Олег Алексеев - Третья мировая война (сборник)

— Итак, господа, займемся, — обратился к ним Веранже.

В глазах пленников загорелась надежда.

— Не забывайте, вас зовут Поль Кристи, вы были ученым. А вы — военный, генерал Бурнетти. Все усвоили?

Поникшая фигура генерала обрела военную выправку. Он вскочил и отрапортовал:

— Так точно.

— Вы, генерал, командуете большим военным соединением. Ваш заместитель, полковник Озерс, старается подсидеть вас. Понимаете, что значит подсидеть?

— Да, господин…

— Сейчас соединю вас с Озерсом. Будьте с ним построже. Внушите ему мысль, чтобы он ничего не предпринимал без вас. Вы усвоили?

— Что конкретно я должен сказать полковнику Озерсу?

Веранже приложил к уху трубку и, повысив голос, заговорил:

— Полковник Озерс? Вы меня слышите? У меня все идет нормально. Я провожу работы по оздоровлению обстановки. А вы ждите меня и до моего возвращения ничего не предпринимайте. У меня есть важные соображения. Как поняли, полковник? — Веранже положил трубку на рычаг: — Вот это все и скажете.

Веранже передал трубку генералу, а сам встал у телефона, держа палец на рычаге.

— Полковник Озерс? Вы меня слышите? — спросил Бурнетти.

— Так точно, господин генерал, — послышалось в трубке.

Бурнетти старательно повторял полковнику слова Веранже, с превосходством посматривая на Кристи. А тот следил за ним с нескрываемой завистью.

Веранже нажал на рычаг.

— Молодец, генерал, вы справились с задачей отлично.

Бурнетти опять гордо взглянул на Кристи.

Веранже подошел к стене, через образовавшийся прозрачный проем посмотрел на боковой подъезд. Сотрудники не торопясь, по одному, по двое шагали к автостоянке.

Он вернулся к пленникам:

— Теперь, господин Бурнетти, скажите в микрофон: Расходитесь побыстрее, господа, чего тянетесь, как на похоронах! Вот так. Начинайте. — Веранже включил селектор, прослушал сердитое объяснение Бурнетти. — Хорошо, генерал. Пока все, отдохните!

Выйдя из кабинета, Веранже увидел Мондиала, который тщательно просматривал бумаги.

— Дорогой Мондиал, надо поторапливаться. Эдак вы до завтра не отберете. Возьмите самое необходимое. Остальное придется уничтожить.

Ученый кивнул. Гора бумаг, подлежащих уничтожению, стала быстро расти.

Муррей и Веранже наблюдали за ним. Муррей решил воспользоваться паузой:

— Господин Веранже, я догадываюсь, что вы в курсе намерений Мондиала. Неужели аннигиляция миллионов людей не вызывает у вас возражений?

— У нас нет времени на обсуждение. Я допускал возможность использования аннигилятора на самый крайний случай, например, перед лицом термоядерной катастрофы. Лишение памяти все-таки меньшее зло, чем гибель.

— Где гарантия, что новым изобретением не воспользуются безумцы, авантюристы, которые захотят господствовать в мире? Где гарантия, что группа ученых, самых добросовестных, не ошибется, беря власть над людьми? Не лучше ли все это взорвать?

— Конечно. Вот давайте-ка и займемся этим.

Веранже быстро подошел к шкафу, откуда Мондиал доставал пистолеты, стал извлекать небольшие брикеты, складывать в корзины.

Пэн взял корзину с брикетами, пошел следом за Веранже. Тот начал закладывать брикеты в установку, потом обратился к ученому:

— А как у вас дела, господин Мондиал?

— Я почти готов, С собой беру только это. — Он показал на увесистую стопу бумаг.

— Хорошо. Сейчас перенесем все в машину. Генерал вывезет вас за ворота. А потом пробирайтесь в мою страну.

— А вы разве не едете? — удивился Муррей.

— Я должен остаться. Закончить важное дело, — проговорил Веранже.

— Какое еще, к черту, дело? — возмутился ученый.

— Надо освободить всех людей без прошлого. У нас все организовано, даже оружие есть, хотя и немного. А вы, доктор Мондиал, поезжайте в Мартинию, там сейчас победили Мои товарищи. Передайте всем привет. Расскажите все про аннигиляцию. Вам создадут там все условия для работы.

— Вам нельзя оставаться, господин Веранже! — горячо заговорил Муррей.

— Почему же?

— В штабе узнают, что всеми делами здесь заправляете вы. И если с вами расправятся, пользы для дела будет меньше.

— Пожалуй, вы правы. — Веранже начал набирать номер телефона, но остановился. — Хотя надежнее без звонка. Господин Мондиал, в кабинете у Кристи рация, я оставлю ее товарищам для связи. У вас нет ключей?

— Нет. Вы знаете, что нет.

— О, черт! — Веранже быстро зашел в кабинет к пленникам.

— Господин Кристи, у вас должны быть ключи от комнат. Разрешите… — Он залез сперва в один карман Кристи, затем в другой — вытащил ключи. — Спасибо.

Покинув кабинет, закрыл дверь:

— Помогите, господин Муррей.

Пэн пошел за ним.

— Берите приемник, антенну и пульт. А я — передатчик. Несем в машину.

Рацию погрузили в багажник.

— Господин Веранже, — обратился к нему Муррей. — Мне бы хотелось вывезти отсюда одну женщину из Управления ТТ.

— Китти Лендлел? — догадался Веранже.

— А как вы узнали? — удивился Муррей.

— Это я подбросил вам записку. Кроме того, был вынужден утихомирить подосланного генералом буяна, который ломился в вашу дверь. Хорошо! Забирайте свою Китти. Поезжайте на генеральском «додже» и действуйте от его имени, тем более что Бурнетти будет с вами. Господин Муррей, моя просьба к вам: возьмите генерала и по дороге научите его управлять машиной. Это очень важно. Генерал должен вывезти нас с базы. Я сейчас приведу его.

Теперь за рулем сидел Бурнетти. Сзади находилась Китти.

Когда Пэн подошел к Мондиалу и Веранже, лицо у Веранже было строгим, он заговорил:

— Друзья, вы едете без меня. Мне надо быть здесь! Приближается развязка. А насчет сегодняшних дел, надеюсь, как-нибудь выпутаюсь. Я же слабоумный. Какой с меня спрос? Скажу, что все это вы мне приказывали. Главный свидетель против меня — Кристи, человек неполноценный. Так что выкручусь. Этот пистолет возьмите себе. — Он протянул пистолет Муррею. — Может пригодиться. В нем три заряда.

Пэн ощутил в ладони удобную рукоятку, попробовал пистолет на вес.

Веранже продолжал:

— Теперь слушайте внимательно. Я уже кое с кем связался по рации. При въезде в Ванделузу, это миль двадцать отсюда, найдете скромную таверну «Вечеря». Спросите там грешника Тихомира. Запомните! Он проводит вас через границу. А там будут ждать наши. Генерала берите с собой, как живое свидетельство преступных экспериментов. Что еще? Да, фильм Кристи. Господин Мондиал, фильм не захватили?

Ученый растерянно посмотрел на него.

— Хорошо, я сейчас принесу. Садитесь в машину.