Автор неизвестен - Песни южных славян

Где видано-слыхано было,
Чтоб женщина трижды рожала,
Трижды в раз по три сына?
Стало их девять братьев,
Девять братьев-тройняшек,
А дочка одна — Петкана.
Всех их мать поженила,
Поженила и отделила,
Осталась одна Петкана.
Ходят к матери сваты,
Высватывают Петкану
За девять сел оттуда,
Мать не дает Петкану,
Дескать, слишком далеко,
Мать в гости не соберется,
Не выберется Петкана.
А старший из братьев Лазар
Так он матери молвил:
«Отдай ее, мама, замуж,
Нас девятеро братьев,
По разу тебя проводим
К Петкане-дочери в гости,
Так девять раз наберется!»
Послушала матушка сына
И отдала Петкану
За девять сел оттуда.
Когда приехали сваты
Забрать с собой молодую,
Плакала сильно Петкана,
Ехать она не хотела
За девять сел отсюда.
Когда увезли Петкану,
Весь дом заболел чумою,
Морила чума, уморила
Всех близнецов-братьев
И девять снох-молодок,
Оставила девять внуков.
Когда настала суббота,
Мать воду лила на могилы.[519]
Воду лила, поминала,
А Лазара не поминала,
Не лила на могилу воду,
А сына мать проклинала:
«Чтоб ты провалился, Лазар,
Меня ты лишил Петканы,
До нее дойти не сумею,
И она ко мне не приходит».
Лазар в могиле просит:
«Слышишь ли, господи боже,
Как мать меня проклинает,
Дай же мне, господи боже,
Из почвы легкое тело,
Из гроба коня лихого,
С креста — легкую флягу.[520]
Поеду я, господи боже,
И приглашу Петкану,
Пусть к матери в гости едет,
Тяжко мне от проклятий».
Бог его просьбу услышал,
Сделал господь ему, сделал
Из почвы легкое тело,
Из гроба — коня лихого,
С креста — желтую фляжку.
И Лазар встал и поехал.
Когда у ворот постучался,
Петкана ему отворила,
Его увидала Петкана,
Взяла она за руку брата
И руку поцеловала.
Рука землицею пахнет,
Плесенью, черной землею.
Молвит Петкана брату:
«Братец старший мой, Лазар,
Ты словно плесенью пахнешь…»
А Лазар хитрит с сестрою:
«Сестра, Петкана-Петкана,
Когда ты ушла из дому,
Матушка нас разделила,
Мы девять домов воздвигали,
Землю мы поднимали,
Вот я и плесенью пахну.
Скорей собирайся, Петкана,
Ведь матушка помирает,
Застанем в живых — не знаю».
И собралась Петкана,
В путь отправилась с братом.
Долго ли, коротко ль едут,
Лазару молвит Петкана:
«Братец, братец мой, Лазар,
Что ж ты плесенью пахнешь,
Плесенью, черной землею?
Уж твой кафтан не прогнил ли?»
Лазар в ответ Петкане:
«Сестра, Петкана-Петкана,
Когда я в путь отправлялся,
Упали летние росы
И мне кафтан намочили,
И он не успел просушиться,
Вот и прогнил кафтан мой».
Долго ль, коротко ль едут,
Заехали в лес зеленый,
И там одна птица запела:
«Боже, господи боже,
Где видано-слыхано было,
Чтоб мертвый с живым ехал?»
Петкана Лазару молвит:
«Старший братец мой, Лазар,
Про что это птица пела?
Где видано-слыхано было,
Чтоб мертвый с живым ехал?»
Лазар в ответ Петкане:
«Едем, сестрица Петкана,
Здесь зеленая чаща,
Водится всякая птица,
Всякий язык понимает!»
Долго ли, коротко ль едут,
Нивы кругом сжаты,
А нивы братьев не сжаты.
Лазару молвит Петкана:
«Братец мой, братец Лазар,
Что это — нивы сжаты,
А ваши нивы не сжаты?»
«Едем, сестрица, едем.
Строились мы, сестрица,
Нивы сжать не успели».
Как к селу подъезжали,
Лазар сказал Петкане:
«Иди-ка в наш дом, сестрица.
Когда тебя матушка спросит:
«Кто привез тебя, дочка?» —
Ты отвечай ей прямо:
«Старший братец мой, Лазар».
Если она не поверит,
Вот, сестра, тебе перстень,
Вот серебряный перстень,
Ты покажи ей перстень, —
Сама его мать купила,
Когда я с женой обручался, —
Тогда тебе мать поверит.
А я поеду, сестрица,
К тому большому кургану,
Где у нас нива большая —
Жали ее, недожали,
Вот я ее и объеду».
Петкана в дом постучалась.
Плакали девять внуков,
Матушка их утешала.
Петкана кричит снаружи:
«Матушка, дверь отвори мне!»
Мать ей кричит из дома:
«Чума, моровая язва,
Неужто тебе все мало?
Ведь ты, чума, уморила
Всех девять сынов-тройняшек,
И девять снох уморила.
Неужто опять пришла ты,
Чтобы отнять девять внуков?»
Петкана матери молвит:
«Вставай, отвори мне, мама,
Не чума я, не язва,
А дочка твоя, Петкана».
Мать тогда ей отворила
И дочери говорила:
«Кто же привез тебя, дочка?
Девять лет миновало,
Как ты в гостях не бывала».
Петкана ей отвечает:
«Привез меня братец Лазар».
Мать говорит Петкане:
«Обманывай кого хочешь,
А мать свою не обманешь.
Братец твой старший, Лазар,
Вот уже год девятый,
Как от чумы скончался».
Ей отвечает Петкана:
«Если ты мне не веришь,
Вот тебе, мама, колечко,
Кольцо — серебряный перстень!»
Едва увидала старуха,
Едва увидела перстень,
Тотчас поверила дочке.
Плакали мать и Петкана,
Пока не умерли обе.

Майдаленка букет вязала,
На букет наговор шептала:
«Слушай, Анзел, мой наговор ты,
Приходи живой или мертвый,
Приходи живой или мертвый!»
Майдаленка в постель ложится,
Только-только она задремала,
Закричал под окошком Анзел:
«Ты вставай, вставай, Майдаленка,
Собирайся скорее в дорогу!»
Майдаленка молчит, не дышит,
Будто зова она не слышит,
Будто зова она не слышит.
Второй раз позвал ее Анзел:
«Ты вставай, вставай, Майдаленка,
Собирайся скорее в дорогу!»
Майдаленка молчит, не дышит,
Будто зова она не слышит,
Будто зова она не слышит.
Третий раз позвал ее Анзел:
«Ты вставай, вставай, Майдаленка,
А не встанешь — найду другую!»
Майдаленка тут испугалась,
Она скоро с постели вскочила,
Она скоро с постели вскочила,
Дверь одною рукой отпирала,
Обнимала Анзела другою.
Взял он ее за белую руку,
Посадил на коня за собою,
Посадил на коня за собою,
А как только они поскакали,
Говорит Майдаленке Анзел:
«То ли звезды, то ль это месяц
Хорошо нам и ясно светит,
А ведь мертвые ездят быстро.
Не боишься ли ты, Майдаленка,
Не боишься ли ты, Майдаленка?»
«Упокой, боже, души усопших,
Ты ж оставь, Анзел, мертвых в покое,
Ты ж оставь, Анзел, мертвых в покое!»
И опять они дальше скачут,
И опять говорит ей Анзел:
«То ли звезды, то ль это месяц
Хорошо нам и ясно светит,
А ведь мертвые ездят быстро.
Не боишься ли ты, Майдаленка,
Не боишься ли ты, Майдаленка?»
«Упокой, боже, души усопших,
Ты ж оставь, Анзел, мертвых в покое,
Ты ж оставь, Анзел, мертвых в покое!»
И опять они дальше скачут
И на всем скаку подлетают
Прямо к каменной белой церкви,
Ко широким дверям церковным,
Ко широким дверям церковным.
Тут с коня долой спрыгнул Анзел
Посредине немого кладбища,
Посредине немого кладбища.
Закричал тогда громко Анзел:
«Вы вставайте-ка, мои братья,
Вы встречайте мою невесту,
Вы встречайте мою невесту!»
Майдаленка тут испугалась,
И с коня она наземь упала
У широких дверей церковных.
Вдруг часы стали бить двенадцать,
Петухи стали петь в округе,
Петухи стали петь в округе.
«Это счастье твое, Майдаленка,
Что часы стали бить двенадцать,
Петухи запели в округе,
Петухи запели в округе.
Коль часы не ударили б в полночь,
Петухи не запели б в округе,
Петухи не запели б в округе,
Так тебя б мертвецы растерзали,
Как зерно жернова терзают.
Кто пришел бы с утра на кладбище,
Увидал лишь твои одежды,
По куску на каждой могиле!»