Майкл Стэкпол - Призрак войны

– Он велел передать, что ты был прав. Тебя нельзя оставлять в живых. – Он завел правую руку немного за спину и вытащил короткий и толстый черный игольник. Такие стреляют иглами, вырезанными из оружейного полимера. Мои предыдущие замечания о выходных отверстиях пуль здесь не подходили. Меня убили бы выстрелом в грудь или горло, а контрольный выстрел в голову сделает моё лицо похожим на банку мокрой перекрученной тушенки.

И много крови будет разбрызгано вокруг, просто так, для удовольствия.

Он передернул затвор оружия левой рукой и в это время зазвонил его телефон. Тейт вытащил его, взглянул на маленький экран и на его лице появилось озадаченное выражение.

– Что за…

Дверь квартиры выбило внутрь и она повисла, наполовину сорванная с петель. В комнату ворвался офицер Общественной Безопасности в броне «Хобёрк». Тейт развернулся, его пистолет нацелился в первую фигуру. Он успел выстрелить, но иглы просто отскочили от брони, как зубочистки от стены. Правая рука бронированной фигуры поднялась. У моего лица мелькнула красная вспышка и грудь Тейта и часть стены за ним испарились. Он рухнул на пол с тремя дымящимися дырами в груди.

Из задней комнаты вышел Оутс, держа в одной руке пистолет, а в другой – удостоверение.

Он заорал «Полиция!», но пистолет поднял и направил его на меня.

До того, как он смог меня «совершенно случайно» застрелить, Нимейер поднял правую руку и выстрелил от двери. Заряд лазера прошипел мимо моей головы, подпалив немного волосы.

Шедший первым офицер прошел в заднюю комнату и крикнул оттуда, что все чисто.

На броне Нимейера поднялось стекло.

– Теперь мы в расчете, Донелли.

Я ошарашено кивнул.

– А вы что здесь делаете?

– Спасаю твой зад.

– Почему?

Нимейер фыркнул.

– Некоторые люди посчитали его стоящим спасения. – Он вошёл в комнату и повел рукой по направлению к коридору. – У тебя влиятельные друзья, Донелли.

И в комнату шагнула Джанелла.

Манвиль, столичный округ

Басолт

Префектура IV, Республика Сферы

27 февраля 3133 года

Я посмотрел на неё и удержался от улыбки.

– Я вас знаю?

Леди Джанелла Лейквуд царственно склонила голову.

– Да, Сэм, знаешь. Полковнику Нимейеру известно о нашей прежней совместной работе.

Я кивнул. Джанелла выбрала вариант номер один, то есть изобразила из меня информатора, оказывавшего ей в прошлом услуги. Нимейер всё равно любить меня не станет, но станет доверять мне чуть больше. Ей он будет доверять полностью. Во многих смыслах это было лучшим выбором, так как сводило к минимуму заработанную мной дурную репутацию и позволяло сохранить легенду. Он будет считать, что я работал на Джанеллу ради снятия с меня каких-то обвинений.

Один из бойцов общественной безопасности открыл мои наручники и я начал растирать запястья.

– Оутс, Тейт и ещё один из ваших похитили меня сразу после того, как я покинул больницу.

Они привезли меня сюда и держали, пока Бернард не выкроил бы в своём графике минутку, чтобы сделать меня совсем мертвым. Даже если вы перехватили последний звонок и смогли его расшифровать, он будет все отрицать.

Я глянул снизу вверх.

– Как вы вообще меня нашли?

Нимейер усмехнулся.

– Водитель такси, в котором ты ехал – хронический жалобщик. Однажды его помяли, когда он сопротивлялся аресту – нам нужно было его такси для осмотра на предмет наличия улик, а он возражал. Теперь он постоянно заявляется с жалобами на что-то. Когда тебя схватили, он сразу отправился в управление и начал писать заявление. Он опознал Тейта и Карлсона – второго из безопасности. Мы получили у судьи разрешение пеленговать их телефоны. Нам удалось сузить район поиска до этого района, затем мы использовали специальное оборудование и по триангуляции нашли тебя.

– И что так долго?

Джанелла насупилась, глядя на меня.

– Нам нужно было найти судью, который выписал бы постановление, дозволяющее прослушивание телефонных разговоров и при этом не испугался бы Джермейнов. – Она посмотрела на Нимейера. – Полковник, я бы предложила, чтобы ваш рапорт по этому инциденту отражал ликвидацию ячейки СОНа. Были жертвы, чьи личности не разглашаются до уведомления ближайших родственников. Единственным, чей труп опознают, будет Сэм.

Детина нахмурился.

– Это создаст у Бернард ощущение безопасности, ещё больше развязав ему руки.

Я встал и оперся на спинку стула за моей спиной.

– Он не сможет связаться с Тейтом, а этот Карлсон, вероятно, сообщит ему об отсутствии связи с Оутсом. Он поймет, что что-то происходит. Он почувствует давление вне зависимости от наший действий.

– Ну, Карлсон уже холодный, так что тут проблемы не будет. – Нимейер ткнул пальцем в телефон Тейта. – Если ты выключишь эту штуку, то звонящие будут оставлять сообщения, и это даст нам немного времени. Он некоторое время не будет знать, что Тейт вышел из игры.

Я сделал как он предложил и отключил телефон.

– Ладно, так мы сможем оказать на него немного больше давления, но недостаточно, так как на горизонте очень скоро появятся большие неприятности. Бернард взял Эмблина, а Эмблин терпеть не будет.

Нимейер снял шлем с бронекостюма и зажал его под правой рукой.

– И все же он ограничен пределами своих возможностей. Адвокаты затеют прения, но обвинения в государственной измене – не такая штука, чтобы выпустить его из под стражи до суда.

Он влип.

– Его будет бесить скорее не то, что он в тюрьме, а то, что он во власти Бернарда. Я думаю, он потребует от своих людей начать волну терактов, и на этот раз – взяться за дело по настоящему.

Погибнет много народу и я бы не удивился, если он прикажет Котфорду его освободить.

Полковник посмотрел мимо меня в окно квартиры. Где-то в том направлении располагался следственный изолятор столичного округа.

– Во время битвы за его свободу могут пострадать многие…

– Согласен, поэтому мы этого не допустим. – Я усмехнулся. – Мы просто не можем.

Глаза Джанеллы сузились.

– Что ты задумал, Сэм?

– Полковник, Эмблина арестовала Общественная Безопасность, так что, номинально, он в вашей власти, так? Вы ведь можете организовать его перевод из соображений безопасности, так ведь?

Здоровяк медленно кивнул.

– Придется немного постараться, но это можно устроить.

– Хорошо. Мы знаем, что за ним рано или поздно заявятся, так что нам нужно минимизировать побочный ущерб. У меня есть идея, как этого добиться, и, может быть, даже собрать всех нужных нам фигурантов этого дела в нужном нам месте. – Я посмотрел на Джанеллу. – Ты в седле?