проводи меня туда.

— Но, сэр?! — Официант изумленно посмотрел на геймера. — Бал только начинается. Вы уже устали?

— Я хочу отнести подарки и принять душ.

Официант на миг застыл, не зная, как быть. Уводить одного из самых знаменитых игроков с бала он не мог. И ослушаться того тоже не мог.

На помощь ему пришел помощник режиссера, передав по внутренней связи команду. Официант просветлел лицом и склонил голову:

— Прошу за мной, сэр.

Паузу между этапами награждения заполняла Наоми Леклерк — «Мисс Грудь», как называли ее таблоиды. Мулатка по крови, бразильянка по национальности и стерва по натуре. Одних любовных романов за ней числили около тридцати. И это в двадцать шесть лет! Первые места хит-парадов, призы за клипы, миллионные тиражи дисков. Разбитые сердца трех голливудских супермачо, газетного магната, двух музыкантов и конгрессмена.

Видимо, отвратительный характер, излишняя горячность, а также репутация развратницы способствовали тому, что в последний год ее почти не приглашали на крупные мероприятия, не давали ролей в кино и не звали на церемонии.

Пресса быстро почувствовала изменение отношения к Леклерк и стала писать о своенравной звезде меньше. Видя это, Наоми попробовала выглядеть примерной девочкой. Перестала устраивать скандалы, помирилась с Голливудом и совершила благотворительное турне.

Однако этого было мало. И она упросила организаторов бала пригласить ее, пообещав не заламывать несусветных цифр гонорара и не устраивать скандалы.

Руководство «Фантазии» всегда вело собственную политику отношения со звездами и дало добро на приезд. Предупреждать Леклерк о необходимости соблюдать приличия не стали. Наоми сама понимала: устрой она скандал здесь — и ее репутация упадет ниже всякого предела.

Под песню Леклерк была создана танцевальная композиция балета на льду. Четыре пары танцоров устроили шоу на сцене. Они были одеты в светоотражающие наряды и под светом рамп блистали яркими красками. Со стороны это смотрелось как чудо.

— Хороша штучка! — раздался чей-то восхищенный голос неподалеку от «Охотников».

Говорил кто-то из геймеров. Док покосился на него, а Кэт фыркнула и одарила певицу насмешливым взглядом.

— Правда хороша! — вздохнул Док. — Не надувай губки, Кэт. Знаю, женщины не любят, когда в их присутствии хвалят других женщин. Но…

— Ничего вы, мужики, не понимаете! — ответила Кэт. — Смотрите только на фигуру. А в душу женщины не заглядываете.

— Иногда этого хватает.

— Для чего?

— Чтобы понять — дальше лезть не стоит. — Док улыбнулся, сделал глоток из бокала с вином. Посмотрел на Кэт. — Заглядывать в душу стоит тогда, когда хочешь увидеть больше.