Авторов Коллектив - Адептус Астартес: Омнибус. Том II (ЛП)

Перед ним снова стояла фигура. Она говорила тем же голосом, что и раньше.

— Что есть вернейшее оружие?

Вадет не мог ответить. Он едва мог смотреть. Опустив руку, он готовился к бою, когда увидел сержанта в облачении цвета черного угля и желтой желчи.

Злобные Десантники. Мой орден.

На самом деле это был не вопрос. Просто часть их мантры. Другую часть Вадет физически выразил избитыми телами у своих ног.

— Посмотри вниз, — произнес сержант. Его звали Кастор, и на нем была часть брони Гауста, а также его силовой молот. За такое оружие можно убить.

Из груди Вадета торчал похожий на камень осколок багрового цвета. Взглянув на него, воин почувствовал, что ненависть вновь разгорелась, однако он смог ее обуздать.

— Вот что было в гробнице. Не оружие, не совсем, — сказал Кастор, — однако это. Оно приводило их в исступление. Подействовало даже на брата Играта. Он убил твоего прежнего сержанта прежде, чем Клиток уничтожил камень. После этого поднялась красная дымка. То, что осталось, засело в тебе. Это дало возможность. Я решил воспользоваться ей, чтобы испытать тебя. Инициация. Эта была уникальной.

Ошеломленному и избитому Вадету потребовалось несколько минут, чтобы вспомнить, кто такой Кастор. Тот возглавлял Очернителей и был одним из самых жестоких бойцов, когда-либо украшавших собой орден.

— Мне требовалось увидеть, — сказал Кастор, — можешь ли ты воплотить все то, чем мы являемся. Перевесит ли твоя ненависть их, даже когда осколок сводит их с ума.

Вадет ничего не ответил. Если ему и было, что сказать Кастору, он не мог произнести этих слов. За него говорили глаза, пылавшие презрением.

Кастор улыбнулся. Это выражение не вязалось с его покрытым шрамами лицом с седыми волосами.

— Теперь ты Очернитель, Вадет. И это тебе тоже больше не понадобится, — он протянул руку, вырвал осколок из плоти Вадета и раздавил его в бронированном кулаке. — Ты усвоил самый главный урок. Наша мантра — это не просто слова. Это истина. Ненависть, брат, — произнес он, узнавая непроходящую ярость в глазах Вадета. — Ненависть гонит нас. Она движет нами. Острее любого меча. Прочнее любого звездолета или крепости. Холоднее, чем лед Фенриса.

Кастор протянул руку, чтобы скрепить клятву приема кандидата в Очернители.

Вместо этого Вадет ударил его так сильно, что сержант припал на одно колено.

Выплюнув кровавый сгусток, Кастор улыбнулся, поднимая взгляд на своего последнего подопечного.

— Да, брат. Теперь ты видишь, не так ли? Ненависть — вернейшее оружие.

Лишенный управления «Деметрион» медленно двигался в пустоте по нисходящей орбите. Три стыковочных луча космической станции, обычно развернутых для приема гигантских звездолетов, сжались вместе. Контрольный узел в глубине «Деметриона» отступил перед напором тьмы, отдав её власти все, кроме самого себя, гордого сердца, обреченного остановиться после нескольких непокорных ударов. Космический голиаф оказался сражен множеством ран.

Даже машина способна ощутить приближение гибели, и станция будто свернулась в клубок, рассчитав наступление конца. Её медленный предсмертный танец среди звезд продлится недолго — «Деметрион», лишенный движущей силы, окажется затянутым в гравитационный колодец проходящего спутника или планеты, а затем разобьется о скалы на поверхности. После столь разрушительного смертельного удара добыть со станции что-нибудь ценное окажется невозможно.

Значит, Лоркару и его воинам не стоило терять драгоценного времени.

Как только удалось опознать «Деметрион», космическую станцию типа «Колосс», богатую топливом и прочими ресурсами, необходимыми для бесконечной войны Злобных Десантников, они немедленно отправились к нему на «Язвительном».

Обширное и плотное поле обломков окружало цель смертельно опасным ореолом. Пластины аблятивной брони, сорванные с корпуса имперского корабля, башни сенсориумов, похожие на храмовые кафедры, подбитые истребители и их пилоты, мгновенно замерзшие под расколотыми колпаками кабин. Кто бы ни выиграл бушевавшее здесь сражение, победа стоила ему дорого.

— Пробиваемся напрямую, — приказал резким баритоном Лоркар, сгорбившийся за спиной пилота в тесной кабине десантно-штурмового корабля.

Никто не возразил сержанту, несмотря на очевидную опасность. Любой фрагмент сломанного шпиля или расколотого носового тарана мог, пробив «Язвительного» насквозь, предать воинов на его борту смерти в ледяной бездне, окружавшей корабль.

Но тот, кто осмелился бы засомневаться открыто, рисковал навлечь на себя гнев Лоркара, жестокого даже по меркам Злобных Десантников. Кроме того, ему покровительствовал капитан Виньяр, и никто не решился бы идти против «избранного» сержанта. Ходили слухи, что Лоркар хотел заполучить место в рядах Очернителей, но капитан скорее сам прикончил бы его, чем отдал одного из своих ветеранов в так называемое «элитное подразделение». Тем не менее, опасность со стороны Виньяра не останавливала сержанта, и он все более алчно искал способов завоевать внимание и приязнь Кастора, командовавшего Очернителями. Разграбление «Деметриона» должно было стать новым шагом на пути в элиту ордена.

Пути, по которому он до сих пор явно не продвинулся, что явно терзало Лоркара. Кое-кто утверждал, что желание сержанта превратилось в манию.

— Внимание, начинаю преодоление облака. Приготовьтесь, — ещё плотнее охватив ручку управления, Регон направил «Язвительного» к станции. Пока он осуществлял один маневр уклонения за другим, менее важные функции полетного контроля взял на себя Вакул, второй пилот. Время от времени мелкие обломки стучали по обшивке «Громового ястреба», но пока что бронированный корпус держался. Воины внутри затаили дыхание, и никто не проронил ни слова до тех пор, пока «Язвительный» не вынырнул с другой стороны мусорного облака, напоминавшего о жестоком сражении.

— Активировать ауспик, — скомандовал Лоркар.

Впереди вырисовывались очертания спасательных капсул, выпущенных со станции во время отчаянного бегства экипажа. Внутри них на грав-сиденьях теснились трупы мужчин и женщин, которым не помогли надетые впопыхах части дыхательных костюмов. Отработав надфюзеляжными двигателями, «Язвительный» уклонился от громадного ствола уничтоженной макропушки. Чем ближе корабль подлетал к станции, тем больше вокруг становилось крупных фрагментов оборонительных орудий, брони и антенн систем связи «Деметриона».