Йэн Дуглас - Боевой Космос

- Сэр, вы получаете картинку?

- Да. Картинка очень четкая.

- Вы думаете, что мы должны пригласить сюда доктора Франца и его людей? Они - эксперты, и когда эта тварь придет в себя...

- Я уже пригласил их, сынок. Они на связи.

- Действительно, майор, - добавил Франц. - Вы нас отключили от канала связи, и мы пошли к генералу Доминику. Он направил нас к генералу Рэмси со специальным приказом, чтобы мы проконсультировали вас!

Уорхерст смутился. Полностью сосредоточившись на высадке и сражении за береговой плацдарм, он фактически забыл о главнокомандующем, генерал-майоре Доминике и его людях. До сих пор это была операция флота и морпехов, как она первоначально и разрабатывалась.

Однако захват пленного все изменил.

- Итак, вы доставите пленного Номмо на <Чапультепек>? - спросил Франц. - Или нам прибыть к вам?

- Доктор, не горячитесь, - предостерег Рэмси. - В директивах миссии очень четко оговорено, что вы и ваш штат должны находиться в безопасности. Береговой плацдарм Колеса пока еще не безопасен. И вам придется работать в командном центре на борту транспорта.

- Ерунда! Я непременно должен быть там!

- Доктор, скажите мне, - сказал Рэмси, очевидно, пытаясь отвлечь своего собеседника прежде, чем его враждебность перерастет в истерику, - вы сможете поговорить с Номмо?

- Что? Надеюсь. Думаю, да. Я изучил и шумерский язык, и основной диалект Анов, который, оказывается, очень близок к шумерскому языку и никак не связан с другими древними языками Плодородного Полумесяца. Понимаете, теперь мы полагаем, что это и был язык Анов, которые колонизировали тот край девять или десять тысяч лет назад. Если Номмо прибыли позже, скажем, в начале шумерской эры, семь-восемь тысяч лет назад, то они, возможно, общались с местными жителями на том же языке либо потому, что уже имели с ними торговые отношения, либо потому, что они смогли изучить главный человеческий язык и...

- Да, да, - сказал Рэмси. - Важно, чтобы мы могли расспросить нашего пленного, когда он придет в себя. Если он, конечно, придет в себя.

- Генерал, я не думаю, что с этим возникнут проблемы, - сказал Уорхерст. Он сделал шаг назад. Номмо, очевидно, только что пришел в сознание. Его великолепный, переливающийся всеми цветами радуги хвост внезапно свернулся кольцом, затем развернулся, сбив двух морских пехотинцев и заставив других отступить назад на несколько шагов. Пленник корчился и боролся так, что вода вскипела. Из нее, над самым высоким из морпехов вырос массивный торс.

- Осторожнее! - закричал Дюнн. - Черт! Держите крепче!

Два морских пехотинца, все еще державшие концы строп, связывающих Номмо, отклонились назад и натянули их. Два сбитых с ног морпеха поднялись и, вновь ухватившись за свои концы веревки, помогли товарищам. Вскоре существо ослабило сопротивление. Метнувшись еще несколько раз, оно опустилось в воду и легло там, глядя немигающим взглядом двух пар глаз. Жаберные щели судорожно подергивались.

- Кассий? - спросил Уорхерст. - Ты можешь поговорить с ним?

- Я попытался получить доступ к Номмо через устройство на его голове. Похоже, это прибор системы связи, - ответил ИскИн. - Контакт возможен, но потребует времени.

- Сколько?

- Майор, это неизвестно. Работа.

Уорхерст впился взглядом в инопланетное существо. Сейчас жизнь одного из его людей зависела от того, насколько быстро морские пехотинцы смогут поговорить с этим существом.

Возможно, от этого зависел и успех всей миссии.

Он не любил задержек, вызванных факторами, которые не мог контролировать.

- Майор?

Это был Гансен.

- Что?

- Комендор-сержант Дюнн предлагает, чтобы мы разошлись веером по этой части туннеля. Здесь, в открытом месте, мы - легкая добыча. Он думает, что нам нужно попробовать найти туннели, из которых выходили Номмо, и заминировать их или устроить засады.

- Лейтенант, а что вы думаете?

- Я думаю, что это хорошая идея.

- Приступайте к выполнению. Но охраняйте периметр, пока мы не решим, что делать с нашим гостем.

- Так точно, сэр! - произнес Гансен и начал отдавать необходимые приказания.

<Парень молодец, - подумал майор, - все схватывает на лету и быстро делает верные выводы. Самое главное - готов прислушиваться к своим сержантам>.

С этого момента он начал отдавать собственные приказы. Направить сюда роту <Браво> и тяжелое вооружение и вызвать Рэмси. Морские пехотинцы выходили из пассивной обороны. Пришло время самим навязать бой врагу.

* * *

Генерал-майор Корнем Доминик, Командный пункт Флагманского корабля <Рейнджер>, 15:04 часа по бортовому времени

- Генерал, и кто же, - нежно проворковала женщина, - командует этой экспедицией?

Доминик застонал. Он вел подобные дебаты и прежде, особенно после пробуждения от киберсна и вхождения в систему Сириуса.

Генерал медленно открыл глаза. Он лежал на своей кушетке, в углу Оперативного Центра, находившегося на борту авианосца <Рейнджер>. Полковник Хэлен Альбо обеспокоен но посмотрела на него.

- Генерал, с вами все в порядке?

- Да, полковник, все нормально.

- Вы застонали, и, похоже, вам было больно. Может, вызвать врача?

- Нет, - резко ответил Доминик.

Он огляделся. Четыре других члена его штаба, за исключением Хэлен, также располагались на кушетках, подсоединившись к обширной коммуникационной системе, связывавшей экипаж корабля и личный состав экспедиции.

- Сэр...

- Я же сказал, что со мной все в порядке, - оборвал он ее. - У меня небольшие проблемы... по работе. - Он закрыл глаза, отключая каналы Альбо и членов своего штаба, и вновь попытался расслабиться, переключившись на свой индивидуальный командный канал связи.

Открыто было полдюжины каналов, шла отдельная подача данных с командного пункта адмирала Харриса и от клона Рэмси с поверхности Колеса. В своем ноумене Доминик находился внутри круглой арены, окруженной мониторами и линиями связи, компьютерной подачей и выборкой данных. Он сам с помощью сложного программного обеспечения искусственного интеллекта создал это ноуменальное пространство. Оно было эффективным и удобным... по крайней мере обычно.

К сожалению, представитель <Пан-Терры>, Синтия Лаймон, все еще находилась там. Ее изображение ожидало генерала, паря возле его стула.

Она ему сильно не нравилась.

- Вы слышите меня? - раздраженно спросила женщина. Лаймон отличалась неприятной чертой характера, навязчивостью, однако его особенно раздражала приторная сладость ее голоса. Люди считали это легкостью в общении и серьезно ошибались.

Доминик был не склонен недооценивать ее.