Александр Афанасьев - Время героев ч4

— Разведка ВМФ следит за известной тебе субмариной?

Капитан цур зее утвердительно кивнул.

— Передаем с рук на руки… очень уж ходкая рыбка. Затопить?

Кайзер отрицательно качнул головой

— Нет. Не надо. Нет. Подводный флот занял позиции?

— Так точно. Волчьи стаи вышли на коммуникации, ждут только сигнала.

— Как они развернуты? Против какого противника они смогут действовать?

— Против любого — твердо ответил капитан цур зее Вилли Браушенбах

Первыми — прибыли британцы, они прибыли почти на час раньше обозначенного времени, как чувствовали. Вертолет Вестланд Бельведер завис над вертолетной площадкой Бисмарка, светя фарами, приняли его с трудом, потому что он был не палубной модификации. Получалось, что британская делегация прибыла со своего острова и прибыла на чем попало. Посадили и принайтовили с большим трудом…

Кайзер наблюдал за прибывшими в бинокль с главного мостика. Уловив что-то знакомое — кайзер передал стабилизированный бинокль стоящему рядом Марвицу.

— Слева.

Марвиц вгляделся в идущего в числе других членов делегации бледного, худощавого молодого человека. Как и на всех членах делегации — на нем была полевая форма британской армии. Не было ни таблички с именем ни знаков различия, он шел не по центру — а как бы в сопровождении.

— Это он. Наследник.

Кайзер окончательно вспомнил его. Последний раз они виделись на Кильской регате

— Кого он сопровождает?

— Кого-то из генералов. Кто еще не погиб.

Кайзер понимающе хмыкнул

— Ваше Величество?

— Иди…

Кайзер не глядя передал бинокль кому то назад. Остался на ходовом мостике — вглядываясь в серо-стальную хмарь неба и думая, как же поступить…

В отличие от британцев — русская делегация прибыла минута в минуту. Согласно спешно оговоренному протоколу — у них, так же как и у британцев — был всего лишь один вертолет и не более десяти членов делегации, не считая Его Императорского Величества. В отличие от британцев — русские сохранили большую часть своего тяжелого авианосного флота и сумели — таки сформировать в Атлантике мощную ударную группировку. Русские прибыли на Бисмарк на тяжелом транспортном вертолете Сикорского, который взлетел, скорее всего, с авианосца «Цесаревич Николай», прошедшего вчера Гибралтар и вышедшего на океанский простор.

В отличие от британцев — делегация русских состояла почти полностью из флотских офицеров, единственным из военных был уже сильно пожилой генерал-фельдмаршал Раевский, родственник царской семьи, да еще сам император, чья полевая десантная форма блекло смотрелась на черных, шитых золотом мундиров старшего офицеров Императорского флота. Однако — Государь выделялся среди офицеров Его флота какой то особенной выправкой и внутренним спокойствием и достоинством, хорошо видным со стороны. Если он и был разгневан — то этого невозможно было увидеть.

Государя Николая Третьего вышел встречать лично Кайзер, встреча состоялась на главной палубе линкора. Поскольку, Россия и Германия были дружественными странами — стороны при встрече исполнили необязательный, по дипломатическому протоколу, но обязательный по понятиям о дружбе жест — русский Государь шагнул вперед, они с Кайзером обнялись и троекратно расцеловались. При этом — ни один из них не обманывался в сущности этой встречи и мотивах собеседника.

— Рад видеть тебя в добром расположении духа… — начал Кайзер

Русский Император чуть отстранился от Кайзера, чтобы иметь возможность смотреть ему в глаза

— Ты взял на себя тяжелую работу, Штефан — сказал русский император

— Миссия миротворца всегда тяжела.

Николай Третий покачал головой

— Миссия адвоката еще тяжелее… Я понимаю их необходимость… но не могу представить, кем надо быть, чтобы защищать пред судом подонков, похитителей и убийц. Это тяжелая и неблагодарная работа.

Кайзер помрачнел. Русский Император глядел холодно и непреклонно. И Кайзер, почти ровесник злодейски убитого Александра Пятого, отца нынешнего Императора Всея Руси понял, что у него нет слов, которые смогут повлиять на стоящего перед ним молодого человека с глазами цвета кобальта.

Под переговоры освободили офицерскую кают — компанию. Внесли в не самое просторное помещение три стола, бесцеремонно сдвинули к стене дорогое, с корпусом из африканского черного дерева пианино фабриканта Юлия Файриха в Лейпциге, купленное вскладчину офицерами. Когда пианино двигали — оно на мгновение ожило, издало одинокий, жалкий звук…

Британцы заняли помещение первыми, их нельзя было держать в коридорах, поэтому их пустили в кают-компанию. Здоровяк средних лет в зловещем черном мундире рейхскриминальдиректора Гестапо, который их размещал — тысячу раз извинившись, отвел в сторону Наследника, неуклюже склонившись, начал шептать ему что-то на ухо. Наследник Британского престола, с каменным лицом выслушав, что-то резко ответил. Разговор на этом прервался, здоровяк помрачнел и отошел в сторону, а потом и вовсе вышел, оставив британцев наедине с самими собой. Встретившись в коридоре с русской делегацией, впереди которой шел лично Кайзер — он едва заметно качнул головой — нет, не удалось. Потом — пошел вместе со всеми…

Когда двери в офицерскую кают-компанию открыли, вошел Кайзер, а за ним стали входить члены русской делегации — британцы выстроились у стола на своей половине. Никто из них не сел, намек был более чем понятен.

Русский Император встал напротив того места, где стоял британский Наследник — но тоже не сел. С одного торца стола стоял Кайзер, с другого — гестаповец Марвиц и на какой-то момент Кайзер пожалел, что дипломатический протокол не позволил ему обыскивать гостей, даже просьба сдать оружие была бы воспринята как наглость. Атмосфера в небольшой кают-компании мгновенно сгустилась, было такое ощущение, что где-то звенит комар. Мощный, не слышимый, а скорее угадываемый гул, доносящийся из машинного отделения, добавлял нервозности в и без того взвинченную обстановку.

Кайзер еще раз посмотрел на стоящих друг напротив друга русских и британцев и проклял ту минуту, когда он решил стать миротворцем. Миром тут и не пахнет — какой мир, когда обе стороны так ненавидят друг друга, что готовы вцепиться друг в друга зубами…

— Добропорядочные господа… — кашлянув, сказал Кайзер — среди вас много молодых людей, а я человек старый. Боюсь, что мои простуженные на охоте ноги не вынесут столь изощренного надругательства. Поэтому, прошу вас занять свои места, и позволить сделать то же самое мне. Прошу вас…