Евгений Лотош - 4-02. Ripresa allegro mosso
– Прошу прощения, я слишком быстро бежала, стабилизатор изображения не смог компенсировать тряску, – пояснила Риса. – Но главное хорошо видно.
Вот Фуоко отталкивает огонь от себя, и тот, налившись ослепительной алой краснотой (все вокруг погрузилось во тьму), рывками катится по асфальту, словно отскакивая от невидимых препятствий, а за ним остается отчетливый красный след: уродливые ломаные зигзаги. Потом почти погасший огненный клубок с тянущимся позади кривым хвостом вдруг расцвел уродливым красным цветком и замер.
– На деле выглядело немного иначе, вы видите синтетическую реконструкцию. Траектория непонятна, она не соответствует ни одной из известных пространственных метрик: видимо, как-то влияли внутренние процессы сгустка. Но выглядит здорово, аж завидно. У девиантов на нашей Текире никогда не обнаруживалось таких впечатляющих способностей, – Риса слегка подмигнула.
– Значит, эту штуку я сделала? – понуро спросила Фуоко. – Молнию?
– Ну, определенно не Кир ее автор. В какой-то степени сгусток походит на шаровую молнию, но скорость его перемещения слишком высока. Скорее, комок энергоплазмы – мы решили принять такой термин для псевдовещества, составляющего кольчонов и волют. Спектр свечения примерно соответствует возникающему при выстрелах волют, как их удалось зафиксировать на вашу кинопленку и нашими сенсорами.
– Точно! – вскинулся Кирис. – Я вспомнил: когда в море волюта в меня плюнула, цвет походил!
– То есть я теперь… волюта? – с глубоко несчастным видом спросила девушка.
– Что? – удивилась Риса. – Не знаю, как Киру, а мне ты пока летучей спиралькой не кажешься. Так, нужно подумать. Следует подобрать вам помещение для тренировок – лучше подземный бетонированный бункер. И защитную систему собрать, чтобы себя случайно не покалечили, напрямую или рикошетом каким-нибудь. Я с Харламом…
– Но я не хочу тренировок! – казалось, Фуоко сейчас заплачет. – Я хочу, чтобы… чтобы…
– Чтобы твоя способность кидать молнии пропала навсегда. Я понимаю, – кивнула Риса. – В свое время я отчаянно мечтала о том же самом. Однако нынешняя штука очевидным образом является развитием старых способностей. Они не пропали за последние несколько лет и вряд ли исчезнут в обозримом будущем. Фучи, я знаю, как ты себя чувствуешь: страшно, неуютно, боишься саму себя. Но отрицать собственные способности – занятие не умнее, чем рубить пальцы из-за ногтевого грибка. Даже если сделаешь вид, что ничего не произошло, молнии могут начать появляться сами по себе. Если не научишься их контролировать, наверняка покалечишь кого-нибудь постороннего. Уже через две-три декады сюда соберется не менее трех сотен студентов и полусотни преподавателей и кураторов, а через пять декад Университет начинает учебный год в полном объеме. Не сумеешь обуздать свои молнии – возникнут проблемы с посещением занятий. Конечно, слушать лекции можно и через терминал в своей комнате, но, мне кажется, тебе одиночество не слишком понравится.
Фуоко затравленно глянула на ректора.
– Риса, ты… меня не выгонишь? – недоуменно спросила она. – Из Хёнкона?
– С какой стати?
– Ну… я же для окружающих опасна. Я же не хотела никаких молний, а она вон как взорвалась! А если я в самом деле кого-то покалечу… или убью?
– Я верю, что ты справишься! – отрезала Риса. – Ты такая же студентка, как и остальные, а Уставом исключение предусмотрено исключительно за плохую учебу и асоциальное поведение. Выбрось из головы дурные мысли и предоставь рассуждать о безопасности тем, кто в ней разбирается. В общем, лабораторию или тренировочный зал, как хотите, мы обеспечим. Кир, тоже поучаствуй: возможно, твое присутствие является катализатором.
Кир нехотя кивнул. Ну, вот они и стали подопытными мышами. Ладно хоть у дружественных паладаров, а не в какой-нибудь подпольной дыре у костоломов одной из кайтарских семей. Впрочем, а чего ты ожидал? Что вам двоим, способным кидаться молниями, позволят просто так по улицам ходить? Все справедливо, сам виноват.
– И еще одно. Я подумала и решила, что домашние животные положительно влияют на психику угрюмых одиночек вроде вас. Так что…
Риса поднялась на ноги и распахнула входную дверь. По деревянному полу негромко простучали коготки, и в комнату неторопливо вошли два ошеломительно странных зверя.
Размером с небольших собак, с короткой блестящей шерстью, переливающейся волнами (у одного черно-белой, у другого – рыже-бело-зеленой), с длинными пушистыми хвостами, с лисьими мордочками, в прищуренных глазах мерцают желтым по два вертикальных зрачка – но главное, оба переступали тремя парами лап! Выйдя на середину комнаты, звери переглянулись и уселись на задние лапы, упершись в под вытянутыми средними и скрестив передние на груди, словно маленькие руки. Они приоткрыли пасти, показав острые клыки и вывалив небольшие красные языки. Кирис мог бы поклясться, что шестиногие чудики ехидно ухмыляются.
– Позвольте представить, – гордо сказала Риса. – Парсы!
– Ва-а-ай!… – восторженно протянула Фуоко, разом забывшая про все печали. – Ух, здорово! Они с вашей планеты, да?
– Не совсем, – рассмеялась Риса. – У нас шестилапых биоформ тоже не водится. Это мобильные микродроны, экспериментальные образцы. Они – точная копия игрушечного спутника, с которым я все детство проходила, да и не только детство – еще и после университета на работу много лет таскала, пока меня не похитили… э-э, ну, неважно. Однако, чувствую, вы подружитесь. Выбирайте, кому какой нравится. Правда, сейчас они ничем не отличаются, а шерсть можно раскрасить как угодно.
По шкурке черно-белого парса быстро пробежала и исчезла радужная волна. Кирис завороженно смотрел на него. Он всю жизнь хотел собаку или крупного кота, с завистью разглядывая издалека их счастливых владельцев. Но в их маленькой квартирке в Барне места хватило бы разве что на карманного мопса, да и кормить зверя чем, когда самим на еду еле хватает? На улицу выгонять в помойках рыться? И вот теперь мечта, кажется, осуществляется совершенно неожиданным образом. Он осторожно протянул к парсу руку, и тот вежливо обнюхал ее. Потом в воздухе словно мелькнули две молнии, черная и пестрая, и зверьки принялись облизывать лица восторженно хохочущих и отбивающихся новых хозяев, аккуратно опрокинутых на спины.
– А ну-ка хорош! – строго сказала Риса чуть погодя. Парсы послушно слезли с Кириса и Фуоко и улеглись рядом. – Потом наиграетесь. Имена придумать не забудьте. И имейте в виду, что животинки на самом деле весьма умны. Они управляются автономными психоматрицами первого класса, то есть потенциально способны развить логику до уровня трех-четырехлетнего ребенка. Личности у них пока что практически не развиты, запрограммированы лишь базовые эмоциональные реакции, так что какими воспитаете, такими и станут. И в воду не бросайте – испортиться не испортятся, но плавать, в отличие от полноразмерных дронов, микродроны не могут, сразу утонут.