Игорь Чужин - Переступи через беду и отчаянье (СИ)

Последующие четыре дня походили один на другой как две капли воды. До обеда мы с.

Барраком готовили к выходу в море два самых быстроходных дракара, а затем шли выручать от полоумных фанатиков «Мать всех таргов».

К концу четвертого дня в бухту буквально влетел небольшой парусник и мне доложили, что эльфы назначили встречу, на которой я должен был передать им.

Легарда и полукровок из его команды. Встреча была назначена через трое суток недалеко от Элора, где обычно происходила передача эльфийских заложников и мы после ужина отправились ночевать на дракар Баррака, чтобы с рассветом утром оба корабля вышли в море.

Катю кто-то известил о моем отплытии, и она рано утром явилась в порт в сопровождении страхолюдной ведьмы и двух воительниц, физические кондиции которых внушали уважение. Это троица зыркала по сторонам как голодные волчицы и была готова загрызть любого, кто посягнет на «Мать всех таргов». Я хотел отругать племянницу за своеволие, так как приказал ей оставаться в Таргитаре, но ведьма сопровождавшая Катю зашипела на меня как рассерженная кошка и тут, же получила в лоб от Баррака. Глазки у шаманки собрались в кучку и она, высунув язык, повалилась на палубу. Уже через мгновение обе амазонки мутузили моего адъютанта, и мне пришлось применить физическую силу, чтобы не лишиться капитана дракара. Я вышвырнул обеих воительниц за борт, чтобы охладить их пыл и звонко шлепнул по попе «Мать всех таргов». Катя громко взвизгнула и удрала от меня в капитанскую каюту. На этом конфликт был исчерпан и экипаж вытащил из воды мокрых амазонок, а я откачал шаманку, которой хорошо прилетело в лоб от Баррака. Когда тетка очухалась, я отправил ее в каюту к Кате, и она ускакала туда на полусогнутых, опасливо оглядываясь на меня.

Затем мне пришлось заняться травмами своего адъютанта, которому сильно досталось в потасовке. Я вмешался в драку довольно быстро, но амазонки успели прилично насовать Барраку. Правый глаз капитана совсем заплыл, а губы превратились в сплошную кровавую кашу, и он постоянно сплевывал за борт сгустки крови.

— Ингар, эти шучки мне правый клык выбили и шуть не лишили мушшкого доштоинштва, но я им шестоко отомщу! — зло прошепелявил Баррак, глядя, как из воды достают его обидчиц.

— Только попробуй опять устроить драку! Я сам тебе наваляю, что мало не покажется! — попытался я утихомирить адъютанта.

— Мой князь, я дратьша не шобираюсь — этим дурам много чешти! Я отомщу им по-другому, я на них на обеих шенюш! Вот тогда отольются мышкам кошкины шлезы! — заявил.

Баррак.

Конечно, на таргском языке поговорка звучала иначе, но смысл был примерно такой.

Я рассмеялся, услышав заявление Баррака, и с сомнением спросил:

— А ты с обоими управишься? Если бы я не вмешался, то они тебе так накостыляли, что пришлось бы до самой смерти, есть жидкую кашу с ложечки.

— Жубы ерунда, новые выраштут, а девки хороши! Меня отец ш матерью уже доштали — женишь да женишь, но вше каких-то клуш предлагали шошватать. Я пошледний год иш моря не вылешал, чтобы не шлышать их пришитаний — «Внуков хотим, вот убьют тебя, а кто ш нами оштанется». Мой княш поговори ш «Матерью вшех таргов», чтобы она рашрешила шошватать швоих охранительниш, — шепеляво заныл Баррак.

— Я, конечно, поговорю с племянницей, но девушки за тебя пойдут?

— А куда они денутша? Я не пошледний тарг в Таргитаре, да и дом у меня полная чаша. Нужно быть коншеной дурой, штобы мне откашать, — удивленно ответил Баррак.

На этом инцидент был исчерпан, после чего корабли отчалили от пристани и вскоре мы вышли в море. Что бы не оставлять без последствий выкрутасы Кати в Таргитаре, я вошел в капитанскую каюту и закрыв за собой дверь сразу приступил к воспитательной работе, начав ее словами:

— Слушай «Мать твою … всех таргов», что ты о себе возомнила? Тебе лавры Юлии.

Тимошенко жить мешают? Так я тебя сейчас ремнем вылечу! Это что за бабская гвардия появилась, для которой я не указ? Если ты не угомонишь своих клевретов, то я из них лапши нашинкую и не посмотрю что они с сиськами! Сегодня фанатики тебя на руках носят, а завтра на кол посадят! Кончай свою колхозную самодеятельность и слушай, что тебе старшие говорят. Я уже проходил через медные трубы, и каждый раз чудом спасался от почитателей. Катя тебе рано играть в такие игры, ты здесь даже не деньгами рискуешь, а своей и моей жизнью! Ты меня поняла?

— Да, — испугано ответила племянница и заплакала.

На этот раз я не повелся на древний женский трюк и не стал утешать девушку. Я отодвинул Катю в сторону и направился в угол каюты, где от страха лязгали зубами защитницы «Матери всех таргов». Таргини видели, как я отчитывал их повелительницу и очень боялись, что князь пришел по их душу. Прочистка мозгов трем заблудившимся девицам много времени не заняла, и я вышел на палубу, чтобы перевести дух и успокоится. Однако на глаза попалась разбитая рожа адъютанта, и мне пришлось заняться его лечением.

Трехдневное путешествие на встречу с эльфами прошло практически без происшествий и описывать его нет смысла. В основном мы обсуждали с Легардом план восстановления его власти в Доме и нюансы поиска скального балкона, через который я намеревался проникнуть в комплекс портала. Да, было еще одно примечательное событие, о котором я чуть не забыл рассказать. Катя дала добро на сватовство Баррака и обе таргини сразу дали свое согласие выйти замуж за капитана, после чего эта троица не столько охраняла наши с Катей царственные тушки, а большей частью тискались в закутках, которых на дракаре было не так много. Поэтому любовный роман на троих развивался на глазах всего экипажа, но все происходило в рамках приличий принятых в племени.

К своему удивлению, в окружении таргов я чувствовал себя весьма комфортно. К эльфам у меня было сложное отношение, потому что приходилось постоянно быть настороже, подсознательно ожидая от них какой-нибудь пакости. Хуманы были мне фактически родней, но клановые традиции изобиловали строгими ограничениями на проявление чувств и каждый хуман постоянно боялся потерять лицо, а это слегка напрягало. Как не странно, но тарги по менталитету были ближе всего к русскому народу. Такая же широта души, природная хитринка и щедрость. Тарги не дураки выпить, особенно на халяву и всегда поделятся последней рубахой, правда, предварительно снятой со своего соседа. Тарги стойки в бою как скала, но выдающегося военного искусства от них ожидать не приходится. В душе каждый тарг анархист и мнит себя как минимум вождем клана, хотя зачастую не может сосчитать даже пальцев на одной руке. Про самомнение таргов я вообще молчу потому, что это отдельная песня! К тому же, в каждом тарге присутствует какая-то особенная духовность, которую посторонние не в состоянии увидеть и понять, хотя пьяные разговоры в узком кругу зачастую ведутся на эту тему. Это вам ничего не напоминает? Я сам не лишен похожих недостатков, поэтому, не смотря на страхолюдный вид подданных, чувствовал себя как дома.