Фантастика 2026-135 - Елизавета Владимировна Соболянская
— Она мне написала, что отдых имеет большое значение, и я получил подтверждение от работниц информационного отдела.
— Какое подтверждение?
— Шахматы это отдых?
— Да.
— Они говорили, как это здорово, что я обыграл в шахматы Фишера, и что об этом писали во всех газетах и меня везде хвалили.
— Надеюсь, ты с ними не разговаривал?
— Нет, я знаю, что не посторонние Витя и Анатолий Иванович. Они говорили и о тебе тоже, хочешь знать что?
— Нет. А где был в это время Анатолий Иванович, ведь без его или моего сопровождения доступ к тебе посторонних запрещён?
— Он был в комнате с удалённым рабочим местом, осваивал работу с операционной системой.
— Понятно, формально правила соблюдены, а по существу посторонние остались без присмотра. Что это за книги здесь среди прочих валяются? — показал Витя на несколько томиков.
— Это художественная литература.
— Сам вижу, в лаборатории происходит какой-то бардак, а не работа, правда, книги нормальные — Ефремов, Стругацкие, Варшавский. Ваня, ты понимаешь, что это фантастика?
— Да, вымысел, то, чего реально не существует.
— Что бы ты хотел изучать следующим, биологию или географию?
— И то и другое.
— Ты говоришь совсем как Винни-Пух, он тоже есть в художественной литературе, — предвосхитил Витя Ванин вопрос.
Придётся идти к Анатолию Ивановичу, подумал Витя, чтобы он сделал внушение работницам информационного отдела, надеюсь, ему они не предложат наказать их не очень больно. Вообще-то выявилась неожиданная проблема, игровые программы на рабочих микроЭВМ, и не вполне понятно, как с ней бороться, допустим, Ваню я смогу убедить не создавать игровых программ, а что делать с Тамарой и тысячами других программистов, которых начали выпускать факультеты АСУ?
Может быть, добавить специальный блок долговременной памяти, который „не видит“ операционная система, но записывает туда наиболее важные действия, например, запуск программ, а потом, по паролю, можно эти данные извлечь при удалённом доступе. Ещё один момент, рано или поздно наши микроЭВМ попадут за границу, и было бы неплохо иметь возможность удалённого управления по паролю или каким-то иным способом.
Зайдя к Анатолию Ивановичу, Витя рассказал о проблеме и заодно попросил поручить информационному отделу начать выдавать Ване книги по географии и биологии.
Выпроводив через два дня сильно задержавшуюся в гостях представительницу Ижевского завода, он пригласил за удалённое рабочее место трёх своих сокурсников и попросил освоить работу с микроЭВМ, снабжённой в отличие от большой машины неграфической операционной системой, так как для графической у неё не хватает производительности.
Тем временем опытное производство освоило одномикронную n-МОП технологию и было готово к выпуску таких микроЭВМ. Проблему пока составляли микросхемы долговременной памяти с подзатворами и Витя вынужден был тратить собственное время на производство таких микросхем нескольких номиналов, от сотен килобайтов до десятков мегабайтов. Поскольку при его текущей производительности на производство одной микросхемы вместе с корпусом уходило время порядка единиц секунд, то он создал описания структур, включающих в себя создание сразу от одной до нескольких сотен микросхем.
Более серьёзной проблемой были экраны на жидких кристаллах, просто из-за гораздо большей массы устройства и, хотя Витя реализовывал лишь ту часть, которая пока не получалась в обычном производстве, затраты времени были на два порядка больше, чем при производстве микросхем.
В начале 1974 года на Ижевском заводе был подготовлен к монтажу станков, производящих станки, новый цех, точнее задействовано старое помещение, о котором говорил заместитель директора завода. Всю эту зиму 73–74 годов большую часть своего рабочего времени техноконструктор тратил как раз на эти станки. Во второй половине февраля Витя вместе с Колей Денисовым, одним из своих сокурсников, съездили в командировку на Ижевский мотозавод и убедились, что старый-новый цех готов к монтажу оборудования, все коммуникации подключены, фундаменты почти готовы. Также активно шла работа над возведением нового завода, с учётом погодных условий, конечно.
Встретили там и свою старую знакомую Тамару, которая спросила, когда и где будет установлено удалённое рабочее место конструктора, и получила ответ, что именно в этом цехе после монтажа оборудования. Вернулись из командировки утром в пятницу 22 февраля перед праздником
Дня Советской Армии и Военно-Морского флота. Отчитавшись на работе за командировку и приведя себя в порядок в общежитии, вечером, созвонившись с Таней, Витя отправился к ней в гости.
После горячей встречи она расспросила его о командировке, в каких условиях он жил, как обстоят дела с новым заводом, рассказала о редакционных новостях.
Из сна на удобной кровати Витю вывел то ли звук, то ли запах, то ли сообщение:
Внимание!
Уровень опасности Б1
Что, опять? Задал он себе риторический вопрос. Уже по запаху металла и смазки стало понятно, что происходит. Витя открыл глаза и встретился взглядом со своей(?) женщиной, которая стояла у окна с пистолетом в руке и тут же развернула ствол в его сторону.
— Я так понимаю, этот подарок мне на 23 февраля ты только что достала из тайника, невезучий любовник кивнул на тёмный проём под подоконником, а он у тебя вообще заряжен? — задал Витя пустой вопрос, так как понимал, что разбудивший его звук был слабым щелчком вставляемого магазина.
— Не беспокойся, заряжен, и стреляю я достаточно хорошо. Лучше ответь мне, как ты смог проснуться после лошадиной дозы снотворного?
— Я ещё и виноват. То-то вкус вина мне показался странным, но в винах я, к сожалению, не разбираюсь. А почему проснулся, ты знаешь, чего только не приходилось есть в студенческой столовой, и всё благополучно переваривал. Лучше скажи мне, что это значит? — разумеется, Витя всё прекрасно понял ещё в момент пробуждения, но нормального выхода не видел, и прежде чем начать действовать, хотел выяснить, что именно известно Тане точно и до чего она сумела додуматься.
— Не прикидывайся идиотом, хотя иногда это у тебя успешно получается, всё ты прекрасно понял.
— Ну и что тебе от меня нужно?
— Ответы на некоторые вопросы.
— Задавай.
— Почему стеклянная бутылка, которую я уронила с высоты метра, не разбилась, а у тебя с 10 сантиметров вдребезги?
— Наверное, после тебя она треснула, а потом легко разбилась.
— Отчего вылечилась девочка с безнадёжно повреждённым позвоночником? И не говори мне про волшебные кольца, изъятое у неё колечко оказалось самым обычным, даже не серебряным.
— Девочка не пострадала?
— Не беспокойся, разве что расстроилась из-за потери колечка, — Таня заметила, как после её предыдущих слов сузились его глаза.
— Выздоровела, потому что возможности человеческого организма ещё слабо изучены.
— Допустим, а куда пропали родинки с моей кожи, которые были у меня с детских лет? И волосы тоже.
— Какие волосы, вроде бы