Крис Райт - Шрамы

Шибан наклонился, чтобы увернуться от огромного ствола лэнса.

— Если придется.

Он помчался вниз, направляясь к килю «Бури мечей». Путь хану преграждала вертикальная завеса флюгерных датчиков, и он увеличил скорость, чтобы миновать их.

У них было мало времени — офицеры сенсориума флагмана уже должны были отслеживать их, неистово запрашивая «Калджиан», почему было выпущено так много флайеров. Операционное окно между вылетом братства и принятием Хасиком мер предосторожности исчислялось в секундах.

Шибан пролетел под законцовкой киля, проскочив на расстоянии шлема от флюгерного датчика, и резко развернул космоцикл. Над ним протянулась дальняя сторона «Бури мечей», огромная и отвесная.

— Семьсот метров, — сообщил он, нацелившись на следующий посадочный отсек. — Полный газ.

Братство устремилось к нему, прижимаясь к наружной обшивке линкора и петляя между сотнями выступов и петляющих каналов.

Мимо них пронеслись, как метеоры, первые вспышки лазерного огня, едва видимые на таких предельных скоростях. Орудия, что тянулись дальше вдоль циклопического борта линкора, открыли огонь первыми, плотно прижимаясь к обшивке, чтобы прицелиться по мчащимся спидерам.

Несколько нашли свою цель: одни космоциклы врезались в корпус корабля, другие с пылающими двигателями исчезали в пустоте.

— Они посмели! — закричал по воксу разъяренный Джучи.

Шибан добавил мощности, как можно сильнее прижавшись к днищу «Бури мечей». В глубине души хан надеялся, что братья на этом корабле не воспользуются оружием, чтобы помешать им высадиться. Если же они серьезно настроены, тогда на уничтожение всего братства Бури им понадобится всего несколько минут.

«Они не могут пойти на это. Даже после того, что случилось, они не могут пойти дальше предупреждения».

Следующая группа стыковочных отсеков была прикрыта щитами, для быстрого прорыва это была слишком серьезная защита.

— Рассредоточиться, — отдал он приказ, выискивая впереди способ проникновения на корабль. До того, как ситуация станет необратимой, оставались считанные секунды.

Шибан еще больше прижался к кораблю, задев нижнюю сторону вытяжного вентилятора и едва не срезав силовой кабель. Канониры, отлично натренированные вести огонь по высокоскоростным целям, нащупали дистанцию, и лазерный огонь стал интенсивнее. Космоциклы получали попадания и входили в штопор, прежде чем рассыпаться безмолвными полосами пылающего прометия. Дисплей шлема Шибана вспыхнул красным, мигая позывными погибших братьев.

— Быстрее, — прорычал он, не желая отрываться от своих воинов. Второго шанса не будет.

Его братья знали это и не отставали от хана. Двигатели их машин, работающие почти за пределами допустимых перегрузок, выбрасывали во тьму языки пламени.

— Хан, — обратился Джучи сквозь стиснутые зубы. Впервые его голос звучал неуверенно. — Когда мы…

И тут Шибан увидел это на дисплее шлема — единственный стыковочный порт, незащищенный и открытый.

— Вот оно, следуйте за мной, — приказал Шибан, направив машину вверх и устремившись на сигнал. Хан прорвался сквозь встречный ливень лазерного огня, виляя и ныряя, чтобы избежать лучей, промчался мимо целого ряда угловатых торпедных установок и направился к обозначенному отсеку.

Белый Шрам понятия не имел, почему он незащищен, но это избавило его от губительной задачи по прорыву внутрь линкора. Габаритные огни были включены, пульсируя внутри открытой пасти отсека и призывая легионеров внутрь, словно кто-то на флагмане очень хотел, чтобы братство Бури взяло на абордаж корабль.

Шибан включил тормозные двигатели в последний момент, развернулся в невесомости, а затем влетел в инерционный пузырь «Бури мечей». Гравипластины космоцикла тотчас завыли, адаптируясь к стремительно меняющемуся окружающему пространству, затем зафиксировались на палубе отсека и выровняли машину.

Шибан нырнул в следующий отсек, развернул машину и резко затормозил. Он оказался в просторном ангаре, почти пустом, за исключением нескольких грузовых кораблей типа «Арвус» и удерживаемого стыковочными зажимами массивного шаттла. Хан уже слышал звуки сигналов тревоги.

Братство последовало за ним, спускаясь на палубу из-под крыши стыковочного отсека. Всадники выключали двигатели и, не дождавшись пока стихнет их рев, выпрыгивали из седел, в то время как машины, испуская пар, самостоятельно двигались до полной остановки.

Шибан оттолкнул космоцикл и бросился к двери в дальней стене, на бегу выхватив из-за спины глефу. Энергетическое поле с шипением ожило.

— Ко мне! — проревел он, отмечая, сколько рун жизненных показателей движутся по ангару. Их было уже больше двухсот, еще больше было на подходе.

К нему подбежал Джучи с болт-пистолетом в одной руке и талваром в другой.

— Цель — командный мостик, — сообщил он остальным братьям. — Девятнадцать уровней вверх.

Шибан кивнул и включил механизм рампы, который поднял ее к огромным полуоткрытым противовзрывным дверям.

— Мы будем там очень скоро, — усмехнулся Белый Шрам.

Последний из психонойен исчез среди руин, оставив после себя только призрачные следы колдовского света над выжженными зданиями. Хан смотрел, как они уходят. С меча на пыль густыми каплями стекал светящийся ихор. Землю вокруг примарха устлали десятки трупов, некоторые все еще дергались в предсмертной агонии.

Убивать их было довольно просто. Все заключалось в вопросе веры в свои силы: достаточно было приспособиться к имевшемуся у него и его братьев потенциалу. Все они были существами варпа, что бы Малкадор ни говорил толпам, и во что бы ни хотелось верить Руссу или Ангрону.

«Он течет в наших разумах, как кровь в венах».

Цинь Са и выжившие воины кешика собрались вокруг него. Когда Хан повернулся, чтобы поприветствовать их, то заметил больше серебристых вспышек на горизонте. За время отсутствия примарха рокот грома усилился. Облака мчались, словно охваченные паникой табуны адуун.

Цинь Са поклонился.

— Каган, вы…

— У тебя есть координаты «Бури мечей»? — спросил Хан, снова взглянув на беспокойные небеса. Он почувствовал атмосферные помехи, отмеченные присутствием яркой эфирной сущности.

— Пока нет.

Хан повернулся и заметил среди своих воинов легионера Тысячи Сынов. На один ужасный миг он подумал, что это был Ариман — тот носил такой же алый доспех и такие же тайные символы.

— Ты, — обратился примарх. — Кто ты такой?

Колдун поклонился.

— Ревюэль Арвида, повелитель. Четвертое братство.