"Фантастика 2026-195". Компиляция. Книги 1-29 - Анна Чернышева
Иногда Маше снился Вадим. Он грустно смотрел на нее, неестественно долго покачивая головой на длинной тонкой шее, потом отворачивался и уходил в темноту коридора заброшенного грязного цеха. Маша бежала следом, кричала, звала его, но, вдруг оставалась одна в лабиринте комнат, а неподалеку раздавалось угрожающее рычание неведомого зверя.
* * *
Однажды утром она проснулась от давнишнего и уже почти забытого кошмара. Грудь сдавило недоброе предчувствие, которое, впрочем, можно было списать на испортившуюся погоду. Второй день небо куталось в беспросветных тучах, выглядело набухшим в преддверии ливня и, еле сдерживая напор влаги, уже роняло на лагерь холодные тяжелые капли.
Маша заставила себя дойти до столовой, обсудила с медиком Надеждой Петровной эффективные средства от головной боли и отчаянно заскучала.
Видимо, в связи с приближающимся ненастьем, настроение Маши было мрачным, она просто места не могла себе найти от смутной тревоги, причину которой даже не могла объяснить.
Продолжая оставаться не у дел, Маша попыталась предложить свои услуги на кухне, но ее предложение доброжелательно отклонили. Потом она некоторое время постояла на мостках у озера, но вид камышей, уныло качающихся под порывами ветра, только усилил тоску.
«Держаться! Держаться! Не раскисать!», – как мантру повторяла она, едва сдерживая непрошеные слезы. Тогда Маша вернулась в коттедж, пробовала читать, потом включила на ноутбуке какой-то фильм.
По условиям контракта доступ в Интернет был весьма ограничен, позволяя заходить лишь на малую часть познавательных ресурсов. Переписка была невозможна, доступ к социальным сетям исключен. Скоротав время до обеда, Маша предупредила сотрудников, что не придет на ужин, и ей тут же собрали с собой что-то вроде сухого пайка: сгущенку, печенье и сок.
Вечер Маша решила провести дома за книгами, но уже в пятом часу, не выдержав одиночества в «четырех стенах», отправилась прогуляться в сосновой роще у дома. После полудня неожиданно выглянуло солнце, стало душно, земля парила, кругом распространялся влажный смолистый аромат хвои.
Маша даже не заметила как сошла с зарастающей тропы и уклонилась далеко от территории лагеря. Ей все казалось, что скоро впереди она увидит полюбившееся озеро, однако лес впереди только густел, превращаясь в смешанный.
То и дело на пути попадались матерые осины и молоденькие елочки, травы под ногами поднимались высоко, как в березняке. Пытаясь найти знакомые места, Маша повернула обратно, а пройдя еще метров пятьдесят вдруг поняла, что заблудилась и просто не знает в какой стороне поселок.
Нарастала предгрозовая прохлада. Небо сквозь кружево крон стремительно чернело, и лес вокруг погружался в промозглый сумрак. Скоро Машу охватило беспокойство, переходящее в панику, а тут еще на пути раскинулся огромный овраг, заросший папоротником и заваленный буреломом.
Раньше она никогда не уходила далеко от "Северного", места казались дикими и чужими. Опускаться в заросли страусника, доходящего по пояс взрослому человеку, совершенно не хотелось. «А вдруг там еще и змеи водятся!». Едва сдерживая слезы, Маша побрела вдоль оврага, отчаянно ругая себя за рассеянность.
Внезапно в зловещих сумерках впереди ей померещился огонек, скоро она различила очертания какой-то постройки. Подойдя ближе, Маша оказалась перед аккуратным небольшим домиком с открытой верандой и высоким крыльцом. Похоже, одноэтажный коттедж появился здесь совсем недавно, от толстых бревен, составлявших его стены, еще исходил терпкий запах свежей древесины.
С удовольствием погладив гладко оструганные перила и поднявшись к двери, Маша робко постучала. Сверху, в небесах, раздался оглушительный раскат грома, но внутри дома стояла тишина.
Тогда Маша постучала сильнее и, дернув за ручку, неожиданно легко отворила дверь. Стремясь попасть внутрь, она не заметила в стороне, за деревом, силуэт высокого крупного мужчины, который стоял неподвижно, наблюдая за всеми ее действиями.
У порога Маша кликнула хозяев и, не дождавшись ответа, аккуратно сняла обувь, потом по прохладному полу пересекла прихожую, совмещенную с небольшой гостиной, и заглянула за ближайшую дверь. Судя по электроплите и деревянному столу здесь располагалась кухня.
Новый раскат грома потряс дом, и вскоре яркая вспышка молнии озарила окна, до половины затянутые полосками жалюзи. Приглядевшись, Маша обнаружила на стене выключатель, но, нажав его, была немного разочарована тем, что загорелось лишь маленькое бра.
– Э-эй! Простите, здесь есть кто-нибудь?
Ответа снова не последовало, девушка не рискнула заходить в темные запертые комнаты, а просто уселась на диван в гостиной, поджав под себя ноги.
«Уж лучше здесь переждать грозу, чем вымокнуть до нитки у оврага».
По крыше дома яростно застучал дождь, и за его шумом задремавшая Маша не расслышала тяжелых шагов сбоку. Когда же рядом раздался чей-то грубый голос, она подпрыгнула и развернулась на окрик. Казалось, хозяин дома злится на непрошенную гостью, хотя лицо его было нечетко видно в полумраке комнаты.
– Ты здесь всю ночь собралась сидеть? Зачем тебя прислал Алекс?
Маша с недоумением смотрела на стоящего перед ней высокого плечистого мужчину.
– Добрый вечер! – пробормотала она, пытаясь унять в голосе невольную дрожь. – Я из лагеря на берегу. Вот… заблудилась. Меня зовут Мария. А вы тут живете?
– Я прекрасно знаю, откуда ты взялась. Я тебя уже видел раньше. М-машенька! – мужчина недобро ухмыльнулся, – просто сказка! Девочка Маша заблудилась в лесу и набрела на логово медведя. Может, тебе сразу колокольчик в руки дать? Я завяжу глаза, а ты будешь от меня убегать. И что же мне с тобой сделать, когда поймаю? Алекс не мог прислать кого-то покрепче, я же сломаю тебя одним пальцем, если захочу. Никто не поможет.
Она почувствовала как нарастает в животе холодок страха. Во рту пересохло.
– Простите, я не знала, что это ваш дом. Начинался дождь, я хотела где-то укрыться. Но… но я могу уйти, если вы против.
Маша беспомощно оглядела залитое потоками воды окно. Мужчина угрожающе двинулся в ее сторону.
– Я же отказался, когда Алекс заговорил о женщине. Он совсем не понял? Я говорил по-русски, я предупреждал, что убью любого, кто переступит мой порог. Я хочу, чтобы меня, наконец, оставили в покое. Мне это обещали. Он хоть сказал тебе, кто я такой?
От нахлынувшего ужаса у нее перехватило дыхание. Кусочки мозаики в голове вдруг стали складываться в довольно неприглядную картину. Перед глазами вдруг возникла слащавая улыбка Короткова: «Гуляйте, Машенька, больше гуляйте в лесу, это полезно…».
– Пожалуйста, дайте мне уйти, – взмолилась она, – я ничего не знаю. Меня никто не присылал. Я хотела лишь побродить немного у