Михаил Медведев - Командировка во Вселенную
Через четверть часа серебристая машина взмыла в пасмурное небо. По-детски округлые формы учебного реактивного самолета были лишены угловатой целеустремленности его современных боевых собратьев. Когда создавалась эта машина, конструкторы думали не только об аэродинамике и взлетной массе, но и об элементарном изяществе и плавности линий. Воздухозаборники не торчали по бокам фюзеляжа, как пара плохо сколоченных корявых ящиков, а были укрыты в корневых частях крыльев, практически не выступая из-за обводов и не портя внешнего вида. Реактивное сопло двигателя также было маленьким и незаметным. Виктор не сразу сообразил, как этот аппарат вообще может летать. Но заслуженный ветеран воздушных океанов быстро развеял все сомнения. Управляемый твердой рукой Корнеева, он уверенно расстался со взлетной полосой и, бодро преодолев туман облаков, понес своих пассажиров над залитой солнечным светом холмистой равниной туч. Виктор первый раз в жизни летал так низко и никогда не думал, что облака сверху выглядят словно незыблемая мраморная твердыня. Он млел, созерцая бескрайние просторы, раскинувшиеся под его ногами. Он забыл, зачем и куда летит, свое прошлое и возможное будущее, он забыл о своем теле и ушах, заложенных от перепадов давления. Он был сейчас просто клочком изумленного сознания, несущегося в пронзительном голубом небе.
Полет закончился так же быстро, как и начался. Отцовские часы на руке Виктора натикали полтора часа пребывания между небом и землей, но по внутренним ощущениям он летел не больше десяти минут. Краткий миг невозможной на земле свободы, и вот небеса померкли, плоскости крыльев окутали клочья облаков, и в белесом мареве неуверенно проявились тонкие ниточки дорог с машинами, ползущими между маленькими домиками. Постепенно городская застройка утратила игрушечную нереальность, самолет стремительно снизился, и Корнеев мастерски направил его на узкую посадочную полосу. Шасси старенького «Яка» жалобно заскрипели, и Виктор своей задницей прочувствовал все неровности бетона. Славик подрулил летательный аппарат к уже ожидавшей их машине. Невзрачный «жигуленок», точная копия автомобиля, оставленного ими в Питере, тарахтел на краю бетонки. Шофера внутри не было. Витя увидел только спину человека, уходящего в сторону здания аэропорта. Сотрудник пригнал машину и, посчитав свою миссию выполненной, пошел по своим делам А может быть, ему запретили видеть лица прибывших. В любом случае, автомобиль с прогретым двигателем ждал их, и через десять минут они уже ехали по заполненным транспортом улицам. Капитан Корнеев сидел за рулем и, не задумываясь, сворачивал на перекрестках. Перед светофором он вовремя перестраивался в нужный ряд. Со стороны могло показаться, что капитан всю жизнь проработал тульским таксистом.
— Ты бывал здесь раньше? — спросил заинтригованный Виктор.
— Мне продиктовали маршрут по телефону, — невозмутимо ответил капитан.
— И ты запомнил?
— Выучить основные городские магистрали — несложно. Хуже было, когда от меня потребовали знать наизусть все проходные дворы в старом Петербурге.
— Ты же доктор. Зачем тебе?
— Положено, — веско ответил Корнеев.
— Пригодилось хоть раз? — продолжал любопытствовать Виктор.
— В некотором роде, — уклончиво промямлил капитан и сделал вид, что очень заинтересовался рекламным щитом на высотном здании.
— Как это? — Виктор чувствовал, что в своих расспросах перешел некоторый предел приличия, но остановиться не смог. Кроме того, ему очень не хотелось говорить о предстоящем деле, и он был рад любой отвлеченной теме для беседы.
— Приехали! — Капитан шумно втянул воздух. — Вылезай.
Распахнутая пасть подъезда стандартной девятиэтажки встретила их настенной росписью и обшарпанной лестницей. Капитан опять продемонстрировал прекрасное знание местности и, не задумываясь ни на секунду, поднялся на второй этаж.
— Здесь, — сказал он напряженным полушепотом, остановившись у приоткрытой двери. — Заходим.
— У тебя пушка далеко?
— Не боись, всё путем. — Капитан вошел в прихожую и повысил голос: — Есть кто дома?
— Живых, похоже, нет. — Виктор неодобрительно осмотрел ободранные обои.
— Поищем мертвых. Посмотри в зале, — приказал Корнеев и пошел на кухню.
Виктор заглянул в единственную жилую комнату убогой квартиры. Бедная обстановка помещения не позволила бы здесь спрятаться даже самому худосочному карлику. Всё было на виду. Беглого взгляда оказалось достаточно, чтобы убедиться в полном отсутствии здесь какой-либо разумной жизни. Зато неразумной жизни в виде многочисленных тараканов было больше чем достаточно. Разочарованно сплюнув на грязный пол, Виктор заглянул в ванную, совмещенную с туалетом.
— Нашел, — закричал он, увидев Элькины шорты и медальон, одиноко висяший на ржавом кривом гвозде.
— Я тоже, — откликнулся Славик из кухни. — У тебя что?
— Пульт! — радостно заорал Виктор. — Она была здесь!
— А у меня покойник, — грустно ответил капитан. — Ты выиграл.
Виктор снял с гвоздя медальон и прошел на кухню. Труп висел на газовой трубе, проходящей под потолком. Низенький лысоватый мужчина с капроновым шнуром на шее вяло покачивался из стороны в сторону. Многочисленные синяки и ссадины на его лице говорили о том, что в петлю он полез отнюдь не добровольно. Похоже, что его долго и болезненно убеждали в необходимости данного мероприятия.
— Дилетантская работа. — Славик с видом знатока оценил результат деятельности неизвестного убийцы.
— Не сомневаюсь, ты бы всё устроил гораздо лучше.
— Да уж конечно. Ты можешь его опознать? Может, это не Элькин муж?
— Скорей всего это он. Элеонора приблизительно так его и описывала, и какая, блин, разница. — Витя устало прислонился к дверному косяку. — Висельники имеют привычку хранить молчание, даже если их опознают, а спросить, куда делась Элька, больше не у кого. Она здесь была и ушла не по своей воле. — Виктор показал капитану медальон. — С этим она бы никогда добровольно не рассталась.
— Будь спокоен, найдем твою красавицу. — Корнеев взял со стола пустой стакан и понюхал его. — Мне нужно осмотреться.
— Времени в обрез!
— Покойник перед смертью пил спирт. — Слава задумчиво прошелся по кухне. Поставил на ножки опрокинутую табуретку и уселся на нее, уставившись на безмолвного хозяина квартиры. Хозяин в ответ тоже разглядывал его, вывалив изо рта синий надутый язык.
— Даже если от питья спирта он заработал себе цирроз печени — это нам ничего не дает, — вздохнул Виктор.